— А давай я его попробую соблазнить? – предложила подруга. – Посмотришь на его моральную составляющую!
— А вдруг он согласится? – после небольшого молчания с сомнением спросила Ирка. – И что потом?
— Так я же не до конца, чтобы не доводить до греха. Так – небольшие шуры-муры для твоей адвокатуры! – сказала улыбающаяся Настя: муж подруги работал адвокатом. – Проверим, так сказать, юриспруденцию на вш..ив..ость: способен он на измену или нет!
А если способен, обвинишь и уйдешь к своему архитектору — виноватым человеком легче манипулировать, — закончила Настасья.
Димка, пришедший домой пораньше и нечаянно подслушавший разговор жены с Настей, поступил, как и должен был: тихонько вышел и вернулся, демонстративно хлопнув входной дверью:
— Любимая, я дома!
Нет, вернулся он не сразу — немного постоял в полумраке и прохладе подъезда, осмысливая услышанное и уловив главное: проверим на вш..ив..ость и уйдешь к своему архитектору!
Что это такое было? Ведь его любимая Ирочка вдруг предстала совершенно в неожиданном свете. И «ху из» ее любимый архитектор? Чего он еще не знает, наивный муж?
Может, показалось? Но это было чистым самообманом — ничего ему не показалось! И слух у мужчины был в полном порядке: шепотная речь — 6/6! Тогда что?
И где смысл в доведении его до измены, если ты хочешь уйти первой? Хочешь — уходи!
Зачем еще осложнять жизнь себе и окружающим какими-то лишними телодвижениями? К чему такие сложности и многоходовочки?
Вопросов было много, ответов — ноль: чужая душа — потемки.
Сначала Димка думал устроить гранд скандаль сразу — не отходя от кассы: дескать, колитесь, девки, чё там у вас за архитектор нарисовался?
Но хитромудрые девки могли не расколоться, а начать отпираться. И, скорее всего, им бы это удалось: у Насти было уже за плечами два брака.
И в обоих ей удалось откусить от имущества мужей хорошие куски. Поэтому, девушка была воробьем стреляным.
Но и жена Ирка, смотрящая ушлой подруге в рот, судя по обрывкам разговора, тоже была не бесталанной и кое на что способной: оказывается, существует какой-то архитектор, о котором он не в курсе!
Охолонувший в подъезде муж демонстративно, по новой, вошел в квартиру и прошел на кухню:
— О, у нас гости?
— Ой, Димочка! – протянула улыбающаяся Настя. – А мы тут без тебя скучаем!
— У всех проблем одно начало: сидела женщина, скучала! – без улыбки произнес Дима известные строчки и добавил: — Глупости не нужно делать даже от скуки!
После чего ушел в комнату: ему нужно было осмыслить ситуацию. И выработать дальнейшую стратегию общения с женой: не пускать же все это на самотек, честное слово!
Подруги переглянулись: неужели слышал? Да нет – откуда! А проверить его, все-таки, нужно – Настасья права! И девушки перевели разговор на другую, невинную тему…
А Дима находился в полном раздрае: что делать дальше, было не понятно! Ясно было одно: оставлять все на прежнем уровне было нельзя!
В комнату зашла Настя:
— Не хочешь посидеть с нами? Я сухонького принесла! — улыбающаяся девушка подошла поближе: от нее исходил удушающий запах какой-то заморской вонючей г…дости.
Диму замутило. Мужчина еле сдержался, чтобы не послать подругу жены прямо сейчас. И прямо туда. Но было еще рано…
Но какая …янь, а? И Ирка не лучше! Просто подсовывает ему эту противную Настьку! Точнее, подкладывает…
— Устал очень на работе! — огрызнулся Дмитрий. — И голова болит!
— Что ты как девка, честное слово! — усмехнулась Настя. — Голова у него болит, видите ли! Когда рядом — такие красавицы!
Посидишь с нами полчасика — ничего с твоей головой не сделается!
— А что у тебя за духи?- брезгливо спросил муж подруги.
— Нравятся? — девушка придвинулась ближе. — С феромонами!
— Все скарабеев на запах ловишь, никак не угомонишься? — усмехнулся Димка.
— А с чего это я должна угомониться? Тридцать лет — самый сок! Это ты у нас, как старый дед: голова, видите ли, у него болит… — поморщилась Настя: ей стало ясно, что с мужем подруги в смысле соблазнения придется повозиться — на контакт идти Димка явно не хотел.
А разве так должен вести себя настоящий адвокат? Конечно, нет: приехать на самокате, соблазнить и умчаться в ночь, придерживая развевающиеся полы дорогого драпового пальто…
Но так поступает элита. А Димон был обычным среднестатистическим адвокатом.
Не таким, которые позволяют себе приехать на процесс на том самом самокате. Или носить затейливые цветные очки и галстук-бабочку: до этих чудаков Дмитрию было далеко.
