— А ушки-то у малыша не наши! — заметил в один из своих приходов свекор, глядя на внука.
— А чьи? — прямо спросила Влада, которой все стало надоедать. — Вы не стесняйтесь, Анатолий Петрович — здесь все свои. Так чьи ушки-то?
Обычно во всех рассказах про невестку фигурирует свекровь – злая и недалекая тетка. Изводящая придирками симпатичную неместную девушку. «Понаехавшую» фиг знает, откуда, исключительно с одной целью: чтобы увести ее дорогого сыночка и оттяпать не принадлежащую ей жилплощадь.
И придирки у нее — тоже простые и ту…пые: везде пыль, белье не глаженое, борщ не вкусный.
А свекор — или пребывающий полностью в работе и витающий в эмпиреях ученый муж. Или — махровый подкаблучник.
Но оба — полностью согласные со своей любимой женой: как ты скажешь, так и будет, дорогая! Только меня, пожалуйста, не трогай: я тут колдую над напитком из дейтерия…
Владе повезло намного меньше: к свекрови присоединился и свекор. Точнее, это она присоединилась к мужу, шедшему впереди «планеты всей» в желтой майке лидера. Да и попробовала бы она этого не сделать: сгнобил бы!
Тут все было гораздо изощреннее.
— Почему бы тебе не сменить профессию? — приставал папа мужа.
— А эта-то чем плоха? — искренне удивлялась девушка, работавшая учительницей начальных классов. И, кстати, получившая высшее образование.
— Ну, как? — снисходительно усмехался свекор. — Слишком примитивно!
— Примитивно для кого? — не уступала сноха. Которая, по логике вещей, должна была заткнуться и слушать мудрые советы молча.
— Вообще! — после небольшого молчания произнес Анатолий Петрович.
— Я так не думаю! — не уступала «понаехавшая» Владка. — Не всем же быть разработчиками искусственного интеллекта!
Кстати, Вашему сыну моя профессия нравится! Сам-то Игоряша тоже звезд с неба не хватает! Так что мы — два примитивных человека, которые обрели друг друга! Разве не так?
«Вот …янь какая! — думал разозленный папа. — Нет, чтобы промолчать, когда свекор замечания делает! Еще и огрызается!»
«Фиг тебе, а не молчание ягнят! — в свою очередь, думала умная Владка. — Тоже мне — Макаренко! Можно подумать, что вы чего-то достигли в жизни!
Сам-то ты кто, дядя? И не жди, что я буду следовать твоим глупым советам!»
Родители мужа были людьми обычными: мама сидела на небольшом окладе где-то в отделе кадров, папа преподавал в ВУЗе историю. И даже не был кандидатом исторических наук.
Короче, не бог весть, что. Но, почему-то, оба думали, что у них — все в порядке.
И так было во всем.
Свекровь тоже пыталась лезть, но умеренно: видимо, понимала что два советчика на одну невестку — явный перебор.
Игорь относился ко всему с пониманием и снисхождением: это же были его родители! Но всегда заступался за жену — этого было у него не отнять:
— Мам, пап — может, хватит уже?
Как это хватит? Они же только начали!
А Владка всегда реагировала однозначно: привычно огрызалась и ничего не принимала во внимание!
Скажешь ей, что везде пыль и что? Да ничего: в следующий раз пыли — еще больше! Будто нарочно. Ну разве не …янь?
Когда у пары родился сын — хорошенький Славик, бабодеды не унялись, как можно было ожидать. А активизировались — только уже в другом, неожиданном направлении.
Но цель негатива осталась прежней: все их действия были направлены, как и раньше, против невестки — хорошенькой Владки.
Оба свекра стали высказывать подозрения, что внук — не в их породу.
Нет, это было не прямо: дескать, нагуляла, ребенка!
Все было как-то вскользь, мельком, что ли. Но зачастую именно такое мимоходом оброненное замечание становится триггером разрушительного процесса. И действует гораздо сильнее прямо высказанного подозрения.
— А ушки-то у малыша не наши! — заметил в один из своих приходов папа Толя, глядя на Славку.
— А чьи? — прямо спросила Влада, которой все стало надоедать. — Вы не стесняйтесь, Анатолий Петрович — здесь все свои. Так чьи ушки-то?
Свекры глубокомысленно молчали: дескать, сама знаешь!
И потом на короткое время затыкались и не вентилировали эту тему.
А потом — по новой:
— В нашем роду таких бровок не было! — изрекала через пару недель «любящая» бабушка.
— Ничего: вырастет, нарисует себе, какие надо! — не уступала «вредная» невестка, которая и раньше не спускала свекрам ни одного замечания. А теперь, когда это стало касаться любимого сыночка, и подавно.
— Мам, пап — ну какие бровки? — вступал в разговор Игорь. — Это уже ни в какие ворота не лезет! Ребенку всего несколько месяцев — все может еще измениться!
А кроме ушек и бровок существовала уйма всего остального, которое тоже не было похоже на род Щербаковых!
И ноготочки были не те. И две макушки, которых в их роду не было: вот — у меня и отца — одна. И у Игоряши — тоже!
И не та форма стопы.
— Пап, ну какая у полугодовалого ребенка может быть форма стопы? — жаловалась своему отцу Влада. — Он же еще не ходит, свод не сформировался — у него пока врожденное плоскостопие! Неужели они — такие глупые, а?
— Есть такие люди, которым хорошо, когда другим плохо! — пытался найти объяснение происходящему папа. — Мне очень нравится твой муж, но, относительно его родителей, у меня имеются сомнения.
А что они, собственно, хотят? Ну не просто так же это все затевается! Должна же быть какая-то цель!
