— Но ведь уже ничего не исправить, — растерянно проговорила Анна

— То, что твой сбежавший благоверный виноват во всем, ты спорить, надеюсь, не будешь? – спросила как-то Нелли.

— Наверное, не буду, — Анна еще не до конца вышла из ступора после свидания с сыном.

— А то, что он ушел без наказания, тоже понимаешь?

— Понимаю, наверное.

— И ты считаешь, что это нормально? – Нелли явно намекала…

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2
— Слышь, ты, на колесной тяге! Не вздумай просыпаться! Отвечать мне нужно мысленно!

— Ты кто? – мысленно спросила Анна.

— Знакомиться, значит, будем? Ладно, — согласился голос, — я – Нелли. Во сне я выгляжу, как хочу, а в реальности, как маленькая, беленькая и обворожительно-прекрасная собачка!

— Это ты ко мне в квартиру забежала? – спросила Анна.

— Нет, птеродактиль мутант! – съязвил голос. – Конечно, это была я!

— Очень приятно познакомиться, — выдала Анна стандартную форму знакомства.

— А мне неприятно, — голос сформировался в такую же собачку, которую Анна видела на пуфике, — ты вообще в курсе, что собачек принято кормить? За воду, конечно, спасибо, а еще за возможность сходить в туалет. Но как бы и покушать было бы не плохо!

— А ты по делу пришла или просто так?

— Просто так я даже чихать не буду. Дело у меня есть. Хотя — нет. Это у тебя есть дело, только ты пока о нем не знаешь. Но это потом. Сначала ты меня кормишь! Потом мы с тобой будем раз_влек_аться, а вот уже потом дело!

— Я ничего не поняла, — проговорила Анна.

— И почему я не удивлена? – ответила Нелли. – Все, можешь просыпаться, я изголодалась до кончика хвоста!

Накормить Нелли оказалось самым простым из того, что было потом. Нелли с удовольствием уплетала и паровые котлеты, что готовила Галя, и магазинные сосиски, состав которых оставался на совести производителей. А вот объемы?

— Нелли, а тебе плохо не будет? – спросила Анна, скармливая собачке пятую сосиску.

Удивленный взгляд был ответом. Вне сна Нелли не разговаривала. А еще во взгляде читалось:

— Тебе что, жалко?

До Анны с трудом доходил тот факт, что Нелли не просто собака, а нечто большее. Но сознание бастовало.

— И как это в такую крохотную собачку, — рассуждала Анна, — которая больше двух килограммов не весит, уместилось семьсот граммов сосисок?

Есть подозрение, что уместилось бы и больше, просто у Анны в холодильнике сосиски закончились.

Первой сложностью было объяснение с Галей. Та с трудом приняла, что собачку ловить и выгонять не нужно. Но сошлись, что в качестве оправдания для вышестоящего проверяющего наличие домашнего животного благоприятно скажется на психологическом состоянии инвалида.

Формулировку Нелли подсказала.

А второй сложностью стало обучение Анны погружаться в измененное состояние сознания по потребности, в котором она могла общаться с Нелли и готовиться к раз_влеч_ениям. Что за раз_влеч_ения, Нелли не говорила, только загадочно закатывала глаза.

— Вдох на три счета, выдох на три счета и повторить, — учила Нелли.

— Я сбиваюсь, — говорила Анна, — мысли всякие лезут.

— Ты или считать не умеешь, или я даже не знаю, — Нелли вытирала воображаемый пот со лба, — ты ж как раз и считаешь, чтобы мысли не помещались! Просыпайся и начинай заново.

Уже пару недель Анна общалась с Нелли только во сне. И только сейчас у нее начало получаться проваливаться в полубессознательное состояние, которого добивалась Нелли. Пять минут размеренного дыхания, и Нелли встречала Анну язвительным:

— Ну, наконец-то!

А дальше – больше.

— Чего расселась? Вставай! – потребовала Нелли.

— Я не могу, я же инвалид, — ответила Анна.

— Это там ты инвалид, а тут ленивая эта, на которой сидят! Тут тебе ничего не мешает встать, ходить и даже летать!

— Где это тут? – не поняла Анна.

— Ну, если исключить, что у тебя галлюцинации, и ты окончательно не двинулась по фазе, то уже больше двух недель ты заходишь в тонкий мир. Реальность над реальностью.

— Куда я захожу? – удивилась Анна.

— Это про тебя шутили, что ты прочитала в жизни три книжки: Букварь, вторую и синюю?

— Я как-то не очень любила читать, — проговорила Анна.

