— Как остается? – Фаина Аркадьевна отшатнулась. – А ты о маме подумала? Как же моя личная жизнь?
— Мама, — скривилась Вика. – Тебе пятьдесят лет! Какая личная жизнь?
— Самая натуральная! – раздраженно ответила Фаина Аркадьевна. – Я не говорю, что у меня есть поклонник, но я хочу жить так, как хочу! И я имею на это право!
— У тебя никто никаких прав не отбирает! – сказала Вика.
— Конечно! – воскликнула Фаина Аркадьевна. – Или живу, как хочу, или мне еще твоего сына растить!
Какая у меня с ним будет жизнь? Это же ребенок! Ему внимание, уход, забота нужна! А я еще, между прочим, хотела бы жизнью насладиться, пока силы есть!
— Ну, и наслаждайся! Кто тебе не дает? – Вика пожала плечами.
— Шутишь? – удивилась Фаина Аркадьевна. – Какие могут быть наслаждения, если у меня на шее твой сын?
— И твой внук! – с нажимом сказала Вика.
— От внука я не отказываюсь, — примирительно ответила Фаина Аркадьевна. – Привози раз в месяц, пирожками накормлю!
А то, что ты мне предлагаешь, это, как минимум, обуза!
Мне хватило, что я тебя вырастила! Так мне еще с твоим сыном возиться?
— Мама, а что ты мне предлагаешь? – Вика встала в позу. – В детский дом его сдать? При живой бабушке?
— Вот именно, при живой! – Фаина Аркадьевна подняла указательный палец вверх. – Живой! И которая жить хочет! Свою собственную жизнь, а не то, что ты мне предлагаешь!
Вика цокнула языком, выдохнула, а потом почти спокойно:
— Мама, из бюро тебя уволили…
— Сократили! – надменно исправила Фаина Аркадьевна свою дочь.
— Хорошо, сократили, — согласилась Вика. – А работаешь ты сейчас вахтершей в школе! И еще уборщицей в той же школе подрабатываешь.
— И что? – воскликнула Фаина Аркадьевна. – Любая работа почетна!
— Архитектор с опытом и стажем моет полы и пропуска проверяет, — Вика покачала головой. – И все это за какие-то двадцать пять тысяч!
— У меня сбережения есть, — насупилась Фаина Аркадьевна.
— Которые скоро закончатся, — Вика демонстративно улыбнулась. – А я тебе предлагаю бросить работу, и начать присматривать за Стасиком!
И при этом я буду тебе оплачивать не только его, но и твое собственное содержание!
— Решила собственную мать в няньки нанять? – с призрением спросила Фаина Аркадьевна.
— А если и так, это же лучше, чем в школе полы драить? – Вика с вызовом посмотрела на маму. – Тем более, это твой родной внук!
Вообще, предложение было хорошим. Фаина Аркадьевна внутренне уже согласилась, но стоило набить цену, чтобы дочка не наглела.
— А что ж ты сама не хочешь своего сына воспитывать? Деньги же есть! – Фаина Аркадьевна склонила голову набок и хитро улыбнулась. – Запихнула бы его в какой-нибудь элитный интернат!
Вика поджала губы. Этот вопрос она сама недавно задавала. Мужу. Но…
— Андрей сказал, что не хочет иметь к моему сыну никакого отношения. Ему нужна только я!
Без… — выговорить было непросто, но Вика пересилила себя, — без прицепа! Единственное, что он готов делать, это оплачивать его нужды!
— А нормального мужа ты себе найти не могла? – фыркнула Фаина Аркадьевна.
— Если такого нормального, как мой бывший, так лучше не искать, — брезгливо ответила Вика. – Андрей – нормальный! Он во мне заинтересован! Я в нем – тоже! И от этого… брака всем хорошо будет!
— Ага, — выразительно кивнула Фаина Аркадьевна. – Если не учитывать, что родная мать скидывает своего ребенка, потому что он мешает ее новому мужу!
Минута молчания, тяжелое дыхание, стыдливые взгляды в пол.
— Вика, я просто не понимаю, как это вообще возможно, — Фаина Аркадьевна потерла руками виски. – Семья какая-то у вас странная.
— Какая есть, — пожала плечами Вика. – А мужчинам редко нужны чужие дети. Но тут особые или особенные отношения…
Сложно признавать свои ошибки. И еще сложнее, когда сам себя обманывал, что не ошибка это вовсе.
Так у Вики было с первым мужем. До последнего она верила, что он одумается, возьмется за голову, осознает себя взрослым человеком. Что поймет, наконец, что он мужчина! Что он муж! Что он отец!
