— Прекращай уже плакать, — хмурился Сергей. – Думаешь, мне легко?
— Зачем разводиться? Я не понимаю! – Вика прижималась к мужу. – Просто не понимаю!
— Я уже объяснял, — он тоже обнимал супругу, — всякое может случиться. Есть шанс, что я не вернусь вовсе. Тебе хоть меня разыскивать не придется.
— И этого я не понимаю, — Вика не могла успокоиться.
— Если мы будем в разводе, ты сможешь потребовать алименты. А эти ребята работают быстрее, чем поисковики. И тогда быстрее установят факт, а тебе назначат пенсию по утере кормильца. Я же о вас беспокоюсь, — Сергей гладил жену по голове.
— А зачем тогда, чтобы было так? – всхлипывала Вика. – Можно же, чтобы было не так.
Она не хотела допускать мысли, что муж может не вернуться. И даже того, что с ним что-то может случиться, она не хотела понимать. Сама мысль, что ее Сергей исчезнет, исчезнет навсегда, доводила до исступления.
— Милая, — нежно говорил Сергей, — ты же видишь, не получается у меня заработать денег. Как я не бьюсь, все, как о стену. Выжить можно, а жить не получается.
И чтобы всю жизнь не ездить, надо урвать сразу и много. А так можно только с максимальным риском и без каких-нибудь гарантий.
— А как же мы, если ты не вернешься? – Вика подняла голову и заглянула в глаза.
— Я вернусь, — наигранно уверенно сказал Сергей. – Мне же есть куда и к кому возвращаться! – он выдавил улыбку. – Но мне нужно предусмотреть все.
Даже то, что ты будешь нашу квартиру сдавать, а сама это время поживешь у своей мамы. И денег с аренды тебе будет более-менее хватать.
Если что, бери у мамы, я потом с ней рассчитаюсь. И не забудь, мое завещание лежит у нотариуса на Калинина семь.
Упоминание о завещании вызвало новый поток слез.
— Вика! Милая моя! Ну, хватит! Как мне ехать в таком состоянии, если ты вся в слезах? – Сергей тяжело вздохнул. – Я в памяти хочу увезти с собой приятные добрые воспоминания. Я верю и уверен, что все будет хорошо!
Вика старалась улыбнуться, но у нее не получалось.
— Не понимаю, ничего не понимаю. И не хочу понимать. Зачем все так сложно? Может, можно все иначе? – Вика опять прижалась к мужу. – Хоть как-нибудь?
— Думал, — вздохнув, ответил Сергей. – Но за год на той вахте я привезу столько, что мы сможем положить деньги в банк, а самим жить на проценты. И тогда даже та, работа что есть, с ее небольшой зарплатой, будет нормально.
— Целый год, — прошептала Вика.
— Зато, когда я вернусь, мы снова поженимся! – Сергей все же улыбнулся. – И свадьбу сыграем! И даже лучше, чем в первый раз!
— А может, все-таки не надо? – с надеждой в голосе произнесла Вика. – Может, есть какой-то другой выход?
— Милая, мы шесть лет женаты, сынишке нашему четыре года, а за это время ни единого проблеска. Мы жили только на мои сбережения и призовые. Но и они заканчиваются.
Бывшему спортсмену не так просто найти работу, к сожалению. А эта вахта – единственный выход.
— Но разводиться, — Вика судорожно вздохнула.
— Так надо…
Хочешь поломать своему ребенку жизнь? Отдай его в профессиональный спорт!
Именно так честно и жестко надо говорить всем родителям, которые приводят детей в спортивные секции.
Нет, в спортивных секциях ничего плохого нет. Для физической активности, для здоровья, для укрепления духа и тела – это просто замечательно. Но профессиональный спорт – это другое. Он несет все те же плюсы, только все остальное уходит слишком далеко на задний план.
Сергей был слишком мал, когда мама привела его в спортивную секцию. Он не мог сказать, хочет он или не хочет. А над ним стояла авторитетная мама, которая уверенно сказала:
— Он будет великим спортсменом! И я для этого ничего не пожалею!
А должна была сказать: «Никого!» имея в виду собственного сына. Старшего сына, если что. Родился бы Сережа вторым сыном, его бы эта участь миновала.
Он по брату видел, что мама Колю вопросами спорта не мучила. Даже для общего развития и укрепления организма не записала никуда.
Если бы Сергей родился позже, после Коли, то детство было бы у Сережи. А так Коля наслаждался детством и за себя, и за брата.
Маме мальчиков, Зинаиде Васильевна, не раз говорили:
— Что ж ты только одного в спорт отдала? Чего второго не отдаешь?
— Сереженька – моя надежда, а Коля – для души, — отвечала она.
И этим было все сказано.
Когда нет выбора и выхода, когда не спрашивают, а только требуют, когда вместо твоих желаний реализация мамы через тебя, ничего не остается, кроме как быть послушным инструментом.
Сереже было просто суждено стать тем, кем не стала его мама.
Профессиональным спортсменом.