— А они борются за чистоту вообще и чистоту рода в частности! — сказала дочь. — И по их мнению, теперь их род — недостаточно чистый!
— Это что получается, что Славка — не от Игоря, что ли? — удивился мужчина.
— Ну да! — кивнула Влада. — Получается так.
А с мочками, вообще, замучил! — продолжила дочка. — Дескать, мочки ушек у Славки не похожи на мочки Игоря! А у самого свекра с Игоряшей — тоже разные мочки!
— Да? — задумался папа и предложил: — А ты сделай заодно еще один тест — на родство между Игорем и самим Анатолием Петровичем.
— Это еще зачем? — удивилась Влада. — Не думаешь же ты…
— Нет, конечно! Но почему бы не проверить? Деньги я дам! — успокоил отец.
— К тому же, таких людей нужно давить фактами — разговоры они не понимают! — продолжил папа. — Я не говорю, что Игоряшу мама «нагуляла»: упаси, боже!
Просто скажешь — вот, мочки у вас тоже разные. Но Игоряша-то, без сомнения, ваш сын!
И — тестом ДНК им по фейсу: пусть заткнутся! Потому что нужно резать, не дожидаясь перитонита. А то сожрут тебя, доча, как пить дать!
Папа дал деньги, Влада собрала биоматериал и стала ждать.
А дальше все пошло не так, как ожидалось. Хотя свекор неожиданно оказался прав — чистота рода была, все-таки, нарушена!
Но виной тому оказалась вовсе не Владка — у нее-то, как раз, все было в порядке: отцовство Игоря составляло 99 и 9 десятых процента!
А вот у Игоряши не оказалось ничего общего с его папой. Значит, именно его «нагуляла» любимая свекровушка: вот тебе и разные мочки!
Ну, Вы и шалунья, однако, Нина Евгеньевна…
Это произвело эффект разорвавшейся бомбы: ай, да мама, ядрены пассатижи!
Да и папа тоже хорош: рога в потолок упираются, а он все борется за чистоту рода, наивный чукотский парнишка! Историк фигов…
И выгибаются оба, как мухи на стекле! Ну, ничего — сейчас она все это исправит!
Но неужели свекор — не в курсе? Получалось, что так. Иначе бы поостерегся переться прямиком на грабли — ведь он был совсем не глупым: история — наука непростая. И тут такой ляп…
Естественно, Влада первым делом сообщила обо всем своим родителям: что делать?
— Мужу ничего не говори — это же какой для него будет удар! Если, конечно, он не в курсе! Но, думаю, он — не в курсе: иначе бы этого просто не было! — посоветовал папа.
— А этой «сладкой парочке» покажи результаты анализов — и пусть себе разбираются и выясняют, кто им испортил род: им теперь будет, чем заняться!
Так девушка и поступила. Кстати, случай представился вечером того же дня: приехали любящие бабодеды навестить внучка с «неихними» мочками и бровками. И снова надавить на неверную сноху: это же — какое удовольствие!
Игорь задерживался на работе: это оказалось даже к лучшему.
Владка даже не стала ждать, когда они разденутся. А молча, прямо в прихожей, дала им посмотреть результаты исследования ДНК.
Сама же стояла и смотрела, как меняется выражение их лиц и цвет кожи.
Оказалось, это — очень интересно!
Сначала на лицах свекров отразилось удивление, потом недоумение, затем стыд в совокупности с досадой.
Свекор был в шоке оттого, что ему, оказывается, наставили рога и долго обманывали. Его жена — оттого, что обман раскрыли.
И кто? Эта никчемушная выскочка — недалекая дрянная учителишка! Это было вдвойне неприятно. Но как же так?
Наверное, не стоило так демонстративно сомневаться в этой самой родословной: далась им эта чистота рода! Вот и накаркали…
— Ничего не хотите мне сказать? — ласково поинтересовалась невестка у бледного свекра и пунцово-красной свекрови.
«Ну, что — кто кого тут нагулял, а?» — Владка презрительно смотрела на стушевавшуюся пару.
А потом предложила:
— А теперь езжайте домой: у вас будет, что обсудить! Игорю я ничего не скажу — это ваша тайна. Захотите — поделитесь.
Да, результаты теста возьмите с собой — мне это все без надобности! Но запомните: больше — никаких советов: сразу выгоню!
И ей, на этот раз, никто не возразил: свекры молча ушли, не глядя друг на друга.
Что там было дальше — история умалчивает. И историк тоже. А о работнице отдела кадров и говорить нечего.
Родители мужа не развелись. Хотя от них ожидали именно этого: чистота рода же была нарушена! И борец за справедливость должен был предпринять какие-то соответствующие действия.
Но этого не произошло. Почему? А кто его знает: чужая душа — потемки.
А рыться в потемках и искать не пойми, что, у Влады желания не было.
Поэтому папа с мамой по-прежнему приходили в гости к единственному внуку. Хотя уже не так часто. И больше молчали.
Нет, когда играли со Славкой, все было в порядке. Но все придирки и советы со стороны родни закончились: документ, действительно, возымел действие — папа Влады оказался прав.
— Колись, Владка, — сказал одним вечером муж, — что ты с ними сделала? Что ты там им нафеячила, моя маленькая фея? Это же — совершенно другие люди! Я уже все зубы обломал, а ты одним мановением волшебной палочки все уладила!
— А это — наш маленький секрет! — произнесла улыбающаяся жена. И подумала: «Если бы ты только знал, какой…»
– Почему я должна тратить вдвое больше из-за того, что ты решила сэкономить за мой счет? – спросила Вика у коллеги