— Кредиторы твои звонили, Димочка! На мой номер вышли! — Лариса почти пропела эти слова. — Вы задолжали банку, платить нечем, а мне теперь выслушивать, какая у моего брата жена непутевая? Мне теперь в трубку г..дости говорят из-за ваших хвостов?
— Мы выплатим, — выдавил Дима. — Рита работу потеряла, сейчас найдет и всё закроем.
— «Сейчас найдет»! — передразнила Лариса. — Да кому она нужна, эта …? Она только и может, что в долги лезть! Вы соображаете вообще, что вы позорите нашу семью?
Люди в поселке уже пальцами тыкают. Сестра в магазине работает, а брат — должник и нищеброд. И живет с такой же!
Рита чуть не расплакалась. За что золовка так ее ненавидит?
Пластиковый таз с мокрым бельем казался тяжелее, чем обычно. Рита перехватила его поудобнее, стараясь не прижимать к куртке, но вода все равно просачивалась, оставляя темные пятна на ткани.
Муж шел впереди, тащил два огромных баула, в которых лежали постельное белье и его рабочая одежда.
В их новом доме, куда они переехали три месяца назад, было тихо, грязно и пусто. Ремонт встал, деньги закончились.
Но хуже всего было отсутствие воды — колодцы в поселке пересохли, а водопровод обещали провести только к следующему лету.
Каждое утро начиналось с того, что Дима на тачке привозил воду с природной скважины, но постирать вещи или нормально помыться в таких условиях было невозможно.
— Долго еще? — спросила Рита, когда они свернули на улицу, где стоял дом его бабушки.
— Почти пришли, — буркнул Дима.
Он шел быстро, не оглядываясь. Походы к родственникам давно перестали приносить удовольствие — почти каждый раз они заканчивались скан.далами.
Дом бабушки был разделен на две части. У бабушки — свой вход, у Ларисы, сестры Димы — свой, общим оставался двор и тонкая стена, через которую слышно было даже шепот.
Дима толкнул калитку. Машина возле половины дома Ларисы отсутствовала, и Рита немного расслабилась.
— Пришли, горемычные? — бабушка выглянула из кухни. — Заносите, заносите. Машинка свободна, я свое с утра прокрутила.
— Привет, ба. Да мы быстро, — Дима бросил сумки на пол в прихожей.
— Да куда ж быстро, вещей-то гора… Садитесь, чай пить будем, пока крутит.
Рита начала загружать белье в барабан. Она старалась делать всё бесшумно.
Каждое движение — насыпать порошок, закрыть дверцу, выставить режим — не дай бог золовка услышит. И опять будет скан.дал…
Меры предосторожности не помогли — Рита не успела сесть за стол, как дверь распахнулась и на пороге выросла сестрица Димы.
— Опять! Опять они здесь! — проорала она.
Лара влетела на кухню, даже не сняв пальто.
— Дима, я тебе по-русски сказала или на каком еще яз.ыке надо? — Лариса уперла руки в бока, игнорируя присутствие Риты. — Вы опять здесь прачечную устроили? Кто платить будет за воду? Счетчик крутит, как бешеный!
— Ларис, мы за воду деньги отдаем. Я тебе на прошлой неделе тысячу положил на тумбочку, — тихо сказал Дима, стараясь не смотреть сестре в глаза.
— Тысячу он положил! — взвизгнула Лариса. — А порошок? А амортизация машины? Она не вечная! А эта… твоя? Она что, сама не может постирать? Или у неё рук нет?
Рита замерла. Она уже привыкла, что Лариса никогда не называет её по имени. Для золовки она была либо «этой», либо «де..вкой», либо «приживалкой».
— Слышь ты, — Лариса наконец повернулась к Рите. — Что ты сюда тащишься постоянно? У тебя свои родители есть.
Что же ты к ним не идешь мыться и стираться? Или они тебя видеть не хотят?
Рита почувствовала, как горло перехватило. Лариса прекрасно знала, что родители выставили Риту из дома в восемнадцать лет, выписали через суд и с тех пор ни разу не ответили на звонок.
Это была открытая рана, в которую золовка методично сыпала соль.