А теперь вопрос с парой десятков звездочек:
«Сколько участников соревнований поднимаются на пьедестал? А сколько чемпионов разной величины могут похвастаться успешной жизнью? А сколько вообще длится карьера профессионального спортсмена? И что начинается после нее?»
Сережа прочувствовал ответы на эти непростые вопросы на собственной шкуре.
Он стал, как и хотела мама, чемпионом, победителем и призером. Его фамилия прогремела на всю страну во всех сводках спортивных новостей.
Мама была удовлетворена и счастлива. Но отнеслась к этому, как галочку поставила. А дальше предлагалось Сереже жить самостоятельно.
А как?
Один из ответов про карьеру спортсмена – двадцать пять лет. Именно в этом возрасте Сережа вышел на спортивную пенсию.
Уперся в потолок, а дальше просто покатился бы вниз. Для собственного достоинства было правильнее уйти на пике.
А за рамками спорта у Сережи ничего не было. Ни работы, ни профессии, ни востребованности.
Жестокая реальность профессионального спортсмена заключается в том, что после его ухода, он становится никому не нужен. И это судьба всех спортсменов.
Пока ты побеждаешь, пока ты даешь зрелище, будет все: деньги, почет, уважение, слава. А потом, только то, что скопил из призовых за карьеру.
Редко кому везет получить приглашение на тренерскую работу в соборную или в богатую команду. А, как правило – за борт.
Вот откуда берутся учителя физкультуры с чемпионскими званиями и пристрастием к бутылке:
— Я под гимн своей страны золото получал, чтобы сейчас пятиклашек кувыркаться учить?
Реальность отправила в нокаут. Двадцать пять лет, а будущего нет. И за это стоит сказать «спасибо» только одному человеку – родной маме, которая не уставала хвастаться, что ее сын чемпион. А то, что он оказался на обочине, ей было уже не важно.
Но и в двадцать пять надо продолжать жить. Сергей занялся подсчетом, с чем он завершил свою спортивную карьеру. Видел и знал, что бывшие спортсмены открывали бизнесы, вкладывали деньги, чтобы жить.
А тут реальность снова отоварила по первое число.
Квартира у Сергея была, мэр подарил, как почетному гражданину города, принесшему городу славу. И был счет в банке.
Квартира была запущена и без ремонта, а вот на счету оказалась совсем не та сумма, на которую Сергей рассчитывал.
Реальность была щедра на оплеухи. Не только у Сергея, но и у его мамы был доступ к счету, куда падали все призовые деньги.
— Где деньги, мам? – спросил Сергей.
— Это что еще за вопросы? – возмутилась Зинаида Васильевна. – А мне что, ничего не полагается за то, что я вырастила тебя великим спортсменом? Тем более, у тебя еще и брат есть!
Доступ к счету для мамы Сергей закрыл. Но был еще один скан..дал, когда мама к нему потянула ручки.
— Хватит с вас того, что вы с меня уже поимели! Вы-то сейчас в шоколаде, а я из-за тебя вообще не знаю, как жить дальше!
Контакт с мамой и братом был разорван, но лучше поздно, чем никогда. А актуальность вопроса с повестки не снималась: «Как жить дальше?»
На отголосках былой славы Сергей устроился тренером-инструктором в спортклуб, но зарплата больше огорчила, чем обрадовала. Худо-бедно жить с этого было можно, но о былом благосостоянии пришлось забыть.
А тут еще влюбился, женился, ребенок родился.
Сбережения таяли на глазах, а перспективы были туманны. Сергей из кожи вон лез, обхаживая клиентов спортклуба, чтобы они брали индивидуальные тренировки, но все равно, денег отчаянно не хватало. А как сбережения закончатся, их не будет вовсе. Только на поддержание штанов.
Сергей с отчаянием понимал, что и в спортклубе он задержится не до конца жизни. Только возраст возьмет свое, и его попросят. А у него из образования только школа, да и то, смутные воспоминания.
И другой работы, кроме школы, для него в городе не было.
Идея вахты пришла спонтанно, когда услышал разговор клиенток:
— Мой скоро возвращается, надо бока сгонять. А то он в следующий раз не ко мне, а к какой-нибудь другой вернется. И все деньжищи осядут где-то в другом месте!
— И мне для своего надо попотеть. Он тощих любит, а меня что-то разнесло за полгода. Сейчас ударными темпами буду приближаться к его представлению об идеале.
А клиентки были с премиум абонементами. То есть, выкинуть семьдесят тысяч в месяц, чтобы согнать жирок для любимого – это была норма.
«Сколько же мужики с вахты везут, если они так для них?»
И следующая мысль:
«А может и мне на вахту? Силы есть, готова на месте. А гордость-то я уже засунул куда, подальше».
Вариантов было много, но совсем не за те деньги, на которые Сергей рассчитывал.
А потом он решил прошерстить сегмент с, так сказать, повышенным риском. Где гарантий никаких нет, что заплатят, что работа будет нормальная, что условия будут сносными. И что живым вернешься, кстати. И вот тут Сергей увидел очень большие зарплаты.
Настолько большие, что за год можно было положить в банк под процент сумму, которая бы с процентов давала нормальную прибыль. Не горы золотые, но с той же зарