— Ой, ну и что такие лица? Вот только не говорите, что не ждали! Мне можно и так, без приглашения, — цинично проговорила золовка, разбудив нас с мужем своим ночным визитом.
— Танька? Ты откуда, да ещё и ночью? — Роман от удивления округлил глаза, уставившись на сестру.
— Откуда, откуда? А сам не понимаешь? — со злостью продолжала Татьяна. — Вы все, включая моего ненормального Димку и его родителей, делаете вид, что ничего не происходит. Но я так больше не могу!
Золовка держала за руку свою трёхлетнюю дочку, которая практически спала на ходу.
— Там в такси мои сумки с вещами. Водитель сказал, что долго ждать не будет. Роман, быстро спустись и забери их! — в приказном тоне заявила моему мужу сестра.
— А ты ничего не попутала? Командуешь тут как дома, — придя в себя после внезапного вторжения наглой золовки, попыталась я дать ей отпор. — Не хочешь объяснить, что происходит?
— Что происходит, говоришь? Ушла я от Димки — вот, что происходит! Сколько можно надо мной изгаляться! Хватит! — в сердцах бросила Татьяна.
— А почему ночью? Ты же не одна, у тебя ребёнок! Дмитрий тебя бил, что ли? Выгнал вас с дочкой в ночь? Вот никогда не поверю! Димка твой далеко не подарок, что есть — то есть. Но выгонять вас не стал бы. Почему надо было именно так решать вопрос? Посмотри на Сонечку, она же еле на ногах держится. Ребёнку давно спать пора, а ты таскаешь девчонку на такси по ночному городу, — высказала я золовке.
— Ты в мою личную жизнь не лезь. И со своим ребёнком я сама разберусь. Я мать и без тебя решу, что для неё лучше. А оставаться в одной квартире с мужем я больше не намерена.
— Ну и ехала бы к свёкрам. Они к тебе хорошо относятся, я знаю. И Соню любят. Чего ты к нам-то припёрлась? — продолжала я недовольно, пока муж ходил вниз за сумками сестры.
— А может, я хочу у брата родного жить? А ты не указывай, куда нам с дочкой ехать, — дерзила Татьяна. — Ромка нас любит и в беде не бросит, заступится и защитит от всех. Вот такой у меня брат. А Димкины родители чужие, как бы там они ко мне не относились.
— Брат, брат! У него уже давно своя семья. И я как жена тоже имею право решать, кто будет находиться в нашем доме, а кто — нет! — не давала я спуску золовке.
— Вы чего тут кричите? Разбудили… — из своей комнаты вышел наш заспанный сын, которому на днях исполнилось четырнадцать. — О, тёть Тань, ты чего здесь? И Сонечку с собой привезла? Из дома выгнали?
— Кто выгнал? Кто? Мы сами ушли. А ты, Максим, не лез бы в разговоры взрослых! — с досадой выдала племяннику Татьяна.
В квартиру вернулся Роман, нагруженный многочисленными сумками с вещами сестры и маленькой племянницы.
— Слушай, Тань, ты точно ненормальная! Что, действительно решила уйти от Дмитрия? Такое ощущение, что забрала всё, что было в вашей квартире! Мультиварку-то зачем взяла? А сковородку и утюг? А здесь что? — заглядывая в очередную коробку, спросил Роман — Соковыжималка? Зачем?
— Это всё дарили мне! А Димка будет пользоваться. Или ещё надумает продать или подарить какой-нибудь своей подружке. От него всего можно ожидать! Кобелина!
— Ну вот куда, скажи на милость, мы всё это девать будем? — возмутился Роман. — У нас же не загородный дом, а обычная трёхкомнатная квартира. Головой думать надо, прежде чем что-то делать! Завтра помиритесь с мужем, и назад всё потащишь. Только суета одна от тебя! Ну что ты за человек, Танька!
— Ничего я не потащу! Наоборот, хочу завтра днём домой съездить. Пока Димка будет на работе, ещё кое-что перевезу.
— Не надо ничего сюда привозить. У нас тут не склад! Придумала тоже! — возмутилась я громко.
— А куда же мне все свои вещи девать? Я же здесь жить буду, — поразила меня своим заявлением золовка. — Перевезу всё сюда и буду пользоваться своими вещами.
— Здесь жить!? В нашей квартире? Тань, а ты в своём уме? Тебя Димка случаем ничем по головушке не приложил? — опешила я от такой наглости. — Ром, а что происходит? Ты вообще слышал, что заявила твоя сестра? Это за гранью моего понимания!