— Мои родители здесь ни при чем, — едва слышно произнесла Рита.
— О, голос подала! — Лариса сделала шаг вперед. — Конечно, ни при чем. Потому что они умные люди, сразу поняли, что за фрукт им достался.
Выгнали и правильно сделали.
А мой брат теперь должен тебя на шее тащить? Вещи твои грязные тут полоскать?
— Лариса, замолчи, — Дима встал между ними. — Хватит. Мы к бабушке пришли, а не к тебе. Ты в свою половину иди.
— А мне и здесь хорошо! — Лариса сорвала шапку и швырнула её на стул. — Я здесь живу, я за бабушкой смотрю, пока вы там в своем недострое в тишине сидите.
А мне вчера, знаешь, кто звонил?
Она сделала паузу, наслаждаясь моментом. Дима напрягся, а у Риты по спине проскакали мурашки размером со слона.
— Коллекторы, братец!
Дима отвел взгляд, а Риту затрясло.
— Лариса, ну хватит тебе, — подала голос бабушка. — Ну чего ты разошлась? Пусть стирают. Тебе воды жалко, что ли?
— Да, жалко! — обернулась к ней Лариса. — Ты, ба, совсем их распустила. Завтра они сюда жить переедут, когда их из того дома за долги вышвырнут!
Лариса подошла к стиральной машине и с силой нажала на кнопку «Стоп». Барабан начал замедляться.
— Убирайте вещи. Сейчас же. Чтобы я этого тут больше не видела. Иди к своим родителям, де..ка. Пусть они тебя обстирывают.
Рита посмотрела на мужа. Тот стоял, опустив голову.
— Дима, скажи ей… — прошептала она.
— Лариса, включи машину, — голос Димы дрожал. — Вещи уже мокрые. Куда мы их понесем?
— Домой понесете! В тазу! — Лариса схватила таз и выплеснула остатки воды прямо на пол, едва не задев ноги Риты. — Пошли вон! Бессовестные! Припёрлись они…
Рита молча начала вытаскивать из барабана мокрые, в пене, пододеяльники. Холодная мыльная вода текла по рукам.
— И за воду заплати еще пятьсот рублей! — крикнула Лариса в спину Диме, когда тот начал подбирать сумки. — Я за этот месяц перерасход оплатила!
Они вышли во двор под крики Ларисы, которая продолжала сыпать проклятиями.
Дима молчал всю дорогу до дома, Рита шла сзади, неся таз с мокрым бельем.
Дома было холодно. Обогреватель не справлялся — холод шел из дыр в полу, которые муж еще не успел запенить.
— Завтра я поеду в город, — сказал Дима, бросая сумки в углу. — Попробую перехватить денег у Михалыча.
— Нам нужно купить свою машинку, Дим. Хоть какую, хоть старую. Я не могу больше туда ходить, — Рита присела на край кровати, не снимая куртки.
— На что мы её поставим? Ты же знаешь, сколько стоит насосная станция! А сама машинка? Лариска просто злая. Не бери в голову.
Рита посмотрела на супруга:
— Она называет меня де..кой, она из.де..вается над тем, что у меня нет родителей. Дим, она твое отношение ко мне портит!
Дима ничего не ответил — ушел в другую комнату.
Прошла неделя. Кредиторы звонили теперь каждый день. Рита отключала телефон, но они находили номера знакомых, соседей и, конечно, Ларисы.
В субботу Дима сказал:
— Надо идти. Я договорился с бабушкой, Лариса сегодня уезжает в район за товаром, ее хозяин отправил. Её не будет до вечера.
Они снова собрали баулы и пошли. Бабушка уже ждала их на крыльце.
— Быстрее, детки. Пока этой нет. Ларка совсем с ума сошла, замок хотела сменить на этой неделе, да я не дала. Мой дом, говорю, не смей.
Рита быстро забросила вещи в машинку. Дима ушел в ванную — помыться по-человечески, горячей водой, было для него пределом мечтаний.
Бабушка суетилась на кухне, выставляя на стол пирожки.
