Тихон ещё раз поцеловал памятник и медленно встал. Колени подкашивались, а в горле стоял комок.
— Я буду стараться приезжать… но часто не ждите, уж не обессудьте. Очень тяжело мне здесь, — прошептал он, словно жена и сын могли его услышать.
Мужчина закрыл калитку и медленно дошёл до своей машины. Всего два дня назад купил её — здоровенную, больше похожую на танк. Но туда, куда он направлялся, нужна была именно такая. Он обернулся, посмотрел на кладбище. Сердце защемило так, что дышать стало больно. Больше всего на свете хотелось пойти туда, лечь, обнять могилки и просто умереть. Не вставать… просто ждать, когда жена и сын заберут его к себе.
Три месяца назад Аня, его жена, и Тимур поехали в магазин. Ничего особенного — просто ей не хотелось таскать тяжёлые сумки с продуктами. Она часто брала сына с собой, хотя тот и ворчал. Тихон делал ремонт, поэтому его не трогали. Тимур, конечно, помогал — где-то подержать что-то тяжёлое, подвинуть. Сын пошёл в него: силушки и ловкости было не занимать. За месяц они такую пристройку отгрохали — размером почти с дом! Тихон всё говорил: «Вот Тимур женится, невестку в дом приведёт — и места всем хватит!»
Тимур — парень что надо — почему-то краснел, когда отец такие слова говорил. И они с Аней даже решили, что сын влюбился. Оставалось только ждать, когда же он познакомит их со своей девушкой. Тимур учился на последнем курсе, собирался стать специалистом по мостам. В них врезался какой-то пьяный. Уже почти возле магазина — просто пролетел на красный свет и со всего маха влетел в их машину.
«Лоб в лоб…» — Тихон всегда не любил эту маленькую красненькую машинку жены. «Ну что это за машина? Спереди ничего, и сразу дорога! Железо как бумага!» Она только смеялась: «Это машина для девочек. Не все любят монстров, таких как ты.» Погибли они мгновенно. Потому что тот пьяный был именно на таком «монстре».
Машина тронулась, и Тихон постарался переключиться на то, что его ждало впереди. Он попросил друзей найти ему работу там, где нет людей. Или их совсем мало. Нашли. Предложили стать егерем в далёком заповеднике. Тихон согласился, не раздумывая. Конечно, жить придётся в деревне, но там его никто не знает. Как и его историю.
— Егорыч! Здорово! Как жизнь? — помахал рукой Сергеевич. Тихон как раз приехал в деревенский магазин пополнить запасы. Ездить старался раз в пару недель, но иногда приходилось почаще.
— Добрый день, Сергеевич.
— Как жизнь молодая? — дедуля затрясся от смеха. — Ой, скажешь — молодая! Хотя если с конца брать, то я ещё почти младенец!
Сергеевич был настоящей достопримечательностью деревни. Никто точно не знал, сколько ему лет. Все были уверены, что и сам Сергеевич давно об этом забыл. О том, что у дедули есть документы, по которым он получает пенсию, никто особо не задумывался. Там-то возраст прописан точно, но это же скучно!
— Как здоровье, Сергеевич?
— А что моему здоровью станется? Болеть-то уже нечему! Высохло всё от старости. Вот и цыкаю помаленьку, как цыплёнок. А ты за товаром?
— Да, надо кое-что купить.
— Ну иди, иди! Ленка-то обрадуется, а то приуныла совсем.
Тихон усмехнулся. Ох уж эта деревня… Он Елену, продавца из магазина, пару раз до города подкидывал. Ну и, естественно, деревенские тут же им приписали всё, что можно и нельзя. Лена молчала, Тихон молчал. А это вообще заводило деревенских кумушек. Она была в разводе. Когда-то по молодости сходила замуж, год побыла и сказала: «Хватит!» Как сама смеялась — одного раза за глаза.
Тихон видел, что нравится ей. Да и она ему нравилась. Поэтому и старался пореже в магазин заезжать. Где-то перебьётся, а где-то и в город съездит. Лена вспыхнула, как только он вошёл. Бабки, что были в магазине, тут же смолкли. Тихон поморщился. «Ну всё, теперь взгляды от нас не оторвут! И даже если мы с каменными лицами будем общаться, эти кумушки найдут что-нибудь необычное.»
Тихон быстро купил всё необходимое и собрался попрощаться, как в магазин заскочил участковый.
— О, Егорыч! А я тебя ищу.
— Случилось что?
— Слушай, ерунда какая-то… Там, за деревней, из леса женщина вышла. Она… ну, в общем, в таком состоянии, что не описать. Кажется, с ума сошла.
— Из леса?
— Увезли её… Да нет, скорую ждём. Вот и приехал за тобой.
