Анна вышла из кабинета начальника, но пошла не на свое рабочее место, а в комнату отдыха. Здесь было пусто. Она сделала себе чашку кофе и села в кресло. Ей надо было подумать.
Секретарь шефа еще утром передала ей, что Борис Владимирович хочет видеть ее в своем кабинете в двенадцать сорок. На вопрос о причине вызова Наденька только пожала плечами.
Полдня Анна пыталась предположить, что потребовалось от нее шефу, но такого явно не ожидала.
– Анна Григорьевна, у вас по графику отпуск через неделю. У меня к вам просьба – давайте перенесем его на середину августа. Август – это тоже лето, а если вы куда-то на юг собрались, то это даже лучше, чем середина июня. Бархатный сезон, – сказал Борис Владимирович.
– У нас какой-то форс-мажор? – поинтересовалась Анна.
– Не совсем. Просто для фирмы желательно, чтобы вы в ближайшие два месяца были на месте.
– Борис Владимирович, график отпусков был утвержден вами заранее. Мы с мужем с большим трудом смогли устроить так, чтобы сроки наших отпусков совпадали. Три года подряд нам не удавалось отдыхать вместе. Мы еще весной забронировали и оплатили двухнедельный тур. Так что отказаться от него я могу только в том случае, если у нас в фирме произойдет локальное землетрясение или точечное извержение вулкана. В каком-то другом случае муж и дети меня просто не поймут. У нас землетрясение?
– Нет. Просто небольшие кадровые изменения. Ирина Михайловна уходит на повышение. На ее место руководство головного офиса настойчиво порекомендовало назначить Яну Игоревну. Но вы ведь знаете: она – талантливый организатор, однако для того, чтобы руководить отделом, у нее пока еще мало опыта. А у нас сейчас есть несколько достаточно сложных проектов, работу над которыми должен контролировать специалист, глубоко погруженный в тему. Я рассчитывал, что это будет делать Ирина Михайловна, но приказ о ее переводе уже подписан. Остаетесь только вы.
– Извините, Борис Владимирович, это не землетрясение. Я думаю, что руководство головного офиса, назначая Яну на эту должность, посчитало ее достаточно опытным специалистом. Поэтому, если я откажусь от отпуска, чтобы контролировать ее работу, это будет не очень корректно. Да и моя семья меня не поймет.
– Очень жаль. А я надеялся. Но если так, то не смею настаивать, – закончил разговор Борис Владимирович.
Анна допила кофе. Она работала в филиале столичной фирмы уже восемь лет. Ведущий специалист. Ее устраивало все: и работа, и зарплата, и окружение. До этого момента она не думала о карьерном росте, но сегодняшний разговор с шефом навел ее на определенные мысли.
Почему должность руководителя отдела маркетинга предложили не ей, а Яне, которая работает здесь всего два с половиной года и особых успехов до сих пор не продемонстрировала?
Да, Яна была хорошим организатором. Но провести корпоратив, организовать банкет по поводу визита столичного руководства и ярко презентовать на конференции работу филиала – это одно. Здесь не требуется стратегическое мышление, умение глубоко анализировать ситуацию и опыт работы с абсолютно разными клиентами. С этим у Яны как раз-таки были проблемы.
Борис Владимирович все это прекрасно знал, и сам никогда не назначил бы Яну. Очевидно, он просто не смог отказать кому-то из столичного руководства и теперь пытался найти подстраховку.
Но Анна, которая сразу просчитала ситуацию, решила не жертвовать ради спокойствия шефа семейным отдыхом.
Через неделю они улетели. Свой телефон Анна выключила и на все две недели закрыла его в сейфе, который был у них в номере. Родители с обеих сторон были предупреждены, что общаться с ними можно по телефону Глеба – мужа Анны.
Она сделала это потому, что раньше во время отпуска ей не раз и не два приходилось решать рабочие проблемы и согласовывать вопросы с клиентами по телефону. В этот раз новому руководителю отдела маркетинга придется все делать самостоятельно.
Почему она так поступила? Из вредности или из желания, чтобы ее вклад в работу отдела наконец был замечен? Может быть. Хотя почему простое желание, чтобы ее работа была оценена по достоинству, надо расценивать как эгоистичное?
