Лариса остановилась перед дверью с номером «47» и достала из сумки маленькое зеркальце. Сорок минут в электричке, потом ещё полчаса на автобусе — лицо успело осунуться, под глазами залегли тени. Она провела ладонью по волосам, пригладила непослушную прядь, сунула зеркальце обратно и только тогда нажала на звонок.
— Лар! Наконец-то! — Игорь распахнул дверь и обнял сестру. Она едва заметно отстранилась, но он, кажется, ничего не заметил. — Проходи, проходи! Вера как раз чай ставит.
Квартира была небольшая, однушка скромная. Пахло свежей краской и чем-то сладким — пирогами, что ли. Лариса скинула туфли, поставила их аккуратно у порога и прошла в комнату.
— Здравствуйте, — Вера вышла из кухни, вытирая руки о фартук. Молодая, лет двадцать девять, не больше. Лицо круглое, простое, но приятное. Живот уже заметный — месяцев шесть, наверное, или пять. Она улыбалась застенчиво, будто извинялась за своё существование.
— Здравствуй, — Лариса протянула руку для рукопожатия, но Вера вместо этого неловко обняла её.
— Так рада, что вы приехали! Игорь столько про вас рассказывал!
— Да? — Лариса скользнула взглядом по лицу брата. Он смотрел в пол. — Надеюсь, только хорошее.
— Конечно! — Вера засмеялась. — Садитесь, пожалуйста, сейчас чай принесу.
Она повернулась к кухне, и тут Лариса это увидела. На безымянном пальце правой руки — кольцо. Золото, тонкая работа, и в центре бриллиант. Не маленький. Граммов на пять камень, если не больше. Свет из окна падал прямо на него, и он вспыхивал, переливался, слепил глаза.
Лариса замерла. В висках застучало. Она медленно опустилась на диван, не сводя взгляда с кольца.
— Лар, ты чего? — Игорь присел рядом. — Всё нормально?
— Нормально, — она сглотнула. — Просто устала с дороги.
Вера вернулась с подносом, на котором стояли три кружки и тарелка с пирогами. Села напротив, подоткнула под себя ногу. Руки её лежали на животе, и кольцо снова сверкнуло.
— Вы давно знакомы? — спросила Лариса, не отрывая взгляда от пальцев Веры.
— Почти год, — ответила та. — Познакомились на работе. Игорь тогда к нам в офис приходил, документы какие-то сдавал. Я за стойкой сидела…
Она говорила, а Лариса не слушала. В голове крутилось одно: кольцо. Дорогое, настоящее, не бижутерия. Тысяч триста, если не больше. А может, и все пятьсот.
— …а потом он мне цветы принёс, — продолжала Вера. — Прямо на работу. Девочки все ахали, такой романтичный!
— Романтичный, — эхом повторила Лариса. — Да, Игорь всегда умел удивлять.
Брат кашлянул, потянулся за кружкой.
— Лар, ты пирог попробуй, Вера сама испекла.
— Спасибо, не хочу.
Молчание повисло в воздухе, тяжёлое, как перед грозой. Вера переглянулась с мужем, но тот смотрел в окно.
— Красивое кольцо, — наконец сказала Лариса. Голос её был ровным, почти безразличным. — Дорогое, наверное.
Вера вспыхнула, опустила глаза, невольно повернула руку так, чтобы бриллиант сверкнул ярче.
— Игорь подарил, когда делал предложение. Я сначала не хотела принимать, говорю, зачем такое дорогое… Но он сказал, что хочет, чтобы у меня было всё как у людей. Настоящее кольцо, как полагается.
— Настоял, — Лариса повернулась к брату. — Значит, деньги нашлись?
— Лар, давай не здесь, — он встал, взял её за руку. — Пойдём на кухню, поговорим.
Она вырвала руку.
— Не надо меня уводить. Пусть твоя жена тоже послушает. Ей полезно будет узнать, на какие деньги куплено это кольцо.
Вера замерла, кружка застыла у её губ.
— Лариса, пожалуйста, — Игорь сел обратно, потёр лицо ладонями. — Я всё объясню. Просто дай мне…
— Восемь лет, — перебила его сестра. Она говорила тихо, но каждое слово падало, как камень. — Восемь лет я за тебя платила. Ты помнишь, как это было? Как ты пришёл ко мне ночью, весь трясущийся, и сказал, что проигрался? Пятьсот восемьдесят тысяч. Ты помнишь эту цифру?
Вера поперхнулась чаем, закашлялась. Игорь молчал, сжав кулаки.
— Я пошла в банк, — продолжала Лариса. — Взяла кредит на себя. Потому что ты — мой брат. Потому что маме обещала тебя не бросать. Ты обещал вернуть. Помнишь?
— Помню, — прохрипел он.
— Помнит он! Первый год ты помнил — платил. Каждый месяц, по десять тысяч. Я даже подумала, что ты исправился. Потом стало по пять. Потом по три. А потом ты стал пропускать месяцы. «Денег нет, Лар. Работа плохая. Кризис». Я верила. Я думала, ты правда еле сводишь концы с концами.
Вера смотрела на мужа широко раскрытыми глазами. Руки её дрожали.
— А потом ты позвонил и сказал, что женишься. Я обрадовалась. Думала, вот, наконец-то, остепенится. Скромная свадьба, говоришь, денег нет даже на гостей. Я поняла. Я не обижалась. Но когда я увидела это, — она ткнула пальцем в кольцо, — я поняла, что ты просто врал. Всё это время. Деньги у тебя были. Просто на меня их не было.
