— Ты вообще соображаешь, что несешь?! — голос мужа звенел в трубке. — Сначала ты говоришь, что все бесплатно, что денег никаких не надо, а теперь я должен бросать все дела и мчаться за какими-то таблетками?!
— Коля, ну зачем ты так? — Оля тихонько выскользнула в коридор. — Врач сказал, что основные препараты есть, но вот этот конкретный сироп закончился.
Ну бывает так! Это же больница, а не пятизвездочный отель. Сашеньке он нужен прямо сейчас, чтобы кашель убрать…
— «Нужно» ей! — передразнил муж. — Ты в курсе, где я сейчас? Я на другом конце города, у меня объект, люди работают!
Ты думаешь, я могу просто развернуться и поехать аптеки обкатывать, потому что ты там что-то не доглядела?
— Что я должна была доглядеть? — обиделась Оля. — Я откуда знаю, что есть в больнице, а чего нет?
— Короче, выкручивайся сама, — отрезал Коля. — Ты вечно создаешь проблемы на пустом месте.
Сама легла в больницу, сама и решай свои проблемы! У меня нет времени на это!
Раздались короткие гудки. Оля сидела на краю узкой больничной кушетки и смотрела на спящего сына: бледные щечки, тяжелое дыхание, маленькие кулачки сжаты под подбородком.
Три дня в инфекционном отделении вымотали ее больше, чем год декрета.
В палату заглянула санитарка тетя Вера.
— Оленька, ты чего такая бледная? — спросила она. — Опять твой благоверный нервы мотает?
Оля вытерла слезу тыльной стороной ладони и шмыгнула носом.
— Да вот, рецепт выписали… А Коля сказал, что не приедет. У него работа, объект… Говорит, я сама виновата, что лекарств нет.
Тетя Вера тяжело вздохнула и подошла ближе.
— Ох, мужики нынче… Как дети малые, только бороды растут. Дай сюда бумажку свою.
— Тетя Вера, вы что? Вам же нельзя уходить с поста.
— Да ладно тебе, — махнула рукой санитарка. — Через дорогу аптека круглосуточная, я мигом. Сбегаю, пока обхода нет. Ты только Сашку не бросай, приглядывай. Деньги есть?
— Да, на карте немного осталось… Спасибо вам большое. Я не знаю, что бы я делала. Просто… просто сил нет уже выслушивать эти претензии.
— Терпи, милая, — вздохнула женщина, пряча рецепт в карман. — Или не терпи. Тут уж сама решай. Но ребенка лечить надо!
Через сорок минут заветный сироп стоял на тумбочке. Оля чувствовала себя паршиво — у нее уже вошло в привычку прятать проблемы, заглаживать углы и выкручиваться, лишь бы дома было тихо.
Прошло еще два дня. Сашу выписали, Оля чувствовала себя так, будто по ней проехал каток, но радость от возвращения домой перекрывала все. Она позвонила Коле утром, в день выписки.
— Коль, нас выписывают в двенадцать. Заберешь нас? Саша еще слабенький, а на улице ветер ледяной…
— Оль, ты издеваешься? — рявкнул благоверный. — Я с ребятами на природе! Мы еще неделю назад договаривались, что в эти выходные выберемся на шашлыки. Я на озере, далеко от города!
— Какая природа, Коля? Ты не мог перенести? — взвыла Ольга.
— Никто под тебя подстраиваться не будет. Садись на такси и езжай. Денег нет? Маме своей позвони, пусть она тебя встретит, раз ты такая беспомощная. Все, я занят, у меня мясо пригорает.
Оля стояла у ворот больницы с тяжелой сумкой и сонным Сашей на руках. В итоге поехала к маме — та жила ближе к больнице, и там Олю ждал горячий суп, чистая постель и хоть какое-то сочувствие.
— Оленька, ну как же так? — мама качала головой. — Ребенок после капельниц, а он на шашлыках. Разве так можно?
— Мам, не начинай, пожалуйста… Он работает много, устает. Наверное, ему действительно нужна была эта разгрузка…
— Какая разгрузка, дочка? — мама присела напротив. — У него сын в больнице был! Как можно дите променять на шабаш с друзьями?!
