– Так роди ж ты для себя хоть ребеночка! Все не одной горе мыкать. Знаешь ведь потом соберешься, а поздно будет!
– Да, спасибо, как только кандидата в отцы найду, так сразу, – отвечала Оля, торопясь домой.
– Ты к Славе с пятого этажа присмотрись! – неслось вдогонку.
«Иногда соседи становятся ближе родственников», – говорила маленькой Оле ее мама.
В те времена действительно даже жильцы многоэтажек жили дружнее: в порядке вещей было знать всех соседей с ближайших этажей в лицо и по именам, иногда обращаться за незначительной помощью.
В справедливости маминого утверждения Оля убеждалась неоднократно. Например, однажды она пошла выносить мусор, забыв заблокировать автоматический замок на двери.
Дверь захлопнулась, а шестилетняя Оля осталась в растерянности стоять на площадке с мусорным ведром в руках.
Брат должен был вернуться из школы лишь через несколько часов, а родители – поздно вечером.
К счастью, соседка была дома и помогла решить ситуацию: позвонила в школу к брату и вызвала его домой.
Когда Оля выросла и переехала в свою первую собственную квартиру, она с самого начала была настроена всячески поддерживать с соседями дружелюбные отношения.
Квартира находилась в пятиэтажной хрущевке с классической лавочкой, всегда полной обсуждающих что-то пенсионерок перед подъездом.
– Здравствуйте! – дружелюбно поздоровалась Оля с сидящими на лавочке бабушками.
– Здравствуй! Жить тут будешь? – сразу обратилась к ней одна.
– Да. Только вот переехала.
– А в какую квартиру? В пятнадцатую?
– Да, – удивилась осведомленности своих будущих соседок Ольга.
– Понятно. Смотри, мы тут серьезно за чистотой и порядком следим. Гулянок всяких не любим!
– Я тоже порядок люблю.
– А видала, что грузчики, которые твою мебель перевозили, натоптали? Помыть теперь подъезд надо бы, девонька!
– Хорошо, помою.
Войдя в подъезд, Ольга недоуменно выискивала взглядом следы, якобы оставленные грузчиками. Но если таковые и были, то они терялись в иной пыли и грязи подъезда.
«Нужно и правда тут прибраться. Хотя вот эти никогда не мытые подъездные окна и паутина в каждом углу, явно говорят, что уборщица от управляющей компании тут последние месяцы и не появлялась», – думала Ольга.
Вооружившись тряпками, водой и бытовой химией, девушка полдня мыла подъезд. В некоторых оконных проемах отсутствовали вторые рамы со стеклами, что ее немало удивило.
– Окна моешь? Смотри, разводы только не оставь, – сказала одна из пенсионерок, увидев Ольгу за работой.
– Странно только, что некоторых рам не хватает. Ладно, сейчас лето, но зимой же будет холоднее. Прямо словно их просто сняли и унесли.
– Так это на дачу некоторые забирали, – буднично ответила пожилая женщина и продолжила путь домой.
Когда подъезд сиял чистотой, усталая Оля вернулась домой и написала обращение в управляющую компанию с требованием установить отсутствующие окна и проводить уборку подъезда.
Этим же вечером Ольга с грустью обнаружила, что слишком уж хорошо слышит разговоры пожилых соседей с лавочки.
Ее отличный слух улавливал громкие пересуды, которые влетали в открытую форточку на кухне или дверь балкона в комнате, подчас даже заглушая телевизор.
Месяц спустя, в окнах подъезда были установлены недостающие деревянные рамы. Правда, уже через неделю в одной из них не оказалось стекол.
Еще большим разочарованием оказалось для Оли то, что тщательно вымытый ею при въезде подъезд до странного быстро покрылся слоем пыли и песка. Причем не только на ступеньках, но и на лестничных перилах.
Причину тому Оля выяснила случайно и была просто в ярости: оказалось, что живущая на пятом этаже пенсионерка выбивала свой коврик о перила лестницы.
– Что вы делаете? – возмутилась Оля. – Пыль и грязь по всему подъезду летят!
– А что? – непонимающе взглянула на нее грузная пожилая женщина. – Я инвалид, ходить мне сложно, так теперь в грязи, что ли, жить? Мне тяжело ходить на улицу, коврики выколачивать.
– А тут мусорить зачем?
– Тут я сейчас приберусь, – заявила дама и вскоре вернулась с половиной ведра воды, которую размашисто вылила на площадку. – Вот и чисто теперь!
– Еще хуже теперь! – возмутилась Оля, наблюдая, как грязная вода капает в пролеты и стекает по ступенькам.
В это время соседняя дверь распахнулась, и очередная пенсионерка, с неодобрением посмотрев на Олю, произнесла:
– Ты чего на Алевтину нашу шумишь? Не знаешь, что она инвалид? Ноги у нее больные!
– Да ничего она, Петровна, не понимает. Сейчас вот Славика попрошу хоть за мать заступиться, – запричитала Алевтина и скрылась в квартире.
Вскоре из двери показался дюжий бородатый мужчина лет на пятнадцать старше Ольги, с красным бородатым лицом и голым торсом в татуировках.
– Сама отсюда свалишь или с лестницы спустить? – презрительно глядя на Олю, произнес он, выдыхая пары алкоголя.