Они быстро вышли из магазина. «Ой, что делается-то!» — всплеснула руками одна из бабушек. Лена подошла к окну. Тихон сел в машину, лицо напряжённое. Секунда — и ни участкового, ни его машины, только пыль клубится. Бабки быстро рассосались — надо же новости по деревне разнести! А Елена решила дождаться новостей.
Тихон смотрел на женщину. Она была в изорванном платье и всё время бормотала, что потеряла дочку. Заглядывала всем в глаза и твердила: «Ты найдёшь мою дочку? Ты найдёшь?» Тихон взял её за плечи: «Где? Где ты потеряла дочь?» Женщина обмякла в его руках и сползла на землю. Тут подлетела скорая.
К Тихону подошёл участковый: «Ну что думаешь?» «Да бог его знает… Вроде сумасшедшая, но с другой стороны…» «Думаешь, правда потеряла?» «Возможно. Честно говоря, не думаю, что в лесу. Но она же мать! Как могла дочку оставить?» «Тоже верно. Не люблю я такое непонятное.» «Да кто же любит непонятное… Ладно, поеду.»
Участковый внимательно посмотрел на него: «Задумал что?» Тихон махнул рукой: «Да пробегусь по-быстрому. Ну, чтоб на душе спокойнее стало.» «Я так и подумал. Ладно, звони, если помощь какая нужна. А то давай я сразу с тобой?» «Не надо, Игорь. Часа через четыре сумерки начнутся. Не сможешь ты… Мы лучше с Громом.» «Ну, тоже верно. Ходок по лесам из меня так себе.»
Тихон ехал к своей сторожке и думал о том, откуда начать поиски. По всему выходило — нужно возвращаться с собакой к тому месту, где вышла женщина, а уж там идти по её следу. Гром вскочил, как только хозяин въехал во двор. Поприветствовал его громким лаем.
— Собирайся, Громыш! В лес пойдём.
Собака, будто поняла его, закружилась, запрыгала. Несмотря на свои внушительные габариты, Гром был изящен, как белочка. Тихон быстро выгрузил сумки, открыл багажник: «Давай в машину!»
Они остановились там, где полчаса назад была толпа народу. Гром растерянно смотрел на хозяина, а тот показывал на лес: «Туда пойдём искать.» Не знал Тихон, как правильно объяснить другу, что идут они искать то, чего может быть и нет. Гром взял след у самой кромки леса, посмотрел вопросительно на хозяина, ткнул нос в землю и пошёл. Тихон едва за ним поспевал.
Шли долго — час, два, не меньше. Потом собака забеспокоилась, стала кружиться: то в одну сторону кинется, то в другую. Тихон понял, что женщина здесь бродила. Сердце заныло нехорошо. Буквально в пяти минутах отсюда начинались болота. Пёс сделал несколько кругов. Тихон не мешал — Гром умный, сам сообразит, что и как. И тут он замер. Замер и прислушался. Потом растерянно посмотрел на хозяина, как бы говоря, что такого быть не может, и побежал в сторону болота.
— Гром, стой!
Тихон рванул следом. Собака будто с ума сошла. «Да что сегодня со всеми происходит?» Он увидел своего пса через минуту. Тот стоял на краю болота и куда-то смотрел. Тихон, проследив за его взглядом, похолодел. Ему показалось, что волосы на голове зашевелились. На улице уже начинало темнеть, и Тихон даже глаза протёр, чтобы удостовериться, что ему не кажется. Но нет — видение не пропало.
Метрах в десяти от начала зыбкого болота, на большой кочке, спала девочка. Маленькая. Тихон надеялся, что спала. Значит, женщина не совсем с ума сошла. Видимо, ребёнок отошёл и потерялся. Одно оставалось непонятным — что они делали в лесу в такой глубине?
Гром обнюхал весь берег и наконец нашёл, как малышка попала туда. Он осторожно ступал по кочкам, а Тихон боялся дышать. Только мысленно шептал: «Давай, Громушка…» Собака была около ребёнка через минуту, ткнула носом, и девочка зашевелилась. Тихон быстро ломал ветки.
— Гром, сидеть!
Пёс послушно сел, а малышка открыла глаза и сразу заплакала. Тихон подошёл ближе: «Не плачь, маленькая, не бойся! Это друг, его зовут Гром. Если ты немного подождёшь, то мы спасём тебя и пойдём домой.» Девочка смотрела на него огромными глазами, но замолчала. Это уже было хорошо.
Через несколько минут куча веток была готова. Если Гром потеряет малышку, то очень быстро по веткам можно будет пробежать. «Солнышко, слушай меня внимательно. Ты должна встать, сильно-сильно обнять Грома за шею. Вот так. Сцепи пальчики, чтобы ты почти на нём висела. Гром пойдёт, и ты рядом с ним. Только ни в коем случае не отпускай его! Поняла?»