— Так, всё, девушки! Давайте сейчас спать. Ночь на дворе, а вы разборки учинили. Сейчас соседи в стену начнут стучать. Завтра поговорим и всё решим. Татьяна, вы с Сонечкой ложитесь в гостиной на диване. Постелишь себе сама. Бельё и подушки с одеялом в шкафу, в верхнем ящике.
Роман очень просил меня, чтобы я не возмущалась и чтобы это скандал наконец утих.
Утро в нашей квартире было нерадостным. Максим убежал в школу, даже не позавтракав. Золовка с дочкой ещё спали, создавая неудобство для нас с мужем. Собираться на работу было неудобно.
Но совсем не этот факт беспокоил меня.
— Роман, с чего твоя сестра решила, что может жить с нами? Ты объясни ей, чтобы никаких сомнений не осталось. У нас не гостиница. Да! И не проходной двор. Ушла от мужа — пусть снимает жильё или идёт к родителям. При чём здесь наша семья, я не пойму?
Я очень старалась говорить громко, чтобы ушлая золовка всё слышала.
«Вот ещё, с чего я должна терпеть у себя эту взбалмошную особу? Ну, я понимаю, приютить на пару дней. С этим спорить не буду. А вот так внаглую, посреди ночи ввалиться и заявить, что теперь они с дочкой будут жить здесь, притащить к нам почти все свои вещи — это уже за гранью!»
Мы с мужем ушли на работу, так и не дождавшись пробуждения своих гостей.
Весь день в офисе я была расстроенной, не могла сосредоточиться. Всё обдумывала ситуацию, сложившуюся в нашей семье.
А потом поделилась с коллегой, расписав в красках то, что произошло сегодня ночью. Та лишь ахала, слушая меня. А потом просто предложила выгнать золовку, не церемонясь с наглой родственницей.
— Я бы ни за что в своём доме такое терпеть не стала! — сказала мне коллега.
Но я-то понимала, что мне, несмотря на мой праведный гнев, не так-то просто будет это сделать. Пока Роман не разберётся, в чём суть конфликта его сестры с мужем, не отправит Татьяну домой. Конечно, золовка с дочкой у них надолго не останутся, но нервы эта особа может изрядно потрепать даже за несколько дней.
А потом, подумав, я сама решила позвонить Дмитрию и выяснить, что у них произошло. И почему Татьяна категорически заявляет родне, что жить с мужем больше не сможет.
— Ой, Наташа, привет! Рад тебя слышать. Моя Танька с дочкой у вас, что ли, обосновались?
— Да у нас, ночью всех переполошила. Я до сих пор не в себе, если честно, после её выходки.
— Вот ненормальная! Ну ты подумай! Вот что с ней делать, скажи? Характер бешеный, темперамент ещё круче, — делился Дмитрий. — Посреди ночи подорвалась, дочку с собой потащила.
— Что у вас произошло? Почему она категорически заявляет, что жить вы вместе больше не будете? Вещи свои притащила к нам. Теперь у нас склад, а не квартира. Ты что, обидел её?
— Я? Да ты что, Наташа! Скорее, она меня. Там же сплошные претензии. То одно ей нужно, то другое, то третье. А где на всё денег взять, если в семье я один работаю? А Танька этого не понимает. Сама работать не хочет, а запросы как у королевы. Приспичило, чтобы я купил им с дочкой путёвку на море. Какая-то её подруга с ребёнком едут, вот и она тоже собралась. Отвечаю ей — нет пока таких средств. Так она тут же всё перевернула — к моей коллеге меня приревновала. Глупость какую-то выдумала и каждый вечер встречает меня с работы очередным скандалом. Якобы, я все деньги туда трачу, а они с дочкой страдают.
— Ну, ты меня мало удивил. О том, что твоя Танька лентяйка с большими запросами, всей родне давно уже известно. Но то, что жена начала тебе подобные ультиматумы выставлять, — это действительно что-то новенькое.
— Ты прямо в точку попала, Наташа. Танька так и заявила мне вчера — пока путёвку не оплатишь, домой не вернусь! — продолжал рассказывать зять.
— Ну, всё ясно. Спасибо, что просветил, Дмитрий. Ты сегодня вечером приезжай. Заодно и заберёшь своих домой. Я Роману объясню, в чём дело, чтобы муж не нервничал и мог спокойно отпустить сестру домой.
