— Мама, как ты не понимаешь, это очень важно для меня, — возмущался Аркадий, расхаживая из угла в угол, словно не мог найти себе места. — У меня будет семья, ребенок, всё как ты мечтала.
— Я мечтала, чтобы ты успокоился и был у тебя свой дом, — сухо проговорила мать.
— Вот, твои же мечты исполняются. Тебе осталось всего-то подписать договор дарения.
— А я куда? Ну подпишу и что? На улицу?
— Ну по десятому кругу. Говорю же, у Жанны есть комната в общежитии, поживешь там.
— А потом твоя Жанна возьмет и выбросит меня в любой момент. Нет, я так не хочу.
— Мама, да зачем ей тебя выбрасывать из комнаты? Ну что ты такое говоришь?
— Тогда комнату продавайте, деньги мне отдавайте.
— Я тебе сто раз говорил, не можем мы сейчас. У Лизы есть долги кое-какие. Несущественные, но комнату не заберут. Продавать пока лучше не стоит.
— Тогда никакого договора не будет, я в чужую комнату жить не пойду.
Валентина Степановна воспитывала сына одна. Отец у Аркадия, конечно, был. Но участия принимал мало, больше в финансовом плане. У него была своя семья, новые дети.
И сын от первого брака его интересовал мало. Алименты были копейками, но и этому Валентина была благодарна.
Муж от нее ушел, когда Аркадию было всего пять. И первое время мать старалась угодить сыну, чтобы тот не чувствовал себя брошенным.
Вот и воспитала на свою голову… Аркадий постоянно что-то требовал от матери. То игрушку, то компьютер, то новый телефон, то помочь с учебой, то заплатить за институт.
В общем, так сложилось, что Валентина чувствовала себя виноватой и бегала вокруг сына.
— Когда ты уже успокоишься? — вздыхала мама. — Тебе семью надо, жену, ребеночка. Тогда и жизнь твоя наладиться, и моя тоже.
Аркадий лишь отмахивался. Какая семья? Он еще молод.
Но чем старше он становился, тем чаще случались дома конфликты.
Аркадий работать не любил, сидел на шее матери. Съезжать от нее не собирался.
— Ты как пара.зит, — ворчала мать, когда сын отказывался помогать. — Не будет семьи, даже не надейся, что оставлю тебе квартиру, пусть государству отходит.
— А если у меня будет семья?
— Я очень на это надеюсь, — пробормотала Валентина.
Аркадий это запомнил и решил действовать.
Он не сразу нашёл Жанну. Перебрал старые чаты, соцсети, даже писал в мессенджеры незнакомым женщинам — предлагал «актёрскую подработку».
Кто-то смеялся, кто-то матерился, кто-то блокировал. Но одна откликнулась.
— Давай обсудим, — ответила коротко. — Только деньги вперёд.
Жанна оказалась хмурой, сдержанной, работала удалённо, денег едва хватало.
Аркадий предложил простой план. Пожить пару дней у него, появиться перед матерью, поговорить о будущем.
Главное — говорить о семье, ребёнке и внушить будущей свекрови, что жильё им необходимо.
— Я ничего подписывать не буду, — сказала Жанна. — Никаких липовых бумаг. Мне нужно пятьдесят тысяч. Согласен?
— Договорились, — кивнул Аркадий.
В выходные они прибрались в квартире. Аркадий купил тортик, цветы, сок.
Жанна нарядилась светлое платье, даже накрасилась скромно.
Валентина вернулась в шесть. Дверь открыл сын.
— Мама, привет. Знакомься, это Жанна. Мы… вместе уже почти год. И… она беременна. Ты будешь бабушкой.
Валентина замерла.
Жанна встала из-за стола, улыбнулась.
— Очень приятно познакомиться. Простите, что вот так внезапно…
Валентина прошла в кухню.:
— Ребёнок — это серьёзно. А где вы жить собираетесь?
— Ну… в этом и вопрос, — начал Аркадий. — Мы подумали: если ты… ну, если бы ты согласилась переехать… хотя бы временно…
— Куда?
— У Жанны есть комната. В общежитии. Небольшая, но на первое время хватит.
— А потом?
Аркадий замялся. Жанна опустила глаза.
— Потом подумаем.
Валентина молчала. Потом встала и ушла в свою комнату, не сказав ни слова.
На следующее утро Аркадий постучал к матери.
— Мама, мы правда хотим жить нормально. У нас семья. Ты же всегда этого хотела…
Из-за двери послышалось:
— Я не хочу жить в чьей-то комнате. Я не верю.
— В кого?
— В неё.
Но Аркадий был уверен: он справится. Мама поверит в этот спектакль. Главное — быть более убедительным. Остальное — потом. Главное, чтобы не спросила, где и когда он делал предложение.
Прошла неделя. Жанна всё ещё жила с ними. Валентина Степановна ходила по дому как чужая. Её комната — единственное место, где ещё оставалось что-то своё.
