— Владочка, выручай, тут такое… Такое… — голос матери в трубке прервался всхлипами.
Хриплым спросонья голоса женщина попыталась вернуть ее в реальность, переспросив:
— Мама, давай конкретней, что случилось? Два часа ночи.
— Я знаю, Владочка, сколько времени. Ты представляешь – мою машину сосед притер!
И, … такой, говорит мне сейчас на голубом глазу, что платить ничего не будет и вообще – чтобы я ни на что не надеялась. Представляешь?
Я сразу и решила, что тебе позвоню и уж мы зададим ему.
— Да, неприятная ситуация… Но мам, это могло подождать до утра, — робко попыталась сопротивляться Влада.
И тут же была едва не оглушена плачем и причитаниями о том, как маме плохо, как у нее болит сердце, и что Влада, конечно, может и дальше продолжать спать, если будет абсолютно спокойна зная, что мама там в беде, опасности и вообще в проблемах по уши.
— Ну что там опять случилось? – сонно забурчал рядом муж.
— Маме сосед машину притер, а ущерб компенсировать отказывается, — пояснила Влада.
— Что, опять поедешь? – в голосе любимого слышалось плохо скрытое осуждение.
— А что поделать? Мама есть мама, — вздохнула Влада и, успокоив истерящую родительницу, принялась собираться.
Одна радость – ночью не было пробок и до небольшого городка в области по трассе она доедет всего за час вместо двух.
Куда хуже дела обстояли, когда мама вспоминала о необходимости отвезти ее на дачу в субботу утром.
Пусть и было такое пару раз, когда ломалась ее собственная машина, но те поездки Влада до сих пор вспоминает с содроганием.
И ведь ничего особо не поделаешь. Мама ведь…
Рядом с мамой Владу держали две вещи. Верней, даже три.
Первой было понимание, что мама в ее детстве ночей не спала, не доедала, не допивала, на трех работах работала, чтобы их с братом поднять…
Отец-молодец, как и многие мужчины в то время, благополучно ушел за хлебом и оставил жену разбираться с проблемами в одиночестве, так что маме пришлось думать самой, как прокормить сына и дочь при условии, что на предприятии месяцами не платили зарплату.
Выручал огород – та самая дача, на которой приходилось жить, чтобы охранять урожай.
И условия там были спартанские, но женщина с двумя детьми, преодолевая лишения и невзгоды, все же справилась, выдюжила, вывела сына и дочь в люди…
Заслужила ли она немного внимания и помощи от выросших детей? Безусловно.
Второй вещью, которой мать активно погоняла Владу, было имущество – квартира и та самая дача.
— Все ведь тебе достанется, детям твоим смотри какое подспорье будет.
Хоть и не в райцентре, а все равно квартирка и дачка что-то стоит, внуков своих жильем обеспечу, от Мишки-то, похоже, не увижу уже ни сына, ни дочки, — как мантру вещала мама в каждый Владин приезд на ту самую дачу.
Вполне возможно, что если бы не замануха в виде наследства для собственных детей, Влада бы уже серьезно поговорила с матерью о необходимости хотя бы от дачи ее избавить.
Ведь к обещаниям наследства прилагались неслабые расходы и на благоустройство старого домика, и на обработку участка.
Да только как не постараться-то, если это даже не маме нужно, а ее, Владиным, детям – сыну Максу и дочери Рите.
И ведь правда, у Миши детей нет. А еще – нет времени и желания заниматься мамиными проблемами.
Старший брат, насколько Владе было известно, не бедствовал и даже построил какую-никакую карьеру.
Выплатил вот пару лет назад ипотеку за свою квартиру и в жизни был устроен, ни на что не жаловался и ничего не хотел.
Но и матери не помогал. Еще и сказал во время одного из совместных сборищ, мол, не нужны мне, мама, ваши квартира и дача – оставляйте все Владке, но и дергайте по всем своим делам только ее.
Мол, я мужчина, мне ваши женские дрязги неинтересны, сплетни про соседей и попивания чаев на дачной веранде не привлекают, так что занимается этим пусть родная сестра.
— Да и вообще — всегда женщины стариков в семьях досматривали. У нас такая есть, не будем же менять устоявшиеся традиции.
Выглядело это все как оправдания и тотальная мизогиния, ну да бог ему судья.
Третьей причиной, по которой Влада не могла бросить маму в беде, было то самое чувство нужности, важности и ощущения, что без нее все в маминой жизни покатится под откос.
Вполне возможно, что она экстраполировала любовь к детям, в которой те не нуждались уже так сильно, как несколько лет назад, на мать.