— Вы её не слушайте. Она злая, потому что сама несчастная. Мужика нет, в магазине обсчитали на днях, вот она на вас и срывается.
— Она не просто срывается, ба. Она у ни что..жить нас хочет, — Рита присела на табурет. — Она звонит моим родителям, представляешь?
Нашла их через соцсети и пишет им г..дости про меня. Говорит, что я её брата обчистила. Только я ничего ни у кого не ворую!
— Господи… — бабушка перекрестилась. — Вот ведь натура какая ядовитая. И в кого она такая?
Рита не успела рассказать о том, что видела недавно — в этот момент во дворе послышался звук мотора.
— Приехала… — бабушка побледнела. — Раньше времени вернулась!
Лариса вошла в дом медленно. В руках она держала смартфон. Вид у неё был странный — спокойный, даже равнодушный.
— Опять у нас тут прачечная? — тихо спросила она.
Дима вышел из ванной с полотенцем на шее.
— Лар, мы уже заканчиваем.
Сестра неожиданно протянула ему телефон.
— Смотри, что мне прислали. Твой долг выкупили коллекторы. Серьезные ребята. И они спросили меня, где ты живешь.
— И что ты сказала? — Дима застыл.
— Я сказала правду. Я дала им ваш адрес. Сказала, что там много техники новой — инструменты твои, материалы. Сказала, что вы там прячетесь от них.
А еще я сказала, что Рита работает неофициально в пекарне у моста. Пусть придут, проверят.
Рита почувствовала, как земля уходит из-под ног.
— Зачем? — вырвалось у неё. — Мы же тебе ничего не сделали! Мы не касаемся твоей половины вообще!
— Ты мне жизнь портишь своим существованием! — Лариса заорала.— Я хочу, чтобы вас отсюда вымело, с концами. Чтобы вы уехали к твоим родителям! Или в лес, куда-нибудь подальше с моих глаз!
Она подошла к Рите и с силой толкнула её плечом.
— Убирайся от стиральной машины. Сейчас же. И чтобы больше я тебя здесь не видела. Слышишь? Никогда!
Дима сделал шаг к сестре, но Лариса замахнулась на него телефоном.
— Тронь меня только! Я сразу в полицию позвоню! Скажу, что ты меня из..би..ваешь!
— Знаешь что, Лариса? — Рита расправила плечи. — Ты так много говоришь о чужих долгах. А давай поговорим о твоих?
Лариса осеклась.
— О чем? Ты бредишь, что ли?!
— О том, что я видела три дня назад в магазине, — Рита сделала шаг вперед. — Когда заходила за хлебом.
Я видела, как ты откладывала деньги из кассы в свой карман. Прямо перед закрытием.
Думала, никто не видит?
Лариса побледнела.
— Да ты… Что ты врешь?! Ничего ты не видела!
— Ты воруешь в магазине? — поразился Дима.
— Она всё врет! Она хочет меня подставить! Да кому ты веришь вообще? Г..лодр..нке этой?!
Рита молча достала телефон и включила запись. На экране было четко видно, как Лариса пересчитывает купюры и прячет их куда-то под кофту, воровато оглядываясь.
Компромат посмотрели все. Бабушка присела на стул, закрыв рот рукой.
— Лариска… как же так? — прошептала старушка.
Лариса взвилась:
— А что вы так на меня смотрите? Да, взяла один разочек! И не постоянно я деньги из кассы тащу!
Я жить нормально хочу, ясно? Одеваться в приличных магазинах, кушать в ресторанах.
Да я кредит за машину уже четыре месяца не выплачиваю, потому что нечем! А ты, братец, вместо того, чтобы мне помочь, гр..мзу эту на своем горбу тянешь!
Тебе вообще не стыдно, а?
Скан.дал грянул грандиозный. И к общему знаменателю все равно не пришли — Лариса осталась при своем мнении.
Урегулировать проблему с долгом удалось только через два месяца — Рита нашла работу и начала выплачивать займ.
Никто ничего у них не отобрал, кстати. Ларису, кстати, выгнали из магазина — недостача обнаружилась во время ревизии. С братом она, естественно, не общается. Зачем ей предатель?
Признание мужа