А Никита, ко всей его красоте, уму, находчивости, как был, так и оставался мальчиком. Не хотел взрослеть совершенно!
Он хотел гулять, он хотел в клубы, он хотел вечеринки и веселье. А зарабатывал он ровно столько, сколько нужно было именно ему на развлечения.
На развлечения он же и тратил деньги. И, сколько бы Вика ему не говорила, что она в декрете, и что именно Никита должен ее в это время содержать, он просто отмахивался и говорил:
— Не те, моя милая, времена настали! У нас равноправие! Ты ребенка родила, ты должна о нем заботиться!
— А ты что, всего лишь донор? – зло восклицала Вика.
— Я отец! Но я не собираюсь портить себе жизнь из-за того, что ты родила мне сына! – смеясь, отвечал Никита. – Вот когда подрастет, буду его брать с собой! А сейчас я вообще не понимаю, что это и зачем оно мне надо!
Надо было Вике подать на алименты. Даже без развода. Просто подать на алименты и на ребенка, и на себя. Но, она все ждала, что он одумается.
Когда пришло время выходить из декрета, Вика призналась себе, что ошибку все-таки допустила. Признание ошибки стало первым этапом в ее исправлении.
В один прекрасный день, когда Никита где-то гулял всю ночь, он нашел свои вещи у порога. И записку:
«На развод я подам сама! Замки заменены! Прощай!»
Развод был, алименты назначили, только Вика так ни разу ничего и не получила. Никита сбежал и ушел в глухое подполье.
Это еще больше усугубило неприятное ощущение от неправильности сделанного выбора.
— Я даже представить не могла, насколько он гнилой! – жаловалась она друзьям, знакомым и маме.
Но от этого не становилось легче. Видимо, Вика не очень хорошо в людях разбиралась, когда знакомствами и друзьями обрастала. С нею только посетовали, мол, какие мужики пошли. А вот реальной помощи не предложил никто.
Мама, к сожалению, тоже. Она лишь сказала, что:
— А я тебе говорила! Выбрала она себе! Повелась на любовь! Ну и что тебе теперь с этой любви?
Вообще, мама не была такой злой. Но ее как раз сократили. Она проработала всю жизнь в архитектурном бюро, а потом пришел новый начальник и взял курс на обновление и актуализацию.
Короче, он уволил всех, что старше сорока пяти лет. Ставку на молодежь и свежие идеи делал.
Фаина Аркадьевна очень тяжело переносила увольнение. А новую работу смогла найти только в школе на вахте.
Вика и раньше особо ни на кого не рассчитывала. А теперь последние иллюзии рассыпались в прах. Теперь ее жизнь и жизнь маленького Стасика зависели только от нее.
Сложности, говорят, воспитывают характер. Так у Вики этого характера было, что хоть самосвалами вывози. Как-то так вышло, что после школы она ушла во взрослую жизнь. Поэтому, видимо, и выбрала себе в мужья не того человека.
Но это уже было в прошлом, а будущее нужно было строить.
Была бы у Вики в руках какая-то денежная профессия, было бы значительно проще.
Но она получила образование медицинской сестры, а работать устроилась в фитнес-клуб тренером-массажистом. Оттуда она в декрет и ушла, туда же и вернулась.
Если бы в декрете не подрабатывала массажем…
А после родов и декрета восстановиться надо было. Поэтому обратно ее приняли, но о тренерской работе пока думать было рано.
— Викочка, ты же понимаешь, что ты не сможешь продать занятия! К массажисту требований меньше!
— Я понимаю, — отвечала она.
— Но, у тебя будет возможность заниматься самостоятельно, — это единственная уступка, на которую пошло начальство.
А вот садик для Стасика пришлось искать круглосуточный. Вика, конечно, старалась его забирать чаще, чтобы он ночевал дома. Но, иногда клиенты были и на поздний вечер.
Около года Вика проработала просто массажистом, но уже подняла вопрос, чтобы снова стать тренером.
А зарплата тренера-массажиста кратно выше, чем у простого массажиста. Так и денег отчаянно не хватало.
Аренда квартиры высасывала большую часть. Так и ребенок требовал! И самой нужно было хоть как-то выглядеть.
Начальство с принятием решения тянуло, а хотелось, наконец-то, жить начать, а не выживать!
Какими принципами Вика готова была пожертвовать? Ну, с каждым днем их становилось все больше. До беспринципной особы Вика пока не опустилась, но не было известно, что покажет время.