— Хорошо. Обязательно приеду, — пообещал зять.
Возвращалась я с работы совсем с другим настроением.
Дома был настоящий бардак. Кругом сумки и коробки, на кухне не убрано, в раковине немытая посуда. Сама же золовка с дочкой лежали на диване. Соня смотрела мультики, а Татьяна — торчала в телефоне.
— Слушай, Наташа, так дело не пойдёт, — увидев меня, встрепенулась золовка.
— Да, действительно, не пойдёт! Почему здесь такой бардак? — недовольно спросила я. — У нас прислуги нет, чтобы за тобой ухаживать. Развела тут дебри непролазные.
— Да я не об этом хотела! Подожди ты, начинаешь опять… Ты же видишь, что нам с Сонечкой очень неудобно здесь, в гостиной. Спим мы долго, а вы встаёте ни свет, ни заря. Я тут подумала и решила — вы с Ромкой должны нам комнату отдать. А сами в гостиной будете спать.
— А ещё что придумаешь? Может, и всю квартиру для тебя освободить? — глядя на золовку с недоумением, спросила я.
— Ты что наглеешь, а? И грубишь мне. Я Роме скажу, он всё равно отдаст нам с дочкой спальню! А ты ещё и прощение будешь просить!
— А может, нам всем в гостиницу уехать? Чтобы не мешать вам с дочкой? Как ты считаешь? Чтобы вы могли свободно пользоваться нашей жилплощадью. А мне не пришлось извиняться перед тобой! — не отступала я.
— Прекрати! Я с маленьким ребёнком. И имею право жить у вас. И в той комнате, в котором захочу! — уже громко скандалила золовка.
— Что у вас тут опять? — домой вернулся Роман.
— Да вот, сестра твоя выгоняет нас с тобой из нашей супружеской спальни. Давно меня никто так не удивлял своей дерзостью.
— Ром, ты сам подумай, нам с Соней там удобнее будет, — глядя на брата, жалостно проговорила Татьяна.
— Ну, ну! Продолжай в том же духе, истеричка. Мужа до трясучки довела своими претензиями, теперь у нас пытаешься свои правила устанавливать. Ничего у тебя не выйдет! Со мной этот номер не пройдёт! — пригрозила я золовке.
— Да что ты знаешь про моего мужа? — завопила Татьяна так, что даже маленькая дочка вздрогнула.
— Всё знаю — два часа назад только говорила с ним.
— Да? — удивился Роман. — И что сказал мой зять?
Я быстро объяснила мужу, почему его сестра решила съехать от законного супруга.
— Да врёт он! Завёл себе подружку и все деньги на неё тратит. А мы с доченькой как нищие! — спорила Татьяна.
— И когда только ты повзрослеешь, Таня? Сколько можно всю родню будоражить? Я думал, что у вас действительно что-то серьёзное произошло, а ты опять за своё! — с досадой проговорил Роман.
В это время раздался звонок в дверь. Приехал Дмитрий.
— Собирайся, митинг отменяется. Хватит меня перед родственниками позорить и самой позориться, — заявил он удивлённой Татьяне — У нас дочка вон растёт. И какой пример ты ей подаёшь, мамаша!
— Не поеду я с тобой. Ты меня не любишь и дочку нашу не любишь! Тебе для нас денег жалко стало, — в голос зарыдала золовка.
— Поедешь. Здесь ты не нужна. У людей своих забот хватает, а тут ты со своими капризами и претензиями, — строго проговорил зять.
— Нет, не поеду! — визжала в голос Татьяна, привыкшая всего добиваться истерикой и слезами.
— Поедешь. Собирай быстро все свои вещи. И не рыдай, дочку испугала! — настаивал супруг.
— Я на море хочу, а ты… А тебе денег для нас жалко…
— Поедем на море, но все вместе. И очень скоро, — пытался успокоить жену Дмитрий. — Подожди немного. У меня скоро отпуск.
Беспокойные родственники наконец-то покинули нашу квартиру, и вся моя семья вздохнула с облегчением.
Да уж, вот родня. При такой родне и врагов не надо.
Но впредь я буду умнее — никого пускать в наш дом не буду. Пока сама не приглашу. С наглыми родичами надо бороться их же методами. А мой дом — моя крепость!
Если вы нас не пустите, нам на вокзале ночевать, — добавил с укором брат мужа