— Мы поедем домой вечером, — Оля отвела глаза. — Коля обещал вернуться пораньше…
Вечер наступил быстро. До дома они добирались на автобусе, потому что Коля перестал отвечать на звонки.
Оля еле доползла до квартиры — в одной руке сумка, в другой — сын. Пешком подниматься по лестнице четырехлетний Саша отказался.
— Фу, мама, чем это пахнет? — малыш сморщил носик, едва они переступили порог.
Оля щелкнула выключателем в прихожей и замерла. В нос ударил резкий запах скисшей еды и нестираного белья.
В коридоре валялись кроссовки, брошенные прямо посреди прохода. На тумбочке — гора чеков, пустые упаковки от чипсов и грязный стакан. И венчали «композицию» мешки с мусором, под которыми натекла какая-то грязная лужа.
— Коля? — позвала Оля.
Она прошла на кухню и чуть не грохнулась в обморок. Раковина была забита посудой до самого крана. Сковородка с остатками засохшей яичницы стояла прямо на плите, покрытая тонкой пленкой жира. На столе — пустые бутылки, крошки, какие-то липкие пятна.
— Боже мой… — прошептала она. — Он что здесь делал?!
Саша побежал в комнату и тут же вернулся.
— Мама, там мои игрушки все разбросаны! И папины носки на диване!
Оля зашла в зал. Повсюду были разбросаны вещи. Коля, видимо, искал чистую одежду и просто вывалил все из шкафа на кресло. На ковре виднелись следы от грязной обуви.
Квартира, которую Оля вылизывала перед больницей, превратилась в хлев.
Дверь в ванную была приоткрыта. Там красовалась гора грязного белья, которая уже не помещалась в корзину и вывалилась на пол.
— Я дома! — раздался громкий голос в прихожей.
Коля вошел, слегка покачиваясь.
— О, приехали все-таки? А чего рожи такие кислые?
— Коля, что это? — Оля указала рукой на кухню. — Что здесь произошло за пять дней?
Муж равнодушно заглянул на кухню и пожал плечами.
— Посуда. Ну и что? Я работал, мне некогда было ее мыть. Ты приехала — вот и помоешь. Делов-то на пять минут.
— На пять минут?! — Оля разозлилась. — Коля, я из больницы приехала! У меня ребенок на руках, у которого еще температура к вечеру может подняться! Я должна была прийти в чистый дом и лечь отдыхать, а не драить твои сковородки!
— Ой, началось… — Коля поморщился и прошел в зал, плюхнувшись на диван прямо в джинсах. — Снова эта пластинка. «Я устала, я в больнице».
Ты там лежала, Оля. Ничего не делала. Тебя там кормили, за ребенком врачи смотрели. А я вкалывал!
— Вкалывал? На шашлыках ты вкалывал сегодня? Санитарка в аптеку бегала за лекарствами, потому что ты времени на нас не нашел. Не стыдно тебе?
— А что ты меня попрекаешь этими лекарствами? — Коля покраснел и резко вскочил. — Я тебе сразу сказал: денег нет на твои капризы.
И вообще, это твоя обязанность — следить за порядком. Я мужик, я добытчик, я прихожу домой — тут должно быть чисто.
А ты приехала от мамочки, пузо там набила и теперь мне тут скан..далы закатываешь?
— Ты даже за собой не убрал! — выкрикнула Оля. — Ты взрослый человек! Как тебе не стыдно перед сыном?
— Не ори при ребенке! — рявкнул Коля. — Сама его пугаешь своим визгом. Иди вон, делом займись. Сашку выкупай, вещи постирай. А то раздула трагедию из-за трех тарелок!
Оля смотрела на него и не узнавала. Где тот человек, за которого она выходила замуж? Заботливый, любящий, внимательный…
— Я не буду сейчас ничего мыть, — тихо сказала она. — Я искупаю сына и лягу спать. Посуду мой сам.
Коля усмехнулся, достал телефон и начал что-то быстро печатать.
— Ну-ну. Посмотрим, что бабушка скажет на твое поведение. Ты же у нас королева, да?
Оля замерла.
— При чем тут твоя бабушка?
— При том. Я ей уже написал. Пусть знает, какая ты «хозяйка». Уехала к родителям, вместо того чтобы домой бежать и уют создавать.
