— То есть эта самая твоя «подруга» (она уже тогда слово это брала в воздушные кавычки руками) мне будет делать замечания по поводу моей внешности, а я должна молчать или поддакивать?
— У Яны просто такой характер, ну и манера речи… Она слишком прямолинейна. И вовсе она не хотела сказать какую-то г…дость, — принялся защищать муж эту самую подругу.
— Саша, это еще что такое? – Алена замерла напротив экрана ноутбука, широко открыв рот и до сих пор не веря тому, что только что увидела.
— Ты о чем? – спокойным тоном, как будто ему нечего было скрывать, ничего не случилось и вообще Алена тут ни с того, ни с сего, переполох подняла, уточнил «виновник торжества».
— Я вот об этом! – она ткнула пальцем в переписку, верней – в конкретные такие весьма «интересные» фотографии, которые «подруга» мужа прислала ему не далее, как позавчера.
— А, это? Ну и что тут такого? Можно подумать, ты первый раз фото женщины в белье видишь.
— А ничего, что эти фото в белье тебе не в рекламном журнале попались, а прислала их твоя якобы подруга в личной переписке?
Саша, меня это уже достало! Выбирай – или я, или она, — припечатала Алена еще даже не подозревая, к каким последствиям приведет ее ультиматум.
— Ах, вот, значит, как? – Саша зло прищурился. – Значит, я правильно понимаю, что ты не только лезешь в мои личные переписки, но еще и собираешься контролировать, с кем мне общаться.
Знаешь, Ален, если у тебя есть проблемы с самооценкой и уверенностью в себе – это еще не повод превращаться в контролирующего нарцисса.
И еще, кстати, на твоем месте я бы подумал хоть немного о чувствах Зои. Девочке пятнадцать, возраст и без того трудный, а ты еще жизнь ей усложнить нашим разводом собираешься.
Лучше возьмись уже за ум и сделай что-нибудь со своими боками, чтобы тебя так не передергивало от фотографий женщин, которые выглядят куда более прилично.
Алена промолчала. Не потому, что ей нечего было сказать. Очень даже было, что высказать, причем в самой нелицеприятной форме.
Возможно, по ней и не скажешь, но она была не из тех, кто ведется на манипуляции, навязывание чувства вины и волшебные развороты стрелочек, при которых женщина, требующая элементарного уважения не только личных границ, но и границ дозволенного в принципе, вдруг оказывалась виноватой.
Нет, Саша зря думал, что раз она терпела предыдущие два месяца, то теперь можно ей на шею сесть и ноги свесить.
Это терпение и молчание было, скорей, предвестником бури. Бури, которая вот-вот обрушится на голову и Саши, и этой его «хорошей подруги», заставив обоих познакомиться с последствиями своих действий.
Чего она ждала до этого момента? Ну, наверное, надеялась какой-то частью души на то, что муж образумится, переживет этот свой «кризис среднего возраста» за пару месяцев, но…
Но мечты о хорошем исходе остались мечтами, а реальность оказалась совершенно иной.
Все началось примерно полгода назад, когда к мужу на работу пришел новый коллега.
Мужчина переехал из другого города, никого здесь не знал, поэтому с радостью сводил знакомство со всеми, кто только предлагал хоть немного пообщаться.
И, конечно, ради приличия знакомил со всеми новыми друзьями свою сестру. Именно эта сестра и стала источником Алениных проблем.
А все потому, что Яна эта была, что называется, «не как все девочки».
Да-да, из тех самых «не как всех», кто слушает тяжелый рок (да, те самые группы, которые находятся в верхних позициях чартов из-за «редкости» ценителей подобного жанра).
Одевается в оверсайз (тоже ну прямо огромное отличие от окружающих учитывая, что этот самый оверсайз сейчас заполонил все полки магазинов и все женщины от пятнадцати до сорока теперь выглядят плюс минус одинаково за счет его использования).
Играет в видеоигры (вообще без комментариев, ходит на рыбалку и в принципе обладает рядом увлечений, которые лет тридцать назад считались исконно мужскими, ну а теперь в них примерно равное соотношение полов.
Ну да ладно бы с ее позицией «нитакуси» — Алену, в конце концов, бзики окружающих не касаются и уж явно не стала она бы доказывать этой самой Яне, что вся ее «нитакусечность» соответствует примерно половине женщин ее возраста из их окружения.
