— Она меня уже достала своими причитаниями, — Артем отодвинул супругу в сторону, — как ты ее выдерживаешь, удивляюсь!
— А мне удивительно, что тебе на нее плевать, — проговорила Галя.
— Галя, да завяжи ты мне эту удавку! – вспылил Артем.
— Подожди, — прошипела она на мужа, — мама твоя проснулась.
— Я на работу опоздаю!
— Ты же сказал, что на работу заехать – просто формальность, документы забрать, а потом на поезд и в командировку, — проговорила Галя, направляясь к комнате свекрови.
— Черт! Чуть не забыл! – он хлопнул себя по лбу и пошел в спальню за чемоданом, который вчера вечером ему собирала Галя.
— Доброе утро, Елена Петровна! – чуть слышно сказала Галя.
— Где Артем? Позови Артема!
Галя не обиделась, что свекровь не ответила на приветствие. Елена Петровна уже второй год болела и почти не вставала. Болезнь съедала ее изнутри, награждая нестерпимой болью.
Сама Галя не была уверена, что вытерпела бы такое.
— Артем! – повала она. – Иди сюда, мама зовет!
— Да чтоб вам всем жилось и не кашлялось! – воскликнул он. – Я спокойно могу на работу уйти?
— Артем! – Галя посмотрела с осуждением.
— Да иду я уже! Иду!
Он бросил чемодан у двери и вошел в комнату матери.
— Сыночек мой, — Елена Петровна начала плакать, — не уходи, пожалуйста!
— Мам, хватит, в самом деле! Ты должна понимать, что я не могу остаться! Кому-то надо и деньги зарабатывать. Я не могу, как Галя, перевестись на удаленку, чтобы сидеть с тобой рядом. Я хочу нормально работать и карьеру построить!
— Артемушка… — плакала Елена Петровна.
— Все-все, — сказал он, поворачиваясь к двери, — я сейчас Галю пришлю.
В коридоре Галя преградила мужу дорогу:
— Как тебе не стыдно? Это же твоя мама! Мог быть и повежливее!
— Она меня уже достала своими сто.нами и причитаниями, — Артем отодвинул супругу в сторону, — как ты ее выдерживаешь, удивляюсь!
— А мне удивительно, что тебе на нее плевать, — проговорила Галя, завязывая Артему галстук.
— Она сама во всем виновата, — хотел Артем воскликнуть, но Галя слишком затянула узел, поэтому то, что произнес Артем, было больше похоже всхлип. – Полегче, ты!
Он ослабил узел.
Галя проводила его тяжелым взглядом:
— Надолго твоя командировка?
— Неделя, — ответил Артем, — может, дней десять.
Галя устало выдохнула:
— Хорошей дороги! Я люблю тебя!
— Сразу бы так, — Артем подставил щеку для поцелуя, — буду звонить.
— Если ты в таком настроение собираешься ехать на море, — Света поморщилась, когда Артем вошел в дверь, — тогда тебе лучше тут остаться, а я съезжу одна.
— Нет, Светик, сейчас все нормально будет. Просто с самого утра начинается одно и то же. Одна — ум.ирает, вторая — перед ней скачет, а я там, как не пришей ко.быле хвост! И еще претензии ото всех!
— Тема, я может, не в свое дело лезу, но, сколько ты собираешься это все терпеть?
— В смысле, сколько? – Артем оторопел.
— В прямом! – уточнила Света. – С женой, как я понимаю, у тебя давно разлад, иначе ты ко мне не бегал, а мать, я заметила, ты не сильно жалуешь. В чем проблема? Разведись, а мать доверь государству!
Идея не была оригинальной, Артем и сам до этого доходил, но была одна загвоздка:
— Света, я врать тебе не буду, потому что ты мне как родная, поэтому скажу прямо. Своей квартиры у меня нет. А жил я в квартире матери.
Туда, кстати, когда-то и Галю привел. Развестись и сдать мать в бога.дельню – пара пустяков, но тогда и квартира уйдет. А так, Галя ухаживает за мамой, мама коптит по мере сил, а квартира потом мне достанется.
— А у Гали у твоей свое жилье есть? – спросила Света, просчитывая варианты.
— Она из провинциального городка, да и семья у нее большая. У нее еще трое братьев и сестра. Так что ей даже возвращаться некуда, потому она за моей матерью и ходит, ну, чтобы передо мной выслужиться, что ли.
— Тема, ты, конечно, умный, — сказала Света с улыбкой, — а все равно кое-чего не учел. Галя твоя за мамой утки выносит? Вот пусть и выносит.
А ты разведись и переезжай ко мне, пока твоя мама дух не испустит. Я просто уверена, что если Галю из дома не погонят, она и дальше будет ухаживать за твоей маман.
А когда владелец квартиры покинет мир живых, тогда и Галю, причем не как жену, а постороннюю женщину, можно будет со спокойной душой выкинуть на улицу.
А в таком ключе Артем ситуацию не рассматривал. Очень все логично получалось. Тем более, Елена Петровна по сей день ведет себя с невесткой, мягко говоря, пренебрежительно.
