— Я так не люблю твои ночные смены, — Юля качала головой, придерживая живот, — каждый раз боюсь телефонного звонка.
Гриша хотел сказать, чтобы она не каркала перед рейсом, но беременную жену лучше не задевать.
— Юльчик, да ладно ты, — он усмехнулся, — сама же знаешь, нам денежки нужны для нашего малыша.
— Или малышки! – она твердо была уверена, что родит дочь.
— Да хоть двойни! Все равно надо, а ночью повышенный коэффициент.
— Да знаю я все, — она выдохнула, — просто каждый раз сердце не на месте. А там еще и снег пошел.
— А что нам снег? Вода! А мы точно не потонем, у нас цель есть — выплыть! – он подмигнул жене и склонился к животику: — Следи за мамкой! А то налопается опять клубникой с селедкой, нам с тобой обоим будет не поспать!
Юля погладила мужа по голове.
– Ой! Она меня толкнула!
— Это она мне «до свидания» говорит!
— Гришенька, я знаю, что ты профессионал и что деньги хорошие, только, пожалуйста, будь осторожен!
— Конечно, буду! Сколько я дальнобойствовал, ты так не волновалась. А сейчас только город и пара соседних. Мелочи жизни!
— Да я понимаю, — Юля снова вздохнула, — вот ночь…
— Как только основные потребности закроем, переведусь на день. Пусть без коэффициента, но хватать будет.
— Хорошей дороги, любимый!
— Ложитесь! Я утром позвоню, как к дому подъезжать буду!
— Гриша на колесах, как дела мужики?
Это стало традицией в их компании. Когда водитель выходил на маршрут, сообщал, что он в сети. Мало ли, помощь кому будет нужна. Дорога – дело непредсказуемое.
— Гришаня! Это Димка! Я завяз в сугробе, помощь вызвал. А ты все за длинным рублем катаешься?
— Дима, тебе хорошо рассуждать, тебя дома только кактус на подоконнике ждет! А у меня скоро пополнение ожидается.
— Не надо мне тут ужасы рассказывать! Я еще не нагулялся! – в эфир полетел смех.
— Гришка, если по городу. А, блин, это Андрей. В городе чистят, а за город, хоть не суйся! Там метет так, что капот не видно.
— Так что, дороги закрыты? – насторожился Гриша.
— Не, только предупреждение передали. Я с начальством связался, сказали, что форс-мажорных часа три выбить смогут, а работу никто не отменял.
— Тогда поеду с Божьей помощью!
— Ну да, он пришибленных бережет! – опять эфир заполнил смех.
— Мужики, это Егор, я заглох на Центральной и Энгельса. Есть кто недалече? Меня бы дернуть, а город, как вымер!
— Десять минут погуляй, скоро буду, — отозвался Андрей.
— Хорошей дороги, мужики, — сказал Гриша, заруливая к офису.
И такая работа бывает, вроде курьер, а вроде и рангом повыше. Мелкий или ценный груз, важные документы. И особенно срочность. А ночь или день – момент второстепенный.
Гриша устроился по знакомству, раньше-то по всей России колесил. Но и сейчас с ночными думал завязывать. Сложно, да и устаешь быстрее.
Забрал из спецбокса пакет документов, путевой, отметился и поехал в соседний городок.
— Гриша, — предупредили его в офисе, — за эти бумажки люди хорошо платят. Их надо в любом случае доставить к восьми утра.
— Важные шишки переписываются? – спросил Гриша с улыбкой, разглядывая запечатанный непрозрачный пакет.
— Важные шишки заказчику тапки в зубах приносят!
— Тогда я побежал!
— И это, — сказал диспетчер, — погода, я понимаю какая, запас у тебя есть. Крайний срок – восемь утра, а так, смотри сам! У тебя опыт.
— Сделаем! – Гриша козырнул под меховую шапку и вышел на улицу.
Выехав из города, скорость пришлось ощутимо сбросить. Но это не пугало и не останавливало Гришу. С его опытом, он мог спокойно ехать, тем более у него был хороший запас времени.
Даже если это зимняя сказка из русских народных еще пуще разыграется, он сможет стать на обочине и переждать навал. Прогноз передал, что после полуночи все должно стихнуть.
Мурлыкая вполголоса, подпевая радио, Гриша с грустью провожал остановившиеся на обочинах автомобили.
— Молодцы, не стали нарываться на ава_рии, — одобрял он.
— Кардан тебя растудыть! – вскрикнул он, осознав, что увиденное – не галлюцинация.
По дороге шла девчушка лет пяти, практически без одежды и босиком.
В реальность происходящего он не поверил, пока не нагнал ребенка и не схватил на руки:
— Ах, ты ж, детенок! Как так получилось-то? – говорил он, бегом возвращаясь к машине.
— Я в полицию иду, — дрожа всем телом, лопотала девочка, — мне в полицию срочно надо.
— Будет тебе полиция! Сейчас мы тебя греть будем!
Запрыгнув в кабину, он врубил отопление на максимум, укутал ребенка своей курткой, и начал горячим чаем из термоса растирать посиневшие ножки.
— Ах ты, снегурочка! Ах, ты, маленькая! – приговаривал он.
— В полицию, — шептала она, пребывая в состоянии шо_ка.
Думать пришлось быстро.
«В полицию надо, но не сразу. Ее согреть надо, накормить и успокоить. Потом, понятное дело, в полицию. А если сразу к служивым, так они вряд ли что-то путное сделают!»
Конечно, он развернулся и на всех парах понесся домой.
— Ты что, даже с любов_ницами решил не заморачиваться, сразу ребенка в дом притащил? – спросила Юля, увидев мужа на пороге с ребенком на руках.