А врать клиентам, кто им нужны дополнительные курсы, Вика уже начала. Дальше она уже готова была начать предлагать поработать индивидуально и вне стен клуба.
Это начальство запрещало категорически, но получить не тридцать процентов от стоимости услуги, а все сто – было экономически интереснее.
«Пронесет или не пронесет?» — думала Вика, если ее на этом поймают. А если не пронесет, то она уже начала задумываться, чтобы открывать свой массажный кабинет. Но и тут было сложностей больше, чем хотелось бы.
То есть, она так погрузилась в размышления, что не заметила, как к ней подошел незнакомый мужчина. А сидела она в кафетерии клуба.
— Простите, — повторил мужчина. – Можно вас отвлечь от ваших размышлений?
— Слушаю вас! – Вика подняла голову.
Это мог быть клиент. Она лица не запоминала. Но, находясь на территории клуба, должна быть вежлива с гостями.
— Я сейчас, благодаря вам, заключил отличную сделку, — сказал мужчина. – У меня есть к вам предложение!
Андрей, так представился мужчина, предлагал Вике стать его спутницей, которая будет отвлекать его собеседников, когда будут обсуждаться деловые сделки.
— Чтобы они не сильно вчитывались в строки договоров! – с усмешкой сказал он. – А вы настолько красивы, что на вас грех не засмотреться!
А чтобы присутствие Вики рядом с ним выглядело органично, он предлагал заключить брачный союз. Мол, жена сопровождает! Не прогонишь же!
Вика поинтересовалась, насколько брачный союз будет соответствовать действительности.
Тут Андрей рассмеялся:
— Если бы рядом со мной была такая девушка по велению чувств, а не договора, я был бы только рад! О любви пока ничего говорить не буду, но чувство глубокой симпатии я уже ощущаю!
А то, как вы грамотно ведете диалог, говорит о вас, как о девушке умной! И я не исключаю того, что вы можете стать не куклой рядом со мной, а моей спутницей!
Времени на размышления Андрей практически не дал. Всего два дня. Но эти два дня Вика решала, готова ли она переступить и эти принципы.
По всему выходило, что это не так уж страшно, если Андрей на себя возьмет содержание ее и сына.
А вот о сыне она ему ничего не сказала. Правда, до бракосочетания было всего три дня. Три дня бесконечной суеты.
И только после бурной первой брачной ночи Вика сообщила Андрею, что у нее есть сын.
Но такой реакции она не ожидала.
— Нет! – замотал он головой. – Никаких детей мне не надо! Тем более, чужих!
— И что мне с ним сделать? – поинтересовалась Вика.
— Это меня не касается! – жестко ответил Андрей. – Ты уже стала моей женой! И все мои друзья в курсе этого радостного события.
Но наличие у тебя прицепа не должно достичь их ушей! Твоего ребенка не будет в моем доме! Я с ним даже знакомиться не хочу!
И я настаиваю, чтобы и ты с ним нигде не мелькала!
Единственное, что я могу предложить, это выделять сто тысяч каждый месяц на то, чтобы за ним кто-то присматривал!
Опекуны, ну, или тот, кому ты доверяешь!
Вика смотрела на Андрея и ушам своим не верила.
«Через это мне тоже нужно переступить?» — спрашивала она себя.
Так, она уже через многое переступила.
— У тебя неделя, чтобы урегулировать этот вопрос! Иначе, — он покачал головой, — будет очень плохо!
— Я поняла, — ответила Вика.
Она начала собираться, чтобы поехать к маме. Именно у нее был Стасик, пока шла подготовка к свадьбе, если это можно было так назвать.
— Сама продалась, так еще меня купить хочешь? – вскричала Фаина Аркадьевна.
— Мама, включай голову! – крикнула в ответ Вика. – Нас с тобой и Стасика будет обеспечивать Андрей! И работать нам не надо!
Мне лицом торговать, а тебе за внуком присматривать! – Вика замахала руками. – Ладно-ладно, растить и воспитывать!
Но где тебе еще будут за это деньги платить? Тем более, он все равно остается твоим родным внуком!
— Мерзко это все, — ответила Фаина Аркадьевна.
— Это жизнь! Зато у нас троих она будет безбедной! Такой коммерческий проект выпадает один на миллион! И не ухватиться за него глупо!
— Ну, да, коммерческий проект… — Фаина Аркадьевна тяжело вздохнула. – Ладно, отправляйся к своему мужу! Выполняй свои обязательства по коммерческому проекту!
Мы уж тут как-нибудь разберемся!
Кто-то скажет, что история грязная. Может быть. Но это еще не конец.
Как же ты была права, мамочка