Проблема была не в увлечениях и даже не в том, что женщина находилась постоянно в компании мужчин. А в том, что она явно положила глаз на мужа Алены, Александра.
И делала все возможное, чтобы обратить на себя его внимание, сравнить себя с его женой (обязательно с принижением последней), ну и конечно, в ответ на требования соблюдать границы и какие-никакие моральные нормы, строила невинное личико и «не понимала», в чем вообще Аленина проблема.
Не понимал и Саша. Верней, делал вид, что не понимает. С ним-то все понятно – внимание женщины на десять лет моложе в любом случае льстит, а уж тот факт, что жена от этого внимания бесится, прибавляет «мачо» не первой свежести очков привлекательности в собственных глазах.
А вот что от Саши надо этой самой Яне, Алена в толк взять не могла.
Внешность у него… Ну, симпатичная, конечно, но не Ален Делон в молодости. Нет миллиардов на банковских счетах, недвижимости за рубежом и привычки каждые три месяца летать на Мальдивы.
Подобных мужчин в их окружении было полно, причем мужчин свободных, не обремененных женами, детьми и прочими дополнительными проблемами.
Казалось бы – иди и выбирай себе любого из них, благо что с твоей внешностью и увлечениями легко можно найти себе кого-то подходящего, но нет – мы глаз положил на женатого, причем делаем при этом вид, как будто ничего не происходит и ничего такого мы не делаем.
Конечно, конечно… Как будто фотографии в одном только белье женщина возьмет – и пошлет другу, с которым не планирует какой-либо связи.
Да Алена подобного рода фотографии и подругам-то не слала, причем уверена была, что она такая не одна. Или вот взять ее выходку на прошлом корпоративе, куда Алена пришла с мужем, а сама Яна – с братом.
Какая нормальная женщина будет при встрече с женой друга говорить г…дости? Яна же именно так и поступила.
— Привет, Ален. Что-то ты плохо выглядишь. Масочки бы хоть какие-то поделала, может, помогут…
— В зал бы хоть походила, авось бока свисать перестанут, — не полезла за словом в карман Алена.
Яна после этого разрыдалась и убежала, а муж вместо того, чтобы не вмешиваться, устроил после корпоратива супруге разбор полетов.
— Алена, ты зачем выставляешь себя невоспитанной хамкой?
— Я выставляю себя? То есть эта самая твоя «подруга» (она уже тогда слово это брала в воздушные кавычки руками) мне будет г…дости говорить, а я должна молчать или поддакивать?
— У Яны просто такой характер, ну и манера речи… Она слишком прямолинейна. И вовсе она не хотела сказать какую-то г…дость, — принялся защищать муж эту самую подругу.
Алену этот подход поразил до глубины души. Она тогда сдержалась от едкого комментария в духе «что, настолько хочется ее в ко.йку затащить, что не хочешь вообще ничего замечать», но промолчала.
Хотя, сейчас ей кажется, что недалеко в своих предположениях ушла бы. Что самое забавное – брат этой самой Яны, коллега мужа, написал тогда Алене в мессенджере, извинившись за поведение своей сестры.
И это человек, который был для Яны семьей – и то понял, что сестричка малость берега попутала (или не малость).
Саша же продолжал быть бессловесным и ничего не понимающим теленком. И это был не единственный случай, но фото, случайно найденные на компьютере в чужой переписке, стали последней каплей.
Алена не искала их специально – просто браузер открылся на вкладках последнего сеанса, вот и увидела то, что переполнила чашу терпения.
Но теперь, в любом случае, назад дороги не будет.
А Зоя и ее чувства… Ну, Алена с дочерью поговорит. Девочка большая уже, поймет. И даже если выберет остаться с отцом – Алена это переживет как-нибудь.
Разговор состоялся следующим утром, когда муж ушел пораньше на работу, явно намереваясь по пути заехать за этой самой Яной, чтобы добраться в офис вместе.
А после разговора еще надо будет разобраться с кое-какими формальностями и самое главное – потрудиться над тем, чтобы у мужа и его пассии были хоть какие-то проблемы за их поведение. Уж это Алена устроить могла.
Мам, иди домой, мы разберемся сами