Это у Юли была такая защитная реакция. В любой стрессовой ситуации она начинала шутить. И чем больше стресс, тем жестче шутки.
— Ага, — поддержал на автомате шутку Гриша, — на прилавке продавали, так я взял ту, что покрасившее!
— Подожди! – Юля зажмурилась и замахала руками. – Кто это и что все это значит?
— Еду, а она по дороге идет. Без одежды и практически синяя. Ее согреть надо, осмотреть и пусть поспит.
— Полицию надо!
— Ой, надо, — кивнул Гриша, — но у меня заказ важный и срочный, а времени уже в обрез. Я в десять вернусь, потом будет и полиция и все объяснения. У меня регистратор, меня не прихватят.
— Все, беги, — сказала Юля, — мы тут сами разберемся!
Вернувшись в половине десятого, Гриша застал супругу на диване с найденной девочкой в обнимку.
Он на цыпочках прошел на кухню, чтобы не разбудить, но Юля будто почувствовала, сама проснулась и с великой аккуратностью встала с дивана, чтобы не потревожить ребенка.
— Гриша, она мне всякого наговорила, но я не поняла толком ничего. Зовут ее Алиса, у нее есть плохой дядя Коля, и ей нужно в полицию.
— Сразу и поедем, как она проснется.
— Григорий Петрович, — проникновенно говорил полковник Носов, — я не буду объяснять, почему вы прогулялись по нашей вертикали.
А Гришу провели, чуть ли, не по всем кабинетам от дежурного до начальника районного отделения. И каждый, кто услышал объяснения Гриши, сразу отправлял его к вышестоящему.
— Может так надо, я не в курсе, — Гриша пожал плечами.
— Ну и ладно, — Полковник Носов страшно потел, — тут такое дело, что вам бы лучше про эту историю забыть.
— Не понял, а как же девочка?
— За ней уже едут, вы не волнуйтесь. Просто тут такие фамилии фигурируют, что я права не имею их называть. А вам от меня лично огромная благодарность.
— Спасибо, — растерянно проговорил Гриша, — я, это, рад стараться. А с девочкой точно все нормально?
— Теперь, Григорий Петрович, с ней настолько все в порядке, что нам и не снилось. Не извольте беспокоиться. Единственное, что могу сказать, смотрите новости. Если что-то и стоит вам знать, то скажут только там.
— Ну, ладно, — Гриша пожал протянутую потную ладонь и вышел из кабинета.
— Гриша! – Юля кричала, будто уже начала рожать. – Гриша, беги сюда!
— Что? – он пулей влетел в комнату. – Что случилось?
— Смотри! – Юля указала на телевизор. – Это та самая девочка! Алиса!
«Страшное горе вошло в дом известнейшего и богатейшего человека нашей области! – вещал диктор с экрана. – Родной брат Валерия Михайловича Блинцова Николай решил покататься с племянницей на машине, но не справился с управлением. Он по_г_иб на месте, а девочка считалась пропавшей. Но не успели развернуть широкомасштабные поиски, как наши доблестные служители закона доставили девочку домой!»
— Очень интересно, — проговорил Гриша, вспоминая слова полковника.
— А вот и дядя Коля, о котором говорила Алиса, — сказала Юля, — только она говорила, что он плохой.
— Знаешь, Юль, мне в полиции порекомендовали не распространяться об этой истории, а лучше всего забыть. Думаю, совет дельный.
— Ну, понятно, это же сам Блинцов! – кивнула Юля. – У нас своих забот хватает.
А на следующий день, когда Гриша только вернулся из очередного ночного рейса, в доме у них появились гости:
— Надеюсь, представляться не надо? – спросил Валерий Михайлович.
— Нет-нет, — прошептала Юля, — мы знаем, кто вы.
— Я хотел выразить свою благодарность за спасение дочери, — сказал он, а один из сопровождающих поставил на стол кейс, — это деньги. Слова сейчас много не стоят.
— Спасибо, — проговорил Гриша, — я, как бы, так и так девочку бы подобрал…
— Судя по тому, что вы не даете интервью прессе, что именно вы подобрали Алису на дороге, я могу заключить, что вы умеете хранить тайны.
— Их лучше не знать, тогда они хранятся лучше, — проговорила Юля.
Она очень разволновалась.
— Но я считаю, что должен вам рассказать, — Валерий Михайлович откинулся на диване, куда его пригласили присесть. – Мой брат Коля решил, что деньги ему важнее родственников. Он не взял Алису покататься, а похитил. А потом планировал уб_ить и нас с женой. Это выяснили уже после его кончины. Подробности, я думаю, вам ни к чему.
— Нам, как бы, и тайна эта ни к чему, — проговорил Гриша.
— Поэтому я ее и рассказал. А еще хочу предложить вам работу. Алисе нужен будет водитель. Школа, кружки, секции. Но она отказывается садиться в машину без меня или матери. А про вас она вспоминает.
— Серьезно? — удивился Гриша.
— Да, — кивнул Валерий Михайлович, — она и сейчас со мной приехала.
— А можно с ней поздороваться? – спросила Юля.
— Дядя Гриша! – Алиса вбежала в комнату. – Поехали кататься! Только ты меня больше сладким чаем не поливай, у меня потом ручки липкие были!
Конечно, Гриша согласился на работу, а страшная тайна чужой семьи как-то забылась, потому что Юля родила двойню, и им обоим стало не до чужих тайн, своих дел хватало.
Приготовь комнату, Инночка поживёт у вас — нараспев щебетала золовка. — Надеюсь, она умеет готовить — я вам больше не прислуга