Сама виновата, что я злой. Сама виновата, что лекарств на вас не хватило. Нормальные бабы все успевают!
Оля молча подхватила Сашу и повела его в детскую. А потом час почти оттирала ванну, чтобы искупать ребенка, потом застирывала его вещи, потом мусор выносила, пол отмывала.
А потом все-таки не выдержала и начала мыть посуду, потому что запах стоял невыносимый.
Коля в это время лежал на диване. Он даже не подошел к сыну, которого не видел несколько дней.
Около десяти вечера зазвонил телефон Оли. На экране высветилось: «Бабушка Нина». Оля вздохнула и звонок приняла.
— Алло, бабушка Нина? Добрый вечер.
— Какой уж тут добрый, Оля! Николай мне такое рассказывает, что у меня давление поднялось. Ты что же это творишь, милочка?
— Что я творю? — спросила Оля.
— Муж с работы пришел, голодный, устал, а ты ему скан..далы с порога! — запричитала бабушка. — Коленька говорит, ты в больнице отдыхала, а теперь дома палец об палец не ударишь.
Посуду мыть отказалась! Это что же, он сам должен тарелками греметь?
— Бабушка Нина, я только что из больницы с Сашей…
— Не перебивай старших! — отрезала та. — Больница — не оправдание лени. Мы в свое время в поле рожали и через час уже за косу брались.
А вы, нынешние, чуть что — в обморок.
Коля сказал, ты к матери укатила, вместо того чтобы мужа встретить. Это же неуважение!
Ты пойми, Оля, мужик — он как огонь, его поддерживать надо. А если ты будешь такой гордой, то он быстро найдет, где ему покой обеспечат.
— Вы видели, что тут в квартире творится? Он за три дня ни разу за собой не убрал!
— И правильно! — выдала бабушка. — Домашние дела — это для подкаблучников.
Мой дед, царствие ему небесное, никогда не знал, где у нас веник стоит. И жили душа в душу.
А ты сама виновата: сначала мужа домой отправила одного, лекарствами какими-то замучила, теперь еще и требуешь чего-то.
Будь скромнее, Оля. И извинись перед Колей!
— Извиниться? За то, что я ребенка лечила? За то, что сейчас за ним грязь убираю?
— За свой длинный язык извинись, — отрезала старуха. — Все, кладу трубку, мне капли пить пора из-за ваших дрязг. Помни, семья — это терпение. Твое терпение, а не его.
— Ну что, получила нагоняй? — крикнул муж из комнаты. — Будешь знать, как жаловаться.
Бабуля правду говорит: ты сама во всем виновата. И вообще, чего ты там копаешься? Жрать хочу, сообрази чего-нибудь.
Оля бросилась в гостиную — Коля все так же лежал на диване.
— Завтра утром я уезжаю к маме. Насовсем.
Коля замер, а потом загоготал.
— Ой, испугала! Кому ты нужна с прицепом? Посидишь два дня у своей мамаши, та тебя быстро назад выставит. Иди ужин готовь, жалобщица!
Оля не стала спорить. Просто прошла в спальню и начала собирать сумку. Коля появился в дверях через десять минут.
— Слышь, Оль, хорош цирк устраивать. Я же пошутил. Ну, прикрикнул немного, с кем не бывает? Устал я, пойми.
— Оставь меня в покое. Дай собраться.
— Да ты с голоду ноги протянешь! — снова вскипел он, видя. — Я тебе ни копейки не дам! Сама будешь на свои таблетки зарабатывать!
— Ничего, — Оля выпрямилась и посмотрела ему прямо в глаза. — Как-нибудь выкручусь. У меня в этом большой опыт. Благодаря тебе.
Уезжали ночью — Ольга решила не ждать до утра.
Оля подала на развод несмотря на шквал звонков от бабушки Нины и угрозы Коли оставить ее без гроша.
Почти сразу она вышла на работу, Саша пошел в садик. А Коля все перебирает «жен» вместе с бабушкой — почему-то ни одна дольше месяца в его квартире не задержалась.
Старушка жалуется всем родственникам: никто из «потенциальных невест» ее «золотого мальчика» не оценил. Бессовестные!
А, ведь, мама ему говорила