Люба давно уже ничего не делала для кого-то, кроме как для себя. Так привыкла. Да и вынуждена была. А что поделаешь — судьба такая. Одинокая она женщина.
Но Люба так не хотела. Мечтала о том, чтобы рядом была живая душа. Чтобы было для кого жить и просыпаться каждое утро.
А сегодня заехала после работы в магазин с определённой целью и приятной миссией — накупить сладостей разных и спелых фруктов. Много. Для детей.
У Любы детей не было. И мужа тоже. И вообще никого теперь не было. Так жизнь сложилась. Но она так больше жить не хотела.
«Судьба — это то, что мы сами делаем со своей жизнью», — говорила ей коллега по районному архивному отделу, где Люба трудилась верой и правдой уже почти двадцать лет.
— Значит, я сама так распорядилась, что осталась под сорок лет одна? — грустно спрашивала у неё Люба. — Выходит, что я хотела этого? Стремилась к такой жизни? Но это же не так!
— Конечно! А кто же ещё виноват в этом? Кто тебе, Любочка, не давал в двадцать или в тридцать лет замуж выйти? Ребёночка себе родить? А?
— Я не могла. В двадцать училась. Да и не звал меня никто замуж-то. А в тридцать… В тридцать мама на руках была… Болела сильно, тяжело. Не до женихов мне было.
Любе грустно было сознавать, что жизнь так несправедлива к ней. Почему именно она? Почему ей такой крест нести? У других семьи, детей полон дом, а она как перст одна.
Но недавно что-то внутри у Любы щёлкнуло. Поняла — да, коллега права. Именно она сама должна построить свою судьбу. Сделать в ней крутой поворот. Хватит сидеть и ждать от неё милости.
В воскресенье Пасха. Светлый, самый любимый её праздник. И Люба поедет к детям, отвезёт им гостинцы и подарки к этому празднику. А ещё… Там, куда она поедет, ждёт её судьба. И Люба сама её выбрала. Осмелилась.
— Я тебе не мама, — спокойно ответила мачеха, — в моём доме — совсем другие порядки