Оля благоразумно отступила на свой этаж.
«Ну и семейка! Если уж она такая слабая и больная, мог бы ее сыночек маме помочь с уборкой!» – в гневе размышляла Ольга.
Этим же вечером она случайно услышала громкие разговоры бабушек у подъезда:
«Понаедут всякие, да еще и кричат на инвалидов! Совсем совести у молодежи нет! Ты представляешь, сама тут без году неделя живет и еще имеет наглость больному человеку приказывать, как убираться!»
Единственным лучиком света в этом подъезде сначала показалась Оле ее ровесница Вита. Та жила на этаж ниже и дружелюбно поздоровалась представившись. Уже на следующий день она обратилась к Оле с небольшой просьбой.
– Ольчик, ты извини, но, может, будет у тебя таблетка от головной боли? Так голова болит, а идти по жаре в аптеку нет сил!
– Не вопрос! – с готовностью отозвалась Ольга.
– Спасибо, дорогая, – искренне благодарила Вита.
Оля была рада, что хоть кто-то из соседей отнесся к ней доброжелательно.
– Обращайся! Я привыкла к хорошим отношениям с соседями. Только здесь пока не заладилось.
– Понимаю, – кивнула Вита. – Я тут второй год снимаю, и уже даже не стараюсь. А первое время тоже полы мыла. Ты в подъезде старайся ничего не оставлять.
Я однажды из магазина несла пакеты и бутылку с водой большую. Ну, решила сначала пакеты поднять, а бутылку на пролете первого этажа оставить.
Вот через две минуты вернулась, а бутылки и след простыл. Кто и когда успел – загадка.
Две молодые соседки быстро сдружились. Иногда Ольгу, которая частенько возвращалась домой после работы очень уставшей, даже раздражали частые визиты Виты с просьбами одолжить то соль, то муку.
К тому же Вита, работающая на дому, очень любила поболтать и никогда не уходила меньше чем через полчаса-час.
«Ты уж извини, что я такая болтливая. Я ведь мало с людьми за день разговариваю, вот и не хватает обычного общения. Ты ведь не против?» – интересовалась она у Оли, прежде чем задержаться на очередные полчасика за кружкой чая или просто стоя в прихожей.
Вскоре Оля заметила, что бабушки с лавочки проявляют интерес к ее личной жизни. Делали они это весьма прямолинейно.
– А ты одна жить не устала? – как-то после дежурного приветствия спросила Олю одна из пенсионерок с лавочки.
– Меня все устраивает, – отвечала Оля, уже предчувствуя, что этим разговор не кончится.
– Хоть бы кошку себе завела! Я тут у подъезда котиков прикармливаю, и у Муси недавно столько котят появилось! Давай я тебе одного принесу! – выступала с неожиданным предложением пожилая дама.
«Даже странно, что не посоветовала ребенка для себя родить», – успела подумать Оля, прежде чем ответить:
– Аллергия у меня на кошек, Елена Петровна.
– Тьфу ты, Господи, придумали новомодные аллергии эти! – расстраивалась Елена Петровна, а затем выдавала ожидаемое:
– Так роди ж ты для себя хоть ребеночка! Все не одной горе мыкать. Знаешь ведь потом соберешься, а поздно будет!
– Да, спасибо, как только кандидата в отцы найду, так сразу, – отвечала Оля, торопясь домой.
– Ты к Славе с пятого этажа присмотрись! – неслось вдогонку.
«Отличный жених: с первой встречи меня с лестницы спустить пообещал», – с усмешкой подумала Ольга.
В последнее время Оле все сложнее было с пониманием относиться к вниманию соседей, их советам и просьбам. Подливала масла в огонь и Вита, которая занялась распространением дорогой американской косметики.
– Ты представь только, Олечка, всего одна горошинка этого консилера! Цена с учетом расхода очень выгодная! – заливалась соловьем Вита, предлагая образцы своей соседке.
– Вита, без обид, но я на эти деньги лучше себе новый сервиз чайный куплю.
– Нельзя экономить на себе, понимаешь? А еще приглашаю тебя к нам в субботу на встречу: будем тестировать продукцию, и ты сама убедишься в ее качестве!
– Я в субботу только и мечтаю выспаться и порядок в доме навести…
– Домашние дела никуда не денутся. Нужно заботиться о себе! Понимаешь? – наседала Вита.
– Вита, давай честно скажу: эта косметика по цене крыла от самолета мне не нужна. И не будет нужна. Можешь меня из списка потенциальных покупателей вычеркнуть.
– Ты ознакомься сначала с каталогом! Ведь там очень много интересного. Я могу дать тебе тестовые образцы…
– Вита, услышь, пожалуйста, слово «нет». Давай не будем обсуждать эту тему, – твердо ответила Оля.
Насупившаяся Вита покинула квартиру. Закрыв дверь, Ольга выдохнула с облегчением:
«Все! Никаких больше рекомендаций и просьб оценить и купить! Никаких бестолковых часовых разговоров вечерами!
Бабушкам у подъезда теперь тоже не буду подробностей о своей жизни говорить.
Пора пересмотреть свои отношения с соседями. Для всех хорошей не будешь».
Проучила