Чужие долги

— Сим, ну ты же понимаешь, это не прихоть. Нужно где-то денег перехватить, буквально на пару месяцев. Нам не хватает всего-то пятьсот тысяч.

— Всего-то? — Сима подняла глаза. — Наташ, я работаю помощником бухгалтера четыре месяца. У меня зарплата — тридцать пять тысяч. Какие пятьсот?! Откуда они у меня?

— У тебя кредитная история чистая, — влез отец. — Мы с матерью уже всё, под завязку.

На мне два кредита, на матери — рассрочка за тот гарнитур, что мы Наташе на свадьбу дарили.

А ты у нас девочка ответственная, стаж у тебя идет, доход белый. Тебе дадут.

Симу всей семьей дожимали три дня. Мать с отцом просили, сестра то шантажировала, то давила на жалость.

Волю младшенькой, как обычно, подмяли — она согласилась.

Уже неделю Сима, нацепив самую приличную блузку, после работы методично обходила душные офисы.

В первом банке, крупном и зеленом, девушка-операционист долго изучала ее документы.

— К сожалению, у вас стаж на текущем месте работы совсем маленький, — наконец произнесла она, даже не глядя на Симу. — Система выдала отказ.

— А через неделю можно подать снова? — с надеждой спросила Сима.

— Можно, но вряд ли что изменится. Попробуйте обратиться месяца через три-четыре.

Сима вышла на улицу, достала телефон и увидела три пропущенных от Наташи. Перезванивать не хотелось — знала, что начнутся нравоучения.

Сима пошла в другое отделение — благо, в центре этих офисов стояло с десяток.

— Девушка, ну что там? — Сима нетерпеливо ерзала на стуле.

— Отказ. Причину, согласно регламенту банка, я вам назвать не могу. Попробуйте обратиться позже.

Сима злилась. На себя, на Наташу, на эти банки, которые не хотят давать деньги «ответственному человеку».

Она была уверена: если подать заявку много раз, система поймет, что ей очень надо, и сдастся. Это казалось логичным.

Сима заходила в каждое отделение, которое попадалось по пути.

Она заполняла анкеты, указывала левые телефоны «контактных лиц», которые ей диктовала Наташа, и везде слышала одно и то же.

Вечером дома она снова залезла в интернет. «Кредит онлайн за 5 минут».

— Так, попробуем здесь, — бормотала она, вбивая данные паспорта.

Через две минуты пришло СМС:

«Вам отказано. Попробуйте через 30 дней».

— Ах так? — Сима с силой ткнула в экран. — Ну и …

Она отправила еще десять заявок в разные МФО и мелкие банки. В голове пульсировала только одна мысль: надо помочь сестре, папа сказал, что она должна!

К середине ночи у нее перед глазами прыгали цифры и проценты. Добил ее банк, который прислал уведомление:

«Поздравляем! Вам одобрена кредитная карта с лимитом 3000 рублей».

Сима уставилась в экран. Три тысячи. На эти деньги можно было три раза сходить в магазин за продуктами, и то без излишеств.

— Это изде..ватель..ство, — прошептала она. — Три тысячи. Они что, смеются надо мной?

Она со злостью закрыла вкладку и швырнула телефон на подушку. Кредитку забирать не стала.

Пришло время отчитываться перед родней. Сима с работы поехала к родителям. Наташа там уже ее ждала.

— Ну что? — хором спросили сестра и отец.

— Ничего, — Сима бросила сумку на стул. — Везде отказы. Сказали, стажа мало. А один банк вообще три тысячи предложил.

Наташа побледнела.

— Как — отказы? Ты точно всё правильно заполняла? Сим, ты, наверное, просто не хотела помогать! Специально что-то не то сказала, да?

— Наташ, ты в своем уме? Я неделю скакала по банкам, как ошпаренная. Все филиалы в городе обошла, везде была!

— Значит, плохо скакала! — выкрикнула Наташа. — Нам теперь что делать? Леня уже с людьми договорился! Ты понимаешь, что ты нас подставила?

— Я подставила? — Сима задохнулась от возмущения. — Я пошла ради вас просить деньги, которые мне не нужны! Папа, скажи ей!

Геннадий Аркадьевич хмуро смотрел в окно.

— Плохо, Сима. Очень плохо. Мы на тебя рассчитывали. Теперь придется нам с матерью еще один кредит брать. Под дикие проценты, наверное…

— Пап, так вам же не давали?

— Ну, найдем где-нибудь. Есть конторы, которые всем дают. Просто переплатим в три раза, вот и всё. А ты могла бы и постараться!

Симе стало так обидно, что защипало в носу. Она залезла в сумку, достала конверт. В нем лежали пятьдесят тысяч рублей — всё, что она отложила за полгода на учебу и нормальный ноутбук.

— Вот, — она положила деньги на стол. — Это мои личные. Больше нет. Берите и делайте что хотите.

Наташа мгновенно сгребла конверт. И даже «спасибо» не сказала.

— Ладно, это хоть что-то. На первое время хватит. Но Сим, ты всё равно подумай, может, через месяц еще раз попробуешь?

— Нет, Наташ. Через месяц, через два и через год — нет. С меня хватит!

Сестрица скривилась, но ничего не сказала.
***
За два года, что прошли с тех пор, жизнь Симы изменилась кардинально. Она сменила работу, потихоньку копила деньги, уже на своем счету, и больше не заглядывала в кредитные организации.

С семьей общалась редко — звонки матери обычно сводились к жалобам на давление и «неблагодарных заказчиков Ленечки». С сестрой и вовсе не созванивалась.

Гром грянул в субботу утром. Сима только собиралась пить кофе, когда в дверь затарабанили. На пороге стояла мать. Вид у нее был такой, будто она не спала неделю: черные круги под глазами, руки дрожат.

— Симочка, пусти… — она едва не повалилась на дочь.

— Мам, что случилось? Давление?

— Если бы… Леня… он всё. Подал на банкротство. Всё имущество описывают. Машину уже забрали.

Сима даже не удивилась.

— Ну, подал и подал. На нем же ничего не было, всё на Наташе, — заметила она.

— В том-то и беда! — мать всхлипнула. — Наташа на себя три карты открыла, когда они тот долг пытались закрыть. На четыреста тысяч в сумме.

Там проценты такие, что страшно смотреть. Она вчера призналась — платить нечем. Совсем.

— А папа?

— Папа… — мать закрыла лицо руками. — Мы же тогда, два года назад, взяли миллион. Думали, Леня выкрутится.

А он эти деньги в какой-то новый проект вложил, и они там сгорели. Мы два года только проценты платили, основной долг почти не уменьшился.

Сейчас банк выставил требование на полную выплату. У нас пенсию арестуют, Сима! Квартиру могут выставить на торги, если не решим что-то!

Сима села напротив матери. В голове сама собой выстроилась арифметика: миллион у родителей, четыреста тысяч у Наташи. И пятьдесят тысяч, которые она дала тогда из своих, — про них, конечно, никто и не вспомнил.

— Мам, а от меня вы чего хотите?

— Симочка, дочка… У тебя же сейчас зарплата хорошая. Ты в банке узнай, может, тебе дадут миллиона два?

Все долги наши закроем одним кредитом. Мы будем сами платить, честное слово! Я хочу просто, чтобы один платеж был, посильный.

Ты же единственная, у кого нет долгов…

Сима медленно подняла руки вверх.

— Мам, об этом не может быть и речи! Я тогда была такая …, что подавала заявки по десять раз в день. Я в каждый банк по пять раз заходила! А потом еще в интернете во все конторы тыкала.

— И что?

— А то, что я тогда убила свой кредитный рейтинг в ноль. Для любого банка я теперь — «отчаянный заемщик».

Тот, кто мечется и просит деньги везде подряд. Мне полгода назад даже рассрочку на пылесос не дали, мам. Сказали: «Слишком много отказов в истории».

Мать уставилась на нее, не мигая.

— То есть… тебе не дадут?

— Мне не дадут, мам.

Мать посерела. Она хотела что-то сказать, как вдруг дверь открылась и в квартиру влетела Наташа. Сима скривилась: опять она дверь не закрыла! Вечно забывает…

— Мама, ты ей сказала? — заорала она. — Сим, давай, собирайся. Мы нашли юриста, он сказал, что если ты возьмешь на себя часть суммы как созаемщик, нам сделают реструктуризацию.

Сима встала.

— Наташ, сядь, — спокойно сказала она. — Мама тебе сейчас всё объяснит. Коротко: денег не будет. И кредитов на мне не будет. Никогда.

— Ты издеваешься? — Наташа подскочила к столу. — Мы тонем! У меня карты пустые, мне звонят коллекторы по десять раз на дню! Совесть имей!

Сидишь в чистенькой квартирке, и в ус не дуешь! А мы спать от страха боимся!

— А вы жили на широкую ногу на чужие деньги, — перебила ее Сима. — Леня банкрот? Отлично. Пусть идет работать на стройку. Пусть попробует руками деньги зарабатывать.

Ты тоже найди работу, Наташ. Вторую, третью, если одной не хватает.

— Да как ты смеешь! — Наташа замахнулась, но Сима даже не вздрогнула. — Ты же сестра моя! Да как ты жить будешь, зная, что из-за тебя мы по миру пошли?!

— Я не дойная корова. Мам, — Сима повернулась к матери. — Я помогу вам с продуктами. Буду оплачивать коммуналку, чтобы вас не выселили.

Но ни копейки ваших долгов я на себя не возьму. И банкам я не интересна — спасибо моей «настойчивости» в прошлом.

Наташа стояла, хватая ртом воздух.

— Ты… ты просто не хочешь! Ты всё врешь про рейтинг!

Сима достала телефон, зашла в приложение одного из бюро кредитных историй и повернула экран к сестре. В центре круга все горело красным.

— Смотри, — сказала Сима. — «Низкая вероятность одобрения». Причина: «Множественные обращения и регулярные отказы».

Наташа развернулась и выбежала из квартиры. А мать сидела, ссутулившись, и тихо плакала.

— Как же так, Симочка… Мы же хотели как лучше.

— Нет, мам. Вы хотели за счет одного ребенка спасти эго другого. Так не бывает.

Прошел еще год.

Родители жили скромно. Им пришлось продать дачу и гараж, чтобы закрыть часть долга.

Папа устроился сторожем на автобазу, мать подрабатывала шитьем на дому. Они больше не просили Симу о кредитах — просто знали, что это бесполезно.