Кухня теперь стала общая: Жанна расставила свои банки с приправами, кружки, даже полотенце повесила.
— Нормально? — шептала она Аркадию. — Бабка смотрит, как будто я у неё золото украла. А я, между прочим, домой уже хочу.
— Потерпи ещё немного, — шептал Аркадий. — Она вот-вот сдастся.
Молодые громко обсуждали, как тесно в квартире. Как хорошо было бы жить отдельно от мамы.
— Если бы ты согласилась и переехала, всем проще было бы, — твердил Аркадий.
Валентина молчала. Потом начала отвечать. Спокойно, но жёстко:
— У вас будет ребёнок — подумайте, где будете жить, когда он родится.
Они устраивали сцены. Вечером — хлопанье дверями, плач Жанна на кухне.
— Я так не могу. Твоя мама меня ненавидит. Я тут чужая…
— Да что еще тебе надо, мама? — кричал Аркадий. — Соглашайся уже! Мы же не просим чего-то невероятного! Нам нужна квартира, понимаешь?! Мы молодые.
Однажды Валентина нашла свою любимую чашку треснутой и спрятанной в мусорке…
А потом начались упрёки:
— Я не могу жить в такой обстановке, — говорила Жанна. — Ребёнок всё чувствует…
— Если бы ты согласилась и переехала, всё было бы иначе, — повторял Аркадий маме.
— Значит, вы решили выжить меня? — однажды психанула Валентина Степановна. — Я все вижу и понимаю!
Ну-ну. Посмотрим, кто первый сдастся.
Жанна закатила глаза. Аркадий вздохнул, как будто у него рушились мечты. Но в глубине души он чувствовал — мать почти сломлена. Надо только чуть-чуть дожать.
— Просто подпиши, и всё. Мы тебя потом на руках носить будем, честно. Не забывай, это будущее твоего внука!
— Вы уже и так по мне топчетесь, сынок, — ответила Валентина. — Только не забывай есть еще и закон.
И ушла в свою комнату, закрыв дверь.
А в коридоре Жанна шептала:
— Может, она неадекватная? Старость, стресс. Деменция… Мы в суд можем подать. Признают, что она дееспособна…
— Да какая разница? Нам всего-то надо, чтобы она на меня квартиру переписала, — ворчал он.
Валентина всё слышала, она была далеко не глупой женщиной, сама работала с документами, знала законы. И поняла, что именно от нее хочет сын…
— Я подпишу договор дарения, но только у нотариуса. Согласен? — спросила мать.
— Конечно! Наконец-то, мама! — обрадовался мужчина. — Когда идем? Завтра?
— Завтра, но мне нужна справка о беременности Жанны и договор аренды на комнату на длительный срок, естественно, безвозмездный.
На следующий день у нотариуса Аркадий принес все документы, которые просила мать.
— Вот договор дарения, мама, — он широко улыбался. — А вот справка, как ты просила, и договор аренды на пять лет. Хватит?
— Вполне! Только сегодня мы подписать не можем. Оставим документы, нотариус всё проверит и подготовит.
Аркадий кивнул. Они вместе вышли от нотариуса, сын показал матери комнату, которая к тому же оказалась без ремонта и мебели.
— В договоре указано не так, — пробормотала Валентина.
— Ой, да поможем мы тебе, мама. Отремонтируем. Мебель новую купим.
Валентина кивнула. К нотариусу их позвали через неделю. Валентина была совсем грустной, практически не разговаривала с сыном и будущей невесткой.
Те даже внимания на нее не обращали. Они веселились и уже предвкушали, что квартира теперь будет только Аркадия.
Но в кабинете нотариуса их встретили другие люди…
Валентине Степановне изначально не понравилась идея сына подарить ему квартиру. Он был единственным наследником и в любом случае получил бы эти квадратные метры.
А вот Жанна вызывала опасение.
Но самое главное то, что Валентина была очень внимательной женщиной.
Она заметила, что невестка все время с кем-то разговаривает по телефону, Свекровь проверила комнату, в которую ее хотели отселить. Оказалось, что принадлежит она другому человеку.
Валентина пошла в полицию. Написала заявление, что ее сына хотят обмануть.
Сначала она так и считала… Пока не подключились правоохранительные органы и не выяснили, что справка липовая, комната в залоге у банка и ее вот-вот выставят на торги.
А потом и узнали, что во всей схеме виноват именно Аркадий, а не Жанна, та просто согласилась из-за денег.
Валентина Степановна была в шо.ке от услышанного. Аркадий хотел убежать, но его остановили.
— Мама, ты с ума сошла? — кричал он. — Ты что делаешь? Я же твой сын.
— Я не смогла тебя нормально воспитать, пусть государство перевоспитает. —
Сказала на прощание Валентина и вышла.
Ей было обидно, и прощать такого она сыну не собиралась.
Деньги могут испортить даже самую крепкую дружбу