— Это не так, — Игорь вскочил. — Я правда хотел вернуть! Просто…
— Просто что? — Лариса тоже встала. Они стояли друг напротив друга, и в её глазах застыл лёд. — Просто мне можно не отдавать, а жене — купить кольцо за триста тысяч?
Вера вздрогнула.
— Триста? — она посмотрела на кольцо, потом на мужа. — Игорь, ты говорил, что это… что нашёл со скидкой…
— Замолчи! — рявкнул он. Вера сжалась, обхватила живот руками.
Лариса шагнула к ней, присела на корточки.
— Вера, — сказала она мягко. — Ты хорошая девочка, я вижу. И ребёнка своего, наверное, любишь уже. Но ты должна знать правду. У меня дома лежит тетрадь. В ней записана каждая копейка, которую я за него отдала. Пятьсот пятьдесят тысяч кредита. Плюс проценты. Плюс то, что он обещал вернуть, но не вернул. Я хочу, чтобы ты это знала. И я хочу, чтобы вы расплатились. Оба.
Она выпрямилась, взяла сумку.
— Я не прошу сразу. Я понимаю, ребёнок, расходы. Но я буду приезжать. Каждый месяц. И вы будете мне платить. По десять тысяч. Как он когда-то обещал. Потому что я устала быть дурой, которая всё прощает.
Игорь стоял, опустив голову. Вера молчала, слёзы текли по её щекам.
— Лар, — он шагнул к ней, но она подняла руку.
— Не надо. Я всё сказала.
Она вышла в прихожую, обулась. Руки дрожали, но она справилась с ремешками. Игорь не вышел проводить. Только Вера постояла в дверях, обхватив себя руками.
— Простите, — прошептала она.
Лариса обернулась.
— Мне тебя жаль, девочка. Правда жаль.
Электричка везла её обратно. За окном мелькали дома, деревья, пустыри. Лариса сидела у окна и смотрела на своё отражение в стекле. Усталое лицо, морщины у глаз, седые пряди в волосах. Сорок лет скоро. Одна. Кредит ещё год выплачивать.
Она достала телефон, открыла сообщения. Последнее от Игоря пришло два месяца назад: «Лар, прости, в этом месяце не получится. Обещаю, в следующем отдам двойную».
Она удалила переписку. Всю, до самого первого сообщения.
Может, зря. Может, надо было промолчать, проглотить обиду, как всегда. Но сил больше не было.
Телефон завибрировал. Неизвестный номер.
«Это Вера. Можно с вами поговорить?»
Лариса посмотрела на сообщение, потом снова на своё отражение в окне. За стеклом летел мир, чужой и равнодушный.
«Можно», — написала она и убрала телефон в сумку.
Вера сидела на диване и смотрела на кольцо. Игорь ушёл на кухню и уже полчаса там что-то грохотал. Она слышала, как он ругается сквозь зубы, как хлопает дверцами шкафов.
Кольцо было красивое. Когда он дарил его, она плакала от счастья. Первый раз в жизни ей дарили что-то настоящее, дорогое. Не цветы с рынка, не дешёвую бижутерию. Она надела его и не снимала. Даже ночью.
Теперь оно жгло палец, как раскалённое железо.
Триста тысяч. А сестра восемь лет расплачивалась за его долги.
Вера встала, подошла к окну. Внизу, на детской площадке, играли дети. Мальчик лет пяти катал девочку на качелях. Та смеялась, запрокинув голову.
Вера положила руку на живот. Под ладонью что-то шевельнулось. Совсем чуть-чуть, едва заметно. Первые толчки.
— Прости, малыш, — прошептала она. — Кажется, я выбрала не того папу.
Игорь вышел из кухни, встал рядом.
— Верочка, ну не молчи. Скажи что-нибудь.
Она не ответила. Сняла кольцо с пальца, положила на подоконник.
— Продашь, — сказала она. — И отдашь сестре. Хотя бы часть.
— Ты что?! — он схватил кольцо, сжал в кулаке. — Это же тебе подарок! Я для тебя…
— Для меня? — она повернулась к нему. Глаза её были сухие, холодные. — Для меня ты на чужие деньги подарок купил? Пока твоя сестра в кредитах сидит?
— Я отдам! Я обещаю!
— Ты уже восемь лет обещаешь, — Вера взяла кольцо из его руки, сунула в карман халата. — И хватит. Я устала от обещаний.
Она вышла на кухню, закрыла за собой дверь. Села за стол, уткнулась лицом в ладони.
Замужем три месяца. Беременна. И уже понимает, что совершила ошибку.
Но назад дороги нет. Ребёнок внутри неё толкался, напоминая о себе. Маленький, беззащитный. Ему нужен отец. Даже такой.
Вера достала телефон, нашла номер Ларисы в недавних звонках. Написала сообщение.
«Это Вера. Можно с вами поговорить?»
Ответ пришёл почти сразу.
«Можно».
Вера выдохнула. Не знала, что скажет, когда они встретятся. Не знала, простит ли её Лариса. Но хотя бы попробует.
Она подняла руку, посмотрела на безымянный палец. Пустой. Белая полоска на коже — след от кольца, которое она носила не снимая. Теперь его нет. И как-то сразу стало легче дышать.
После корпоратива