— Здесь так тихо, а там я кошелёк — вернулся муж через год. Дверь я уже закрыла
— Я мужик, я решаю, чья это квартира — заявил он. И не понял, кто решает, где он будет жить
— Всё себе заграбастала? — кричала родня, сбросившая мне свою вишню, пока я ночь стояла у плиты
— На лето берём ещё двоих, тебе что, тарелок жалко? — командовала свекровь. А я посчитала, во сколько обойдётся «жалость»
— Тебе же по пути, вози всех четверых, — назначила свекровь. А в то утро я повезла только своих двоих
Три года сдавала деньги свёкрам на дачу — а приехала без звонка и поняла, что стройки не было никогда
— Своего гвоздя нет, всё на родительские — попрекала свекровь, пока невестка не показала, во что обошлись эти «родительские»