Ну а что? Рита и Макс уже ходили в школу, в свободное время предпочитали не за мамой хвостиком ходить, а тусоваться с друзьями или посещать кружки, а Владе, возможно, не хватало необходимости кого-то опекать.
А тут мама. Несчастная, неспособная о себе позаботиться…
— Слушай, ну ведь как-то она справлялась со всеми проблемами до тех пор, пока ты не выросла и не взяла все на себя, верно? – пытался порой воззвать к здравому смыслу муж.
— Саш, ну так время идет, годы летят… Ты вот тоже своей маме помогаешь, я же тебя за это не ругаю, верно?
Аргумент был логичным. И бесполезно было мужу пытаться возражать, что он к своей маме максимум раз в месяц заглядывает с какой-то серьезной помощью, в то время как Влада у своей половину выходных в месяц проводит, если не больше.
Саша догадывался, что такой подход приведет к ссоре, да и понимал, что мама из жизни жены никуда уже не денется, вот и терпел, хотя и ворчал порой.
И только наблюдал, как Влада при первых признаках проблем на всех парах мчала к маме в соседний город.
Лишь надеялся порой, что когда-нибудь это все-таки закончится. Он и не представлял, что закончится все очень быстро, причем далеко не самым трагичным способом.
— Владочка! Ну наконец-то ты приехала… — на небольшой кухоньке в маминой квартире пахло валерьянкой. – Ты представляешь, этот … ползучий…
Владе прежде, чем браться за дело, пришлось выслушать мамин рассказ о том, как она услышала сигнализацию своей машины, выглянула в окно и как раз успела увидеть, что сосед «скрывается с места преступления» после того, как стукнул ее машину.
Женщина спустилась вниз, увидела свежие царапины и небольшую вмятину, ну и решила «по горячим следам» спросить с виновника за ущерб.
— Так он, представляешь, куда меня послал? Сказал, что ничего не было и что я ничего не докажу. Владочка, это что же теперь делать-то…
Дождавшись вместе с мамой утра, Влада отправилась на охранный пост и взяла у них запись с камер, где отчетливо видно было, что именно мужчина из соседнего подъезда на своей машине попытался припарковаться, но немного не рассчитал габариты и задел авто Владиной матери.
Теперь дело было за малым.
— Где твои документы, мам? Позвоним сейчас в ГИБДД, ну и по ситуации либо их сюда вызовем, либо сами к ним поедем с записями и прочим.
— Да там, в комнате, папка в шкафу, как и обычно, — мама еще немного всхлипывала, но постепенно успокаивалась.
Влада, поняв, что почетная миссия достать мамин паспорт и СНИЛС делегирована ей, отправилась в комнату.
И то ли рука дрогнула на нервной почве, то ли недосып сказался, но, когда она доставала из папки мамин паспорт, эта самая папка вдруг выпала у нее из рук и все документы рассыпались по полу.
Чертыхнувшись, Влада принялась их собирать и вдруг замерла, как вкопанная.
Внимание привлек один-единственный документ – мамино завещание. Привлек тем, что в нем Влада отчетливо увидела имя своего брата.
И стало интересно – что же мама ему собралась оставить. Поэтому женщина подняла бумагу и, вместо того, чтобы положить ее в папку к остальным, вчиталось в содержимое.
Вчиталась – и почувствовала, как душа упала куда-то в пятки, а в горле поселился тугой комок, мешающий дышать.
Как мама все это время могла так лицемерить? Сколько помнила Влада последние десять лет – постоянно ей говорили, что квартира и дача мамы останутся ей.
Это даже была не ее инициатива – сама о наследстве не заикалась даже. Просто привыкла слышать, что все, чем владеет мама, когда-нибудь перейдет по наследству ей, Владе.
Нет, она не ждала маминой см…рти и уж тем более – не хотела, чтобы та настала пораньше, но все же осознавала – дети переживают своих родителей.
И родительское имущество, по логике вещей, должно доставаться этим самым детям. Особенно тому ребенку, которому это самое имущество пообещали.
Учитывая, сколько мама говорила о том, что в этой квартире и даче – будущее Владиных детей, женщина бы не удивилась, увидев в качестве наследников Риту и Максима. Даже порадовалась бы за детей.
Но увидеть, что все движимое и недвижимое мама оставляет Михаилу, было чем-то немыслимым.
Может, это какая-то старая копия из тех времен, когда Влада еще была студенткой?
Нет, дата стояла прошлогодняя. То есть все это время ей… врали, так, получается?
Что же, с мамой придется серьезно поговорить. И сделать это прямо сейчас.
Может, Влада и жалостливая прост…ушка, которой можно манипулировать, но всему же есть предел!
Бросит тебя, как только узнает