— Как это — развод? — остолбенел муж.
— Очень даже просто! — спокойно ответила девушка. — Идем в ЗАГС и разводимся! Что тут не понятного? А потом делим все пополам!
Да, пополам. Для этого, собственно, все и затевалось.
— Ленька завтра приезжает! — сообщила жена за ужином.
— Да ты что? — обрадовался Петр. — Вот здорово!
Ленькой звали их единственного сына. Который грыз гранит науки в столице нашей Родины.
И, овладев положенным объемом знаний и вдоволь накушавшись гранита, решил вернуться в родной город.
Это было немного неожиданно: сын неоднократно намекал, что после учебы останется в столице.
И тут — неожиданный приезд.
Более того: сын предупредил, что у него — сюрпри-и-из!
Сюрпризы родители не любили — их, благодаря Ленчику, было в жизни предостаточно.
— Как думаешь, какой? — осторожно поинтересовалась Лиза.
— Даже боюсь предположить! — с опаской в голосе ответил муж. — Надеюсь, ему хватило ума там не жениться!
Ума Леньке, конечно же, не хватило: кто бы сомневался! Радостный сынуля привез с собой молодую жену…
Когда сын поступил учиться в институт, мама с папой выдохнули: уже не чаяли, что что-то получится.
Потому что учиться чадо не хотело от слова совсем: родители бились, как рыбы об лед, чтобы сын закончил школу.
После получения им аттестата, не стали искушать судьбу и сразу отправили сына на платный, чтобы уж наверняка!
Родители жили в своем доме и держали животину, успешно приторговывая молочкой и мясом. Поэтому деньжата в семье водились.
Невестка оказалась хорошенькой девушкой с уже накачанным губами.
«Ну да ладно! — подумали переглянувшиеся родители. — Пусть, хоть так!»
Поэтому, гранд мерси Вам, дорогая наша Алиночка! Исполать тебе, добра девица! За то, что согласилась пригреть на своей груди нашего обо..л..тус..а!
А мы тебя, зайка ты наша, постараемся не разочаровать!
Потому что девушка была у сына первой: до этого ему очень не везло с противоположным полом.
— Какая молодчина! — умилилась мама, глядя на хорошенькую Алинку. — Оставила столицу ради нашего мальчика! Теперь такое не часто встретишь!
Позже выяснилось, что никто ничего не оставлял: Алинка оказалась «понаехавшей». И ей в столице очень не понравилось. Потому что Москва не хотела ей покоряться. А должна была…
И все, что оставалось девушке, это пойти работать в привокзальную «едальню» — так называли общепит в ее родном городе.
Там-то с ней и познакомился Ленька: он вернулся от родителей и зашел пообедать в привокзальное кафе.
И был тут же «срисован» хорошенькой официанткой: может, с этим получится? И с «этим» получилось: молодой человек влюбился с первого взгляда.
Опыта общения с девушками у него было мало: Ленька был не красив, не харизматичен и не очень богат. То есть, у него отсутствовало то, что могло привлечь внимание противоположного пола.
И кто, интересно, может клюнуть на бедного, затюканного и несимпатичного студента?
Алинка все просекла на «раз-два»: перед ней сидело не искушенное чу…чело. Которое можно было брать голыми руками.
Из небольшой беседы она выяснила все, что ей было надо — посетитель оказался словоохотливым: до этого девушки даже не снисходили с молодым человеком до длительных разговоров.
А Алинка снизошла. И Ленька поплыл и сразу заглотил наживку: беседа с хорошенькой официанткой оставила неизгладимое впечатление.
А девушка просекла, что родители у парнишки — не совсем бедные. Ну, да — немного периферийные. А это иногда — даже неплохо: сама-то она тоже была родом с «задворков», как говорится.
Поэтому чего кочевряжиться? Для разбега и так неплохо…
К тому же он — единственный сын, для которого они в лепешку расшибутся! Почему нет? Потом можно будет развестись, предварительно отсудив что-нибудь ценное…
Опыт у девушки уже был. Но знать все восторженному Леньке было не обязательно.
И они вскоре скрепили свой союз соответствующим документом под марш Мендельсона.
Кстати, паспорт у предусмотрительной зазнобы оказался без штампов — девушка работала чисто.
Это произошло после того, как Алина открыла кавалеру чувственный мир л..бви: она оказалась у несимпатичного Лени первой.
От жены сын был в полном восторге! И в этом чувстве просматривалась гордость и за себя: ведь о мужчине судят по женщине, которая с ним рядом.
А рядом с неказистым Ленчиком была очаровательная Алинка…
— Как думаешь, она его любит? — спросил Петр у жены, когда молодые улеглись: они, естественно, остались у родителей.
В перспективе была покупка деткам своей квартиры — тут хитрая Алинка оказалась права!
— Хотелось бы! — честно ответила Лизавета: она была теткой неглупой и грамотно оценивала шансы сына. Хотя и очень его любила.
Молодая жена свекрам понравилась: она сразу стала звать их папой и мамой и помогла помыть посуду.
И тут, несмотря на положительное впечатление, произведенное невесткой, родители решили подстраховаться.
Поэтому, перед оформлением покупки жилья, посоветовались с местным нотариусом Филиппом Зиновьевичем.
И старый работник юриспруденции надоумил их, как бы половчее это сделать. Чтобы не было вот этого вместе нажитого после свадьбы имущества, которое потом, при разводе, будет делиться ровно пополам.
Нет, не дай Бог, конечно, но…
Да и, честно говоря, умная свекровь не очень верила симпатичной невестке: вроде, все так, а осадочек остается…
И сердце-вещун говорило, что все не так, как на самом деле. А материнское сердце не обманешь.
