— Мама, — схватилась за голову Вероника, — ну зачем? Скажи мне, зачем? Посмотри, как мы живём? На что растить пятого ребёнка?
Ты не работаешь, у нас двухкомнатная квартира, места нет. Из-за своих младших братьев и сестёр я не могу отсюда съехать. Не могу, как все мои ровесницы выйти замуж и устроить личную жизнь!
Я вынуждена постоянно находиться рядом с вами, потому что на тебя положиться нельзя! Ты только и можешь, что рожать!
Вероника была самой старшей в многодетной семье. Отец их бросил, когда девочке исполнилось 14.
За 12 лет её мама несколько раз сходилась с мужчинами и от каждого рожала по ребёнку, сейчас на шее Вероники сидела не только сама родительница, но и трое младших её детей — двое братишек и сестрёнка.
В люди Веронике удалось выбиться огромным трудом. До сих пор она с ужасом вспоминала, время когда ей ночами приходилось готовиться к контрольным работам, а вечером, после учёбы и работы, присматривать за малышами, выполнять работу по дому, готовить и убирать.
Мать не делала абсолютно ничего. Она то восстанавливалась после родов, то бегала на свидания с очередным ухажёром, то просто отдыхала, потому что устала.
Заветной мечтой Вероники было вырваться из родного дома, и стать наконец-то свободной.
С матерью она разговор на эту тему заводила миллион раз, и всегда слышала один и тот же ответ:
— Мы без тебя не справимся. Нам требуется твоя помощь. Ты же прекрасно знаешь, что и я, и мои дети от тебя полностью зависимы.
Съедешь ты отсюда, и мы по миру пойдём. Неужели тебе какая-то призрачная личная жизнь дороже нас?
— Мама, — объясняла Вероника, — я буду вам помогать. Слава Богу, зарабатываю я неплохо. Я готова половину зарплаты отдавать вам, а на оставшуюся часть снимать хотя бы комнату с подселением, или в общежитии.
Мне нужен отдых! Мама, я в таком темпе долго не протяну.
— Отдых от чего, позволь спросить? От своей семьи? Ты от нас устала? От меня и от детей? У тебя вообще как совести хватает такое говорить?
— Мама, но ведь это правда! На мне абсолютно всё, начиная от обеспечения заканчивая порядком. Ты сидишь дома, не работаешь и элементарно посуду помыть не можешь!
Я прихожу с работы — гора грязных тарелок потолок на кухне подпирает. Неужели нельзя помочь?
Хорошо хоть Витюшка меня жалеет, по мере своих сил помогает. У ребёнка, мама, больше сострадания, чем у тебя!
— Я перед вами свой долг уже выполнила, я вас родила! Теперь ваша очередь. Пока ты нам помогаешь, потом пацаны будут, как вырастут, а потом и самая младшая повзрослеет.
Пока, Вероника, дети маленькие, ответственность за нашу семью лежит на тебе. Придётся с этим смириться.
Лидия Тимофеевна за свою жизнь работала всего 3 года. Очень давно, когда окончила институт, её родители по знакомству пристроили в библиотеку. Уволилась она оттуда сразу же после свадьбы.
Лидия всегда считала, что обеспечение семьи должно лежать на мужчине, и отец Вероники, в принципе, против этого не возражал.
Николай был инженером, хорошо зарабатывал. После того, как семья распалась, мужчина продолжал Веронике платить алименты, на них собственно, семья и жила первое время.
С дочерью он после развода не виделся ни разу, женился, родились «новые» дети, Вероника ему чужой стала.
Потом после рождения Вити, Леши и Даши выживали на пособия. То время Вероника вспоминать не любила — частенько приходилось ужиматься, у матери не было возможности купить дочери лишнюю пару колготок в институт.