И не все процессы он выигрывал, если честно. Но, тем не менее, работа позволяла ему не только существовать безбедно, но и закрывать все «хотелки» хорошенькой Ирочки.
А «хотелок» был воз и маленькая тележка: жену он любил.
Да и она его любила! Поэтому упоминание о каком-то архитекторе произвело эффект разорвавшейся бомбы…
Они были женаты пять лет, и у пары все было хорошо: уже велись разговоры о ребенке — возраст обоих перевалил за тридцать. А что, все — осознанно и продуманно, а не по залету!
— Что это вы тут затаились? — в комнату заглянула жена. — Секретничаете?
«Даже не надейся, к…а, что я начну тебе изменять с этой… ! — мстительно подумал мужчина. Ишь, чего удумали!»
— Разве с твоим посекретничаешь! — с досадой произнесла Настя и вышла, добавив: — Иди, лечи ему голову: ляг на больное место — может, полегчает!
Все началось после того, как Ирка стала подозревать мужа в измене, хотя начала изменять первая: да, с тем самым архитектором!
Так случается очень часто: раз у тебя рыльце в пушку, то и остальные кажутся замазанными в этом же самом.
Кажется, в психологии это называется переносом. Или проекцией?
И Ира стала переносить и проецировать, проецировать и переносить: она уже параллельно вступила в другие отношения с симпатичным Эдуардом, позиционировавшим себя, как архитектор.
И одновременно стала ревновать верного Димку, который даже не помышлял об адюльтере.
До этого архитекторов в окружении хорошенькой Ирки не было. Да и профессия эта уже стала подзабываться!
И кто такой Растрелли или Монферан, теперь могут даже не вспомнить. Особенно, сегодняшняя молодежь.
А тут — наше вам с кисточкой: настоящий живой архитектор! Интересно же…
Эдику тоже стало интересно, хотя профессия у Ирки была обычной: она работала в отделе кадров музыкальной школы.
Не бог, весть, что. И зарплата небольшая. Но все же лучше, чем ничего.
Живая, хорошенькая девушка сразу привлекла внимание молодого бонвивана: какая сногсшибательная энергетика!
И почти сразу запала в сердце: яркая, смешливая, с открытой улыбкой и превосходным чувством юмора! То, что надо!
Они познакомились в кафе. Куда Ирка пришла с той самой Настасьей: подруги отмечали очередной Настин развод.
Эдик был с другом — тоже что-то отмечал. И они стали отмечать вместе: все произошло как-то само собой.
Нет, не в первый день, а постепенно: с Эдиком было легко! С мужем все было гораздо серьезней, что ли.
Работники юриспруденции, вообще, люди серьезные. А тут — гротеск, ворох остроумия и легкость в общении. То, чего не было у Димы. И Ирка поплыла.
И заплыла настолько, что стала подумывать насчет развода. Но никак не могла выбрать, с кем продолжать жить в дальнейшем. А дальше — вы уже знаете.
И Эдик на этом настаивал: бросай своего — он тебя утянет на дно!
Почему на дно и каким образом утянет — не уточнялось: просто утянет и все, прими, как факт, зайка моя! Это добавляло кавалеру многозначительности.
В результате, жена, все-таки, ушла. Это произошло всего через месяц после того злополучного разговора. Да, предпочла мужу Эдуарда. И это — после стольких лет брака.
Все это время Димка молчал и делал вид, что все в порядке. Настя тоже ничем не выдавала, что изменяет. Только у нее все чаще стала болеть голова…
Что стало тому виной, сказать трудно. Возможно, действительно влюбилась. Возможно, в виде мести, надавила Настя, которой так и не удалось соблазнить вредного адвоката. Хотя попытки были.
— Я уже давно не живу, а существую рядом с тобой! Ты — какой-то душный, приземленный! Да что там существую — я просто задыхаюсь! — сказала жена, объясняя причину ухода.
— А с архитектором, значит, не задыхаешься? — зло поинтересовался Дима.
— С каким еще… — начала Ирка, но быстро сориентировалась: — Ах, так ты в курсе? Так даже лучше! Да, Эдик — не такой! Он для меня — как глоток кислорода!
— Хорошо, — согласился Димка. — Иди — дыши своим кислородом! Только смотри — не отравись!
Умный муж был в курсе, что вдыхать чистый кислород можно только в течение суток, а потом — …
Так и получилось. Первое время все было хорошо: любовь-морковь и все дела.
И даже съемная комната в коммуналке не влияла на их счастье: вот как, оказывается, живут сегодня архитекторы-то!
Раньше Ирка наивно полагала, что комнату богатый кавалер снимает только для их встреч. А обитает в большом особняке…
Наверное, это — удел непризнанных гениев. А то, что Эдуард был гением, стало понятно с самого начала.
А потом оказалось, что никакой мужчина не гений. И, главное — не архитектор! И его основные занятия — эпатаж, остроумие и тусовка: все!