Даже если Галя будет до последнего маме рейтузы стирать, та все равно ей не оставит квартиру или даже комнату.
— А я всегда говорил, — Артем улыбался, — что ты не только самая прекрасная женщина на свете, но и самая умная!
В глазах у Артема вспыхнул огонек.
— У нас до самолета еще шесть часов, — облизываясь, проговорил он, — надо как-то скрасить ожидание!
Света расхохоталась:
— Вот с таким настроением на море ехать можно!
Галя тихо плакала на кухне. Артем даже не пришел, чтобы лично сказать, что будет с ней разводиться. Сообщение прислал. А еще сообщил, что жить будет у ЛЮБИМОЙ женщины, поэтому ее из квартиры не гонят.
— Галя! Галя, иди сюда! – позвала Елена Петровна.
— Да, сейчас, — крикнула Галя и склонилась над раковиной, чтобы умыться холодной водой.
— Галя, я понимаю, Артем не вернется? – спросила Елена Петровна.
После укола боль ее не сильно донимала, поэтому она могла говорить и соображать вполне здраво.
— Да, Елена Петровна, — Галя кивнула, — он со мной разводится.
— А ты, стало быть, тоже меня бросишь?
— Сами понимаете, если он сюда с новой женой придет, я больше не смогу тут оставаться. А пока, если вы сами меня не прогоните…
— И продолжать ухаживать будешь? – с некоторым подозрением в голосе спросила Елена Петровна.
— Буду, конечно, — ответила Галя. – Я же не для Артема за вами ухаживала, а, мне кажется, что так правильно.
— Глу.пая ты, Галя, потому что добрая. А может, добрая, потому что гл.упая, — в своей манере проговорила Елена Петровна, которая изводила Галю с первой минуты в этом доме.
— Наверное, — проговорила Галя. – Я только не знаю, как мы выживать будем. У меня зарплата маленькая. Лекарства раньше все Артем покупал и за квартиру платил.
— Не волнуйся, дочка, — криво улыбнулась Елена Петровна, — у меня пенсия нормальная. Я тебе карточку отдам и код скажу. Тебе верю, ты не обманешь.
На развод Артем не явился, у матери не появлялся. Не звонил даже.
А Галя с Еленой Петровной жили вдвоем, сражаясь с болезнью, бытом и насущными проблемами. А вечерами они беседовали, как закадычные подружки.
— А помнишь, как я на тебя орала за пересоленный суп? – с улыбкой вспоминала Елена Петровна.
— Забудешь такое, — улыбалась Галя, — а я его тогда вообще не солила, не знала, у кого какие вкусы. Думала потом, каждый досолит, как любит.
— А я тогда полпачки соли вбухала!
— А рубашку белую тоже вы Теме прожгли?
— А кто ж? Я же ему тогда все уши прожужжала, что ты бесхозяйственная, а у тебя все в руках спорилось, пришлось принимать меры! Не легла ты мне на душу, с первого взгляда возненавидела, — признавалась Елена Петровна.
— Так я же с вами и не спорила, — растерялась Галя, — тише воды, ниже травы.
— Да, это болезнь материнская. Я же сыну в жены принцессу хотела. Чтобы с манерами, статусом, деньгами. А он привел, прости Господи, иногороднюю девочку с непонятной профессией — дизайнер! Я сразу поняла, что ты его недостойна, вот и правила судьбу по своему усмотрению.
— А я Тему любила, — грустно ответила Галя. – Так сильно любила, что готова была все терпеть.
— Да уж видно было, — кивнула Елена Петровна. – Хотя бы по тому, видно было, как ты за мной ухаживаешь. Я ж помню, как кричала на тебя, когда ты меня обмывала и с ложечки кормила. А ты же и плакала, а не переставала.
— Так, Тема сразу отказался за вами смотреть. Хотел вообще в больнице оставить. Потом передумал, почему-то…
— Понятно, чего передумал, — хмыкнула Елена Петровна, — у меня ж тогда еще завещание было не только на него, но и на сестру его.
— А у вас и дочка есть? – удивилась Галя. – Я не знала.
— Что — есть, что — нету, — ответила Елена Петровна. – Она замуж вышла за компьютерного гения, а потом с ним и свинтила за границу. Я звала ее, когда заболела, а она послала меня к Теме, ну, и еще куда подальше. Припомнила мне прошлое…
Елена Петровна замолчала. Галя поняла, что история семьи ее уже бывшей свекрови полна тайн, но выведывать не стала.
Елена Петровна потихоньку угасала, от Артема не было никаких вестей, а Галя не бросала свой пост.
Она для себя решила, что проводит Елену Петровну на вечный покой, а потом просто вернется домой.
— Галочка, — в один из вечеров, оборвав беседу о погоде, сказала Елена Петровна, — а я ведь всегда была плохим человеком.
— Не наговаривайте на себя, — ответила Галя, — я давно вас простила. Даже за тот скандал с Артемом и номером начальника.
