— Доченька, ну вот что ты мне жалуешься? Обычная бытовая ситуация, мелкое недоразумение, разве ж из-за этого бегают к матери о плохом муже ныть?
Между прочим, отец твой в свое время…
Полина с трудом подавила тяжелый вздох. В момент слабости она забыла о том, что из себя представляет по жизни ее мать.
Да и как было не забыть, если при виде ее мрачного выражения лица последовали участливые расспросы, попытки выведать, что стало причиной плохого настроения дочери…
Выведать только для того, чтобы обесценить ее переживания и снова, в очередной раз, сказать ей о том, что случилось мелкое недоразумение.
Что не надо придавать этому такое уж большое значение, нельзя так зацикливаться на своих чувствах и переживаниях, думать надо, прежде всего, о семье.
А то, что муж чудит – так у некоторых мужья, бывает, и что похуже вытворяют…
Вон, отец у Полины в свое время жене и изменял на своих вахтах, и внимания ей не уделял, и обращался, как с прислугой, а не как с полноценным партнером, но ведь не уходила же от него мать!
Не уходила до тех пор, пока не подросла Полина.
Вот когда она младшую школу закончила и мать смогла устроиться на работу без риска половину времени пропадать на детских больничных – тогда и развелись.
А до тех пор терпела она все выходки мужа. Вот и Поля пусть терпит.
— Думала потому что, о тебе, да и о семье в целом.
Вот куда ты сейчас от мужа с ребенком вернешься? Ко мне в однушку?
Так тут, Поля, если ты заметила, места мне самой едва хватает, а если два человека прибавится – это мы друг у друга на головах торчать начнем.
Что интересно – когда они жили втроем в однушке, еще когда Поля была ребенком, все почему-то помещались просто отлично: и мама, и отец, и сама Полина.
Да, папа, конечно, работал вахтами и поэтому дома по полгода были они вдвоем с мамой, но даже тогда, когда отец дома жил, места всем почему-то хватало.
Но уличать мать в лицемерии не было моральных сил. Да и к чему это приведет? К очередной ссоре, разве что. А ссор Полине и с мужем хватало.
А мама… Ну, она не хочет принимать обратно Полину с ребенком и находится в этом плане в своем праве.
Квартира-то ее, а не Полинина, так что маме и решать, кто там будет жить, а кто недостоин составлять компанию.
Полина вот с ребенком, судя по всему, персоны нон-грата, раз мама всеми силами пытается заставить дочь примириться с мужем и его закидонами.
Еще и аргументирует все так, мол, видела, за кого замуж выходила и от кого ребенка рожала…
Да в том-то и дело, что не видела! Не видела, так как не было в Михаиле таких «причуд», которые стартовали при выходе жены в декретный отпуск.
Правду говорят, что настоящее свое лицо мужчина показывает только когда видит, что женщина от него зависит и деваться ей некуда.
Некоторые, конечно, с поддержкой родственников и в таких ситуациях уходят от обидчиков-мужей, но у Поли не тот случай, ведь мать прямо сказала, что взрослой дочери ничем не обязана, ну а отец…
У него тоже своя жизнь в другом городе, вряд ли он обрадуется перспективе решать проблемы взрослой дочери.
Тем более, что Михаил не совершил ничего непростительного, непоправимого и опасного для Поли или ребенка.
Просто… Просто муж у молодой женщины не любил быть виноватым. А если виноват не он, то кто должен быть вечно неправым? Правильно, Полина.
Начиналось все с мелочей. Поговорят с вечера о погоде на следующий день, скажет Поля, что дождь будет, потому что в прогнозе погоды видела, а муж возьмет – и начнет спорить.
— Нет, вот увидишь, солнце будет светить так, что без глаз останемся. Лучше солнечные очки заготавливай, а не зонтики.
Ну и что в итоге? На следующий день выходят на улицу – а там льет, как из ведра. И тут же довольный муж широко улыбаясь поворачивается к ней и говорит:
— Ну что, видела? Я же говорил, дождь будет!
Первое время, когда это было непринципиально, Поля просто не обращала внимания. Иногда даже списывала происходящее на свою собственную забывчивость.
Ну правда, мало ли, кто там и что говорил в мелочах. Может быть, действительно что-то муж не так понял, а может – и правда она что-то говорила.