— Оно и видно, — Нелли была беспощадна, но снизошла до некоторых объяснений. – Теорию мироздания я тебе рассказывать не буду, все равно не поймешь. Но, что касается непосредственно тебя, скажу так: ты инвалид в материальном мире, а есть еще мир энергий. Ты сейчас в мире энергий, но с видом мира материального.

— То есть, на самом деле все выглядит не так? – спросила Анна.

— Хвала сахарной косточке! До нее хоть что-то доходить стало! – Нелли воздела передние лапки вверх.

— У меня не получается, — проговорила Анна после нескольких попыток, когда упиралась руками в подлокотники.

— Так ты не руками вставай или ногами, — рявкала Нелли, — ты головой вставай! Представь себя облачком и воспари!

— Да, не понимаю я! – Анна чуть не расплакалась.

— А откуда электричество в розетке понимаешь? – спросила Нелли, выходя из себя.

— Нет.

— Но ты же им пользуешься!

— Да.

— Тут, то же самое! Ты ничего не знаешь, но ты веришь, если нажмешь выключатель, лампочка загорится!

— Мне нужно поверить, что я могу встать с кресла? – ошарашено спросила Анна.

— Нет, блин! Поверь в меня! Святую Нелли! – Нелли перешла в нижний регистр и продолжила говорить утробным голосом: — Встань и иди!

Анна перепугалась перемены голоса, что сама не заметила, как вскочила с кресла и отбежала в сторону.

— Знала бы раньше, — устало проговорила Нелли нормальным голосом, — давно бы тебя на испуг взяла.

Когда Анна более-менее освоилась в тонком мире, Нелли устроила ей встречу с сыном.

После нее Анна пролежала пластом с неделю, потому что старая боль вцепилась бульдожьей хваткой. Но были и, если можно так выразиться, положительные моменты.

Сашенька, маленький сыночек не помнил ни самой ава_рии, ни боли, которая была после этого. А душа его оставила тело еще там в машине.

— Без кармической боли его душа ушла, — объясняла и успокаивала Анну Нелли.

Анна просила еще о встречах.

— Так все уже, — Нелли развела лапки в стороны, как человек, — ушла душа на круг. Но ты не волнуйся, там ему будет очень хорошо. Главные знают толк в компенсации.

Нелли не объясняла, кто такие «главные», а Анна поняла, что начальство.

— Во-во, — подтвердила Нелли, — «Великое стр_аш_ное начальство!»
А потом пришла пора раз_влеч_ений!

— Наверное, не буду, — Анна еще не до конца вышла из ступора после свидания с сыном.

— А то, что он ушел без наказания, тоже понимаешь?

— Понимаю, наверное.

— И ты считаешь, что это нормально? – Нелли явно намекала на изо_щр_енную месть.

— Но ведь уже ничего не исправить, — растерянно проговорила Анна.

— А собственное удов_лет_ворение у нас уже ничего не значит?

— Так его твое начальство покарает, — ответила Анна.

— На начальство надейся, а зубы держи острыми! – и Нелли продемонстрировала хищную улыбку.

Неизвестно, где находился Володя, но каждую ночь ему начал сниться один и тот же сон:

«Трасса, машина делает кульбит за кульбитом. Сам он выбирается из машины после остановки. А потом на него идет переломанное тельце сына с протянутыми ручками и кричит:

— Папочка, за что? Папочка, помоги! Папочка, мне больно!»

Анна сначала у_ж_ас_нулась этой картине, но потом согласилась, что он это заслужил.

— А долго это ему будет сниться? – спросила Анна.

— А вечность – это сколько? – загадочно спросила Нелли, клацнув острыми зубками.

Раз_влеч_ением это назвать было сложно, но Анне стало значительно легче.

— А вот теперь приступаем к делу! – строго сказала Нелли. – У тебя имеется неизрасходованный материнский ресурс. А у меня есть один гражданин, которому этот ресурс необходим.

— Его можно передать? – спросила Анна.

— Ага, только вместе с носителем, — кивнула Нелли.

— Я в кресле, какая из меня мать? – возмутилась Анна.

— Помнишь, тебе Галя про танцы на колясках говорила? Так вот, коляска – не приговор. Сноровка, работа, упорство. И у тебя в кармане огромный плюс: везде носишься, а ноги не болят!

— И что мне, на танцы записаться? – не поняла Анна.

— Ага, на БАМ запишись! А еще кандидатом в полет на Марс! – Нелли постукала лапкой по голове Анны. – Тренируйся, качай мышцы, учись обслуживать себя сама. Придумывай приспособления для всех на свете дел. Я пока товарищем заниматься буду, так что время у тебя есть. Работай, страус колесный, работай!
Нелли исчезла, как и появилась. Внезапно и совершенно незаметно. Но Анне скучать и грустить было некогда.