Елена Петровна улыбнулась:
— Это чистой воды х.ули.ган.ство. Я заметила, что Тема стал у тебя телефон проверять, но и переименовала начальника из «Борис Семенович», в «Нежного Борюсика». Как он кричал!
— Я тоже помню, а еще помню, что мне пришлось Артема к себе на работу везти, чтобы показать этого «Борюсика». Ему, между прочим, тогда было лет восемьдесят.
— То-то я смотрю, он быстро успокоился, — проговорила Елена Петровна, — да не об этом речь.
Она приподнялась выше на подушках:
— Галочка, я же в своей жизни много всего натворила, что сейчас сты.дно. Муж у меня был. Прекрасный человек. А я его довела до того, что пов.еси.лся он.
Теме тогда год был, он толком не помнит ничего, а вот Валерия хорошо тот момент запомнила. Она же в отце души не чаяла. Десять лет ей тогда было.
А с детками, — она задумалась, — с ними все больше соседки сидели. А я, что гуляла, что работала. Я же администратором была в гостинице. Не всегда домой после суток являлась, постояльцев обихаживала за копейку малую.
— Бур.ная молодость, — проговорила Галя.
— Ох, если бы, — Елена Петровна поморщилась от приступа боли, — любители всякие бывали. Да и не всем мало.летки интересны.
Галя не знала, что сказать. Такие от.кров.ения не укладывались в нормы морали девушки.
— Галочка, я об одном прошу, пожалей плохого человека, не оставь в самый сложный час. Боязно мне отходить в одиночестве.
— Я никуда не уйду, Елена Петровна. Вы не волнуйтесь, — заверила Галя.
— Доченька, а ты позови завтра ко мне нотариуса и доктора. Хочу завещание переменить. Не хочу сыну оставлять квартиру. Ушел, так пусть теперь сам. Я лучше тебе оставлю.
— Не надо, Елена Петровна, — взмолилась Галя, — меня же Артем по судам затаскает, оспаривать будет. А я законов не знаю, но мне кажется, что все равно все отберет. Только еще все нервы вымотает!
— Ты думаешь? – Елена Петровна склонила голову. – Тогда государству отпишу. Ты позови! И Доктора тоже.
При изменении завещания Галя не присутствовала, и даже не слышала, о чем идет речь.
А с доктором Елена Петровна хорошо придумала. Он ее вменяемость подтвердил перед нотариусом, потому завещание было оспорить невозможно, сославшись на болезнь.
А потом побежали денечки.
Елена Петровна все больше сдавала, Галя ходила подавленная. Очень тяжело ей было видеть, как человек на глазах увядает.
Но она пообещала быть с ней до самого конца, потому терпела изо всех сил.
— Галочка, — прошептала Елена Петровна, — этой ночью я уйду. В книжном шкафу, за энциклопедией, конверт лежит. Там похоронные. Сделай все по чести, я тебе доверяю. И Артему позвони. Пусть хоть на мог.ил.ку придет проститься.
Ночью ее не стало.
— А ты что здесь забыла? – удивился Артем, увидев бывшую супругу у дверей нотариуса.
— Меня пригласили, — ответила Галя.
— Наверное, мать тебе копеек от щедрот отсыпала! – рассмеялся он.
— Присаживайтесь! – предложил нотариус, когда их пригласили в кабинет. – Завещание составлено в присутствии врача, который удостоверился во вменяемости гражданки Смирновой. Теперь по имуществу. Две квартиры, земельный участок под застройку и счет в банке на сумму три миллиона двести семьдесят тысяч переходит во владение Галины Олеговны Смирновой.
— Это как?! — вскричал Артем. – Она даже не родственница! А я — сын! Родной сын! А мне что?
— Артем Михайлович Смирнов, вам достается последнее слово, которое я должен зачитать в присутствии Галины Олеговны:
«Дорого мой сыночек, Артем!
Ты никогда не был хорошим сыном, как и я, хорошей матерью. Я прекрасно понимаю твое ко мне отношение.
Но ты бросил меня в самый сложный момент моей жизни. Мало того, что бросил сам, так все обязанности по уходу переложил на плечи Галочки. А ты сам знаешь, как я ее изводила.
Ты не только меня не пожалел, ты и ее не пожалел, хотя клялся ей в любви. А когда ты бросил и ее, я поняла, какого монстра вырастила. Наверное, я и не могла вырастить хорошего человека.
Я благодарю Бога, что он подарил мне Галочку. В ней я увидела действительно хорошего человека.
Я оставляю все ей и только ей. И не потому, что она была со мной в мои последние минуты, а потому что она смогла пожалеть того плохого человека, которым я была».
Бьющегося в истерике Артема, вывела охрана, а Галя продолжала сидеть в кабинете с бумагами в руках.
Она уже и так оплакала бывшую свекровь, но слезы навернулись сами.
— Бедная, бедная Елена Петровна, — проговорила она, — вы не были плохим человеком, просто несчастным…
На родителей оформлю нашу новую квартиру, — сказал муж