Но с каждым разом молчать становилось все сложней, ведь фразы мужа приобрели откровенно издевательский характер.
— Ты у меня такая забывчивая. Ну да ладно, я же не на мозгах твоих женился.
Или вот это:
— Глупенькая у нас мама, да, Андрюш? Надеюсь, ты мозгами в папу пойдешь.
Копилось все мало-помалу, не перемалывалось все никак, жгучая обида на постоянные такие вот незаслуженные попреки заставляла чувствовать к мужу что-то, все больше напоминающее отвращение.
И, наверное, будь Поле, куда идти – она бы уже если не подала на развод, то хотя бы отдельно от мужа пожила, чтобы отдохнуть от него, но увы – мама в этом вопросе была не на ее стороне.
Ее можно понять. Наверное. Отца Полины она, как поняла из рассказов женщины Полина, не особо-то любила – ее заставили выйти замуж собственные родители.
Потому что, во-первых, так было принято в их деревне, чтобы в девках не засиживался никто до двадцати пяти лет.
Во-вторых – была мама Полинина из многодетной семьи, причем там после нее то ли трое, то ли четверо младших детей. Поднимать их надо было, а не содержать у себя на шее взрослую дочь.
Ну и, конечно, не было у мамы хорошего образования или деловой хватки, которые бы позволили сделать карьеру и не зависеть ни от кого более сильного и знающего.
Вот и выдали замуж, да. Потом, конечно, развелись они с отцом, мама говорит – было, за что.
Полина вроде не жаловалась на него – человек, как человек. Они, правда, редко общались – все-таки у папы тоже своя семья, еще один ребенок, да и жена там не в восторге была от наличия рядом постоянного воспоминания о первом браке любимого человека…
В общем, осталась после развода Полина с мамой, с ней же и общалась в основном.
И, похоже, так надоела той, что с отъездом девушки на учебу та вздохнула свободно и начала, наконец-то, жить своей жизнь.
А Поля замуж вышла. Поля влюбилась. И казалось ей, что муж у нее самый-самый, что с ним она точно, как за каменной стеной, что ему можно довериться.
И никогда в жизни не воспользуется он зависимым положением Полины, чтобы превратить ее жизнь в а..д, как делали миллионы абьюзеров, нарциссов… и прочих неприятных людей, которых от нормальных с первой попытки порой не отличить, да и со второй тоже.
А оно вон как оказалось…
Поняв, что поддержки не найдет, Поля отправилась домой. Миша говорил, что у него есть какой-то важный разговор, когда вернется с работы.
Неизвестно, сколько Поле еще терпеть эту «счастливую совместную жизнь», но явно продлится все до выхода из декрета, а это значит – еще год придется как-то мириться с поведением Михаила и лишь надеяться, что потом, когда она сама вернется на работу, дела пойдут на лад.
Я на завтра пригласил к нам своих друзей с работы, надо отметить мое будущее повышение.
Там и начальник один затесался, вредный, как сто чертей. Не хотел его звать, но он услышал, как я остальных собирал, да и буквально напросился к нам.
Значит, смотри, что тебе надо сделать…
Миша принялся диктовать список блюд, а также уточнять, что любит и что не любит каждый из семи приглашенных, а Полина поспешила замахать руками.
— Миша, подожди. Как бы и правда не запутаться. Ты мне список напиши и сбрось сообщением в любой мессенджер.
Завтра пойду закупаться и готовить – буду сверяться, чтобы точно ничего не перепутать.
— Ну да, прости, забываю постоянно, что ты у меня вместе с ребенком из организма мозги вытолкнула, вечно все путаешь, — Михаил неприятно захихикал.
Поля почувствовала желание зарядить скалкой благоверному в лоб, но сдержалась.
Вместо этого она, дождавшись от мужа сброшенного в сообщениях списка, тихонько сделала скриншот, а потом – включила диктофон и еще раз переспросила мужа под запись о каждом пункте этого самого списка.
Просто чтобы быть уверенной в том, что действительно ничего не напутает и не даст хотя бы один день поводов для издевательств над собой.
Она еще не знала, к каким разрушительным для Михаила последствиям приведет это решение.
Жена воспитала уставшего мужа