Анна поделилась своими сомнениями с мужем.
– Причем тут эгоизм? Ты умеешь делать эту работу, Яна – нет. Пусть это будет видно. Ты ведь не стала никому ставить палки в колеса, а просто отошла в сторону. Почему тебя это смущает? – спросил Глеб.
– Может, потому что лично к Яне у меня претензий нет. Она не лебезила перед начальством, никого не подсиживала. Просто хорошо делала то, что умеет. Я даже представляю, как могло быть принято решение о ее назначении: возник вопрос о том, кого поставить на место Ирины Михайловны, и кто-то из столичных руководителей вспомнил, как Яна прекрасно выступила на конференции с докладом об итогах работы нашего филиала. Он, конечно, не знал, что этот доклад готовили три других человека, а презентацию, где цифры то вырастали, то уменьшались, а разноцветные графики змеились на экране, делал наш компьютерный гений – Илья. Яна фактически только озвучила то и другое. Сделала она это прекрасно. Но на вопросы, которые возникли после презентации, отвечали мы с Борисом Владимировичем.
– Да, не завидую я вашему Борису. Ему сейчас придется лично отслеживать работу по каждому контракту. Я представляю, с каким нетерпением он ждет, когда ты выйдешь из отпуска! – усмехнулся муж.
– А что изменится, когда я выйду? Я же не буду выполнять работу Яны. У меня есть свой участок. А это примерно десятая часть всего объема.
– Борис Владимирович это тоже понимает. И я тебя уверяю: он что-нибудь обязательно придумает, – сказал Глеб.
Муж был прав.
Когда отпуск закончился и Анна вышла на работу, ей в первый же день поведали о том, что эти две недели отдел работал под пристальным оком руководителя филиала.
– Ты представляешь, Борис влезал в такие мелочи, на которые раньше даже внимания не обращал. А Яна в конце каждого рабочего дня должна была докладывать ему обо всех рабочих проектах. Она однажды даже всплакнула в туалете после такого доклада, – рассказывала Анне коллега.
– Жестко, – оценила Анна методы работы начальника. – Но зато Яна Игоревна быстро войдет в курс дела.
– Если выдержит такой темп, – сказала коллега. – Ее приятельница говорила, что Яна уже жалеет, что согласилась на эту должность.
А через пару дней после отпуска Анна узнала, как шеф решил проблему.
Утром Наденька снова сообщила, что Борис Владимирович ждет ее у себя в кабинете сразу после обеда.
В этот раз он начал с того, что высоко ценит Анну как профессионала, поэтому, когда ему удалось выбить для их филиала дополнительную штатную единицу – заместителя начальника отдела маркетинга, он сразу решил, что займет эту должность именно она – Пономарева Анна Григорьевна.
– Оклад у вас будет на десять процентов выше, чем сейчас. Ну, и премии по результатам, – сообщил шеф. – Конечно, работы добавится.
– Я подумаю, – ответила Анна. – Мне надо посоветоваться с мужем.
– Ну, и жук этот ваш Борис! – усмехнулся Глеб. – Он, очевидно, понял, что Яна работу отдела не потянет, и решил взвалить все на тебя. А что? Ты будешь пахать, Илья – готовить отчеты и презентации, а Яна – победно рапортовать об успехах. Ты согласишься на это ради десяти процентов надбавки к окладу?
На следующий день Анна сообщила Борису Владимировичу, что она отказывается от его предложения:
– Я просто не смогу уделять работе столько времени, сколько требует эта должность, – сказала она. К тому же у нас в семье этот год будет сложным: старший сын заканчивает девятый класс – надо определяться с дальнейшей учебой. Младшая дочь идет в первый класс. Так что у меня забот полон рот – придется подождать с карьерным ростом.
А через полгода Анна уволилась и устроилась в филиал другой, тоже столичной фирмы, куда ее пригласили на должность руководителя отдела. Работы было много, но и оклад – выше, причем не на десять процентов, а на сорок.
— Мама, я же просила не трогать наши документы! — прошептала невестка, обнаружив свекровь с папкой от нотариуса в руках