А архитектором мужчина прикидывался для добавления ему бОльшей загадочности в глазах противоположного пола. И это, в очередной раз, сработало: Ирка клюнула!
Причем, наживка предназначалась не для бедных дам: Эдику надо было на что-то жить — работать он не любил. И кормился исключительно за счет живущих с ним женщин: теперь это место было вакантно.
А девушка выглядела очень прилично. А что это — заслуга мужа, выяснилось потом, когда оказалось, что денег на еду нет от слова совсем.
Нет, Эдуард не переходил за рамки дозволенного: не нужно мне покупать остров или яхту — просто корми меня, дорогая, и все! Ну, и оплачивай коммуналку!
Но все основные потребности Ирки закрывал верный Димон. Который, фигурально выражаясь, теперь вышел вон.
А работница отдела кадров в бюджетной организации зарабатывала только себе на булавки…
Ну и все: любовь прошла! Кстати, оказалось, что Ирку никто не задерживает: можешь уйти, если хочешь, зайка моя! Да, хоть сегодня!
Потому что на горизонте у кавалера появился более выгодный вариант.
— Но ты же говорил… — недоумевала девушка, когда получила отказ на просьбу дать ей немного денег на прокорм и маникюр.
— Мало ли, что я говорил! — беззаботно отмахнулся легкий Эдик. — Я говорю много — всего не упомнишь! А ты возвращайся к своему адвокату — у них денег много! Может, примет и простит, если хорошо попросишь!
И ошеломленная происходящим Ирка, потоптавшись, ушла. Но, естественно, не к мужу: он бы точно не принял! А к маме в однушку.
Мама, которой очень нравился бывший зять, обозвала блудную дочь нехорошим словом на вторую букву алфавита.
И потом сказала, что доца сама виновата. И чтобы на проживание в ее стенах не рассчитывала: у нее появился воздыхатель! А присутствие великовозрастной Ирки может помешать их зарождающейся любви. Так что, иди с миром туда, куда шла.
Нет, сегодня и завтра я тебя не выгоню, конечно: ночуй! Но потом — сама, сама, сама…
Тогда Ирка позвонила Настасье: но у той замаячил третий законный брак! Поэтому, тоже извини, подруга, но принять не могу. Да и не до тебя сейчас, честное слово…
И, через пару дней, Ирка переступила через себя. И, нарядившись, пошла к мужу — теперь уже бывшему. Потому что их развели — он сразу после ее ухода подал на развод.
Ведь денег на жизнь у девушки не было. Ни на съем жилья, ни на еду: Эдик вытряс все до копейки.
Не побираться же ей у метро, честное слово! А Дмитрий — добрый: не откажет и не выгонит.
Стояло прекрасное воскресное летнее утро: муж обязательно должен быть дома. И обязательно должен войти в ее положение: он же так ее любил! Ну и что, что они развелись — пять лет жизни пальцем не размажешь!
Хотя она же размазала… Ну, точнее, попыталась…
Да, ошиблась: с кем не бывает! Но она извинится, и у них все будет, как прежде! Да, дорогой?
Дмитрий был дома. И, конечно же, ее не выгнал: просто даже не пустил бывшую жену на порог! Да, элементарно не дал ей войти!
Ну, да — квартира принадлежала ему. Но Ирка же прожила там пять лет! И потом — ей некуда было идти. Даже животных не выгоняют на улицу, а она — человек…
— Ну, что — наглоталась кислорода? — без эмоций спросил открывший на звонок Димка, ничуть не удивившийся появлению бывшей жены — адвокат должен уметь просчитывать ситуацию.
— Все злобствуешь? — произнесла Ирка, делая попытку протиснуться внутрь.
— Очень надо! Зачем пришла? — спокойно поинтересовался мужчина, придерживая дверь.
— Фу, как грубо! — улыбнулась Ирка, пытаясь обратить все в шутку. — Может, дашь войти?
— Зачем? Что ты тут забыла?
Это было не только грубо, но и жестоко: Дима очень изменился — раньше муж таким не был.
Но она же начала первой! И теперь хочет, чтобы он все проглотил и все стало, как раньше? А так не бывает.
— Мне жить негде! — ляпнула девушка. — Может, все-таки, пустишь?
— Не может! — коротко ответил Дима.
— Я считаю, что… — начала Ирка.
— Пересчитай! — посоветовал мужчина. И закрыл перед ней дверь, на прощанье произнеся: — Привет архитектору!
Ну не г…д? Конечно же, г…д! И не..год..яй, каких мало!
Что, концовка не нравится? А концовку додумайте сами: вариантов — уйма! Может, мама снизойдет и сжалится. Может, Настя. Кто знает?
К тому же, чему бы грабли не учили, а сердце верит в чудеса. Правда, дорогие читатели?
Загостившийся родственник