Можно, конечно, было оформить квартиру на себя: многие бы так и поступили. Но Лизавета с Петром хотели оформить покупку именно на сына: чтобы он выглядел немного значительнее в глазах хорошенькой Алинки.
И оформили. А страховкой оказался способ покупки.
Старый дядя Филя, как его звали в их городке, подсказал не иметь дела с наличными — все расчеты совершать только по безналу. Чтобы можно было, в случае чего, отследить движение денежных потоков: от кого к кому.
А еще был оформлен, так называемый, сопроводительный документ: дескать, переводим любимому Ленчику н-ную сумму в дар на приобретение жилья!
Почему в дар? Потому что подаренное в браке имущество, равно, как и унаследованное, при разводе не делится.
Все это было оформлено и заверено старательным работником юриспруденции. И вскоре молодожены переехали в хорошенькую небольшую двушку. А радостная Алинка начала обустраиваться и хлопотать.
— Может, все-таки, любит? — спрашивал Петр жену, глядя на кипучую деятельность невестки. — Вон как гнездо вьет!
«Любит-то любит, только не Леньку, а жилплощадь!», — думала Лизавета Петровна, глядя на хлопочущую Алинку, регулярно выносящую на помойку коробки от бытовой техники: квартира располагалась поблизости.
На «витье гнезда» ушло около полугода: все делалось на деньги родителей и Ленчика — ему удалось устроиться после столичного ВУЗа на неплохую работу. Алиночка сидела дома.
Через месяц после окончания обустройства жена подала на развод: оказалось, что они — разные люди и совершенно не подходят друг другу! Кто бы сомневался…
И авторитет Лени, который он себе напридумывал, лопнул, как мыльный пузырь.
— Как это — развод? — остолбенел муж.
— Очень даже просто! — спокойно ответила девушка. — Идем в ЗАГС и разводимся! Что тут не понятного? А потом делим все пополам!
Да, пополам. Для этого, собственно, все и затевалось.
Потому что у красивой Алинки в далеком поселке росла дочка, оставленная с бабушкой. А молодая мама уехала зарабатывать деньги. И зарабатывала, как умела…
Находиться в одной квартире им вдвоем теперь было невозможно, и Леня вернулся к родителям: Алина осталась в двушке.
Мама мысленно поблагодарила умного дядю Филю: ведь если бы не он, их сына-не..до…тепу, да и их тоже, обвели бы вокруг пальца…
Они часто ходили в гости к его друзьям и приглашали гостей к себе: Ленчик хвастался красавицей женой.
— Ты бы сбавил обороты, сынок! — просила умная мама. — Сглазишь счастье-то!
— Ну что ты, мамочка: не сглажу! Ты знаешь, я такой счастливый! — смущенно произносил сын. — А ты не волнуйся! Может, скоро внука тебе подарим!
И материнское сердце ненадолго успокаивалось. Но опасения матери оправдались: впереди замаячил развод!
После возвращения сына домой с «радостным» известием о разводе, Лизавета поехала посмотреть пар…ши…вке в глаза.
Невестка вела себя спокойно и нагло, уверенная в своей правоте: да, мы с Вашим сыном не подходим друг другу!
И не устраивайте тут мне никаких сцен: я имею на все имущество такие же права. Поэтому, ровно половина — моя!
«Ну-ну! — мстительно подумала свекровь, глядя на невестку, уже пакующую в коробки мелкую бытовую технику. — Тешь себя, к…за дра…ая, тешь!»
А Алинка, действительно, уже отбирала себе все наиболее ценное, вполне уверенная, что наивный Ленчик будет выше этого и пойдет на поводу у своей зайки.
Но, опять же, не учитывая, что все это было куплено на деньги мужа и свекров. Которые сохранили все чеки: если страховаться, то уж по полной!
«Еще спасибо мне потом скажете!» — сказал тогда на прощанье им нотариус. И как в воду смотрел…
На суд с морально раздавленным сыном пришли родители. Невестка держалась уверенно: а чё такова? Все пополам и баста: в браке же куплено…
Она запаниковала, когда судья отказала в иске о разделе имущества. О разводе — пожалуйста. А насчет раздела — извини…
Алина закричала прямо в зале суда.
— Не имеете права! — бесновалась девушка. — Закон — на моей стороне! Я подам апелляцию!
И продолжила кричать на улице: на них стали оборачиваться.
Разве можно было удержаться, когда у тебя уплывает несколько миллионов? А ты уже в мыслях давно нашла им применение…
— Это все вы! — орала, брызгая слюной, девушка.
— Да, мы! — не удержалась мама Лиза. — А ты что хотела, … понаехавшая? Фиг тебе, а не полквартиры!
И они гордо ушли от извергающей проклятья в их адрес бывшей невестки. Которой пришлось вскоре выехать из двушки.
Куда? А кто его знает! Может, она вернулась в неуютную Москву. Может, отправилась в поселок к дочке — история об этом умалчивает.
Но микроволновку девушка, все-таки, прихватила: хоть что-то…
— Пусть подавится! — резюмировала Лизавета: они отделались «малыми потерями».
И снова мысленно поблагодарила дядю Филю: как же здорово, что у нас в стране еще не перевелись такие знающие специалисты!
Поэтому, дорогие, страхуйте себя от таких вот «умных» и смекалистых заек. Которые тоже пока у нас, к сожалению, не перевелись…
Мама сказала, что я тут тоже имею долю. Так что привыкай, — спокойно заявила золовка