Девочка кивнула и уцепилась за собаку. Гром терпеливо ждал, пока ребёнок покрепче ухватится. И наконец Тихон произнёс: «Гром, давай!» Собака пошла медленно, осторожно. Казалось, всё в лесу смолкло. Пару раз малышка оступилась, но собаку не отпускала.
Тихон подхватил ребёнка. Она прижалась к нему крепко-крепко. Личико всё искусано комарами, опухло от слёз. Совсем маленькая — лет пять, а может, и того меньше. Тихон почти бежал. Гром нёсся впереди, иногда останавливаясь, чтобы дождаться хозяина.
Честно говоря, пока Тихон спешил к машине, он всё думал: «А что делать дальше? В больницу? Домой? Девочку нужно накормить, помазать чем-то…» И в мозгу как полыхнуло: «Ну конечно! Он постучится к Лене. Она женщина, она знает, что нужно делать с ребёнком. А потом они позвонят участковому и всё решат.»
Ребёнок не отпускал его шею. Они в машину так сели и из машины так вышли. Гром недоумённо смотрел на хозяина. Его не часто брали в деревню — местные собаки такой вой поднимали, хоть уши затыкай! А тут приехали. Да ещё и не в магазин, а куда-то…
Тихон постучал в ворота. Хлопнула дверь, ворота открылись. На него испуганно смотрела Елена. Потом перевела взгляд на девочку. «Ох, нашёл таки!» Она ловко перехватила ребёнка. «Входите.» «Я с собакой…» «Тут побудем.» Лена обернулась: «С собакой в дом входите!»
Они вошли. Тихон вздохнул. Хорошо, когда в доме женщина — красиво, уютно. «Там, в холодильнике, косточки возьми. Я твоей собачке собирала. И миску воды налей. Ну и себе, если хочешь чаю.» Она говорила, не поворачиваясь: «Ты моя хорошая, напугалась, замёрзла… Ну ничего, сейчас мы всё помажем, и чесаться не будет. А потом покушаем. Хочешь кушать?»
Девочка заворожённо кивнула. Тихон и сам заслушался. А через пятнадцать минут они сидели за столом. Малышка уплетала тёплую картошку с котлетой, запивала всё чаем и на глазах оживала, возвращаясь в человеческий вид. Тихон никак не мог оторвать от неё взгляд. Кого-то эта девочка сильно ему напоминала…
— Надо Игорю звонить.
— Да, он в городе вроде, к той женщине поехал. Она, кажется, в себя пришла.
Тихон набрал номер. Участковый ответил сразу:
— Ты где?
— Я у Лены. Нашёл девочку.
— Тьфу ты! Слава богу! Скоро подъеду.
Участковый отключился. На экране на мгновение мелькнула фотография сына и жены. Тихон замер. Он дрожащими руками стал листать снимки, которые были в телефоне. Наконец нашёл то, что искал — его сын, когда ему было шесть. Фотография, конечно, старая, перенесённая в телефон, но достаточно ясная, чтобы понять… Это фото и девочка — просто одно лицо!
Ребёнок задремал, и Лена положила её на диван, потом вернулась за стол.
— Что с тобой?
Он протянул телефон. Лена посмотрела, обернулась на девочку, потом посмотрела на него:
— Что-то я ничего не понимаю… А откуда у тебя её фотография?
— Это сын.
Он не успел больше ничего сказать. В дверь тихонько стукнули, и вошёл Игорь. Участковый сел, посмотрел на ребёнка, потом на Тихона:
— Егорыч, тут такое дело… Женщина эта с дочкой — они к тебе шли. Решили немного путь срезать, а потом Алёнка вырвалась за бабочкой и пропала. В общем, какая-то невероятная история.
— Ко мне? Зачем?
Игорь рассказал, что эта женщина встречалась когда-то с Тимуром. Она думала, что он её бросил, потому что накануне гибели они немного поссорились, и только недавно узнала, что он погиб. А Алёнка — ребёнок — получается, внучка Тихона.
Прошёл год. Дом Тихона было не узнать. Он стал больше. Вокруг цвели цветы, на грядках порядок. Гром растолстел, о чём ему постоянно напоминал Тихон. Хотя удивляться было нечему — в доме теперь было целых две хозяйки. Одна совсем маленькая, а другая взрослая — Лена, жена Тихона. Была ещё одна хозяюшка. Правда, она училась, потому что Тихон настоял, что нужно получить образование. Иначе чему она научит свою дочь, а его внучку?
– Ты сказала, что тебе нагулянных внуков не надо