Ситуация более-менее выправилась, когда Вероника сама пошла работать. Лидия Тимофеевна, при всех своих недостатках, была ещё и очень гордой – на отцов младших детей на алименты она не подавала, хотя Вероника несколько раз её об этом просила:
— Мам, ну ты же видишь, как нам тяжело. Пусть отцы Вити, Лёши и Дашеньки нам помогают. Все трое, насколько я помню, работают. Сходи в суд, подай на алименты!
— Вот ещё,- фыркала Лидия Тимофеевна, — да лучше с голоду ум.ереть, чем к ним за помощью обращаться! Ты что, не помнишь, как они со мной поступили? Видеть не хочу их про.тивные мо.рды!
Вероника молчала. По большому счёту, у неё особых претензий ко всем сожителям матери не было.
Девушка считала, что именно по вине её родительницы все трое и сбежали — мать кого угодно могла довести до нервного срыва.
Младшей сестре Вероники, Даше, было 5 лет, когда у детей появился ещё один отчим. Почему-то Вероника возненавидела его сразу, даже не видя.
О том, что мать начала с кем-то встречаться, она знала: Лидия Тимофеевна, как только влюблялась, тут же кардинально менялась — становилась доброй, ласковой, переставала скандалить.
Вернувшись с очередного свидания, женщина старшей дочери объявила:
— Завтра к нам придёт мой будущий муж.
— Опять, — ехидно спросила Вероника, — четвёртый? Я скоро счёт мужьям твоим потеряю.
Какие на него планы? Сойтись, пожить, выпить из него все соки и потом разбежаться? Я правильно понимаю?
А, забыла ребёнка от него родить надо обязательно! Ещё одного мне на шею!
— Замолчи, — разозлилась Лидия Тимофеевна, — как у тебя яз.ык поворачивается матери такие вещи говорить? Я, Вероника, между прочим, для вас стараюсь. Я хочу, чтобы у вас был отец!
— Мама, мне 26! О чём ты говоришь? Ты считаешь, что я каждого твоего ухажера начну называть папой? Ты что, издеваешься?
— Ну от тебя я, конечно, такого счастья и не жду. Нормально бы разговаривала, не огрызалась и ладно. Я и этому буду рада.
Я беспокоюсь о младших — мальчишки растут без мужской руки, скоро начнутся подростковые проблемы, а я у них авторитетом не пользуюсь.
Вот был бы отец — было бы проще.
Анатолий оказался достаточно приятным мужчиной. Вероника намеренно ушла из дома сразу же после его прихода — ей с будущим отчимом совсем не хотелось знакомиться.
Выходя из квартиры, девушка услышала:
— А ты, значит, Виктор? Ну здравствуй! О, какое крепкое рукопожатие. Мужчина! Ой, а кто это у нас такой красивый, с бантиками? Как тебя зовут? Дашенька? А я — дядя Толя!
Когда Вероника вернулась, Анатолия уже не было. Дети с восторгом обсуждали своего нового отчима:
— А мне он обещал показать, как на токарном станке работать! Сказал, что научит меня на нём разные штуки делать, — тараторил Витька.
— А мне обещал куклу купить, — улыбалась маленькая Дашенька, — которая сама кушает и писает! Вот!
— А ты чего не осталась? — укорила Веронику Лидия Тимофеевна, — как-то, Вероник, некрасиво вышло — Толик к нам знакомиться пришёл, а ты из дома сбежала.
— Зачем мне, мама, с ним знакомиться, — огрызнулась Вероника, — всё равно 3-4 месяца поживёте и разбежитесь. Потом появится новый мужик, потом — ещё один. Зачем мне это надо, всех запоминать?
Анатолий в квартире Лидии Тимофеевны стал частым гостем. Рукастый мужчина починил всё, что было сломано: подтянул петли на шкафах, заменил краны, покрыл акрилом старую ванну.
Вероника невольно приглядываясь к новому ухажёру матери и сама себя ловила на мысли, что с этим мужчиной родительница может быть счастлива. Если только не совершит своих главных ошибок и сама от себя его не отпугнёт.
К детям мужчина относился прекрасно и те, как ни странно, платили ему взаимностью — и Витька, и Лёшка, и даже маленькая Даша ждали прихода Анатолия.
Лидия Тимофеевна и Анатолий встречались полгода, после чего мужчина сделал ей предложение.
Это для Вероники тоже стало новостью – другие возлюбленные матери наоборот, настаивали исключительно на сожительстве, штампа в паспорте иметь они не хотели.
После росписи родительница старшей дочери объявила радостную новость — они с Анатолием ждут ребёнка.
Вероника её восприняла в штыки:
— Вообще прекрасно! Ещё минимум на 3 года мне можно похоронить мечту о том, чтобы жить отдельно!
Вы немножко поживёте, разбежитесь и ещё один маленький ребёнок свалится мне на шею. Мне же этих трёх мало!
Мама, скажи мне, как долго ты планируешь ещё плодиться?
— Вероника, — разозлилась Лидия Тимофеевна, — ты как со мной разговариваешь? Что значит – плодиться?
— Да то и значит, — взорвалась Вероника, — ты детей рожаешь как из конвейера! Сколько их ещё ты планируешь повесить на меня?
Причём палец о палец ты не стараешься ударить, чтобы своих собственных отпрысков воспитывать — их содержу я! Почему я должна ими заниматься? Мне 26, я хочу своих детей!
— Не ожидала я от тебя таких слов, — укоризненно произнесла Лидия Тимофеевна, — Толя — он другой.
Во-первых, он мой законный муж.
Во-вторых. Он нашёл общий яз.ык со всеми детьми. У него нет любимчиков, он и к Лёше, и к Вите и к Даше относится одинаково хорошо.
В-третьих. Мы с ним поговорили и решили, что я до родов выйду на работу.
— Что? — удивилась Вероника. — куда ты выйдешь?
— На работу, — спокойно ответила Лидия Тимофеевна, — чтобы потом декретные получать, и место и дальше за собой сохранить. Он меня в свою контору пристроит, уже договорился.
Анатолий сразу же после свадьбы переехал в квартиру к Лидии Тимофеевне, причём это было её желание — у мужчины была в собственности трёшка, но в ней жила престарелая мама.
Лидия Тимофеевна не захотела жить со свекровью, предпочла остаться в своей маленькой квартирке.
Вероника никак не могла себя заставить пересмотреть отношение к Анатолию — девушка чувствовала, что он человек надёжный, раз уж смог донести до мамы важность официального трудоустройства. Ни одному сожителю Лидии Тимофеевны это не удалось.
Вообще рядом с ним женщина стала намного спокойнее и даже хозяйственнее, к приходу мужа Лидия Тимофеевна старалась навести «марафет» — прибиралась, готовила, детей переодевала в чистое, они всегда теперь выглядели опрятно.
Вероника это видела, но заставить себя принять нового отчима почему-то не могла.
Ситуация изменилась после откровенного разговора Анатолия и Вероники — как-то оставшись наедине с падчерицей, мужчина сказал:
— Я вижу, что ты меня недолюбливаешь. Понимаю, у тебя есть на это право. Я хочу тебе, Вероник, сказать — я обещаю, что никогда ни твоих братьев, ни Дашеньку, ни маму не обижу.
Я сделаю всё, чтобы они были счастливы! Ты не думай, я не приживала какой, я не собираюсь пару лет поиграть в семью и потом с твоей мамой развестись. Я хочу с ней всю жизнь прожить!
Вероника наконец-то успокоилась. Она решила дать не только отчиму, но и самой себе шанс на лучшую жизнь.
На семейном совете было принято решение девушку отпустить в «свободное плавание», Лидия Тимофеевна к просьбе Вероники съехать отнеслась спокойно.
Анатолий своё слово сдержал — после рождения их общего ребёнка семья стала ещё крепче.
Вероника живёт одна, устраивает свою личную жизнь и частенько ездит в гости к матери и, наверное, уже к отцу. Отношения между падчерицей и отчимом постепенно крепчают.
А я бы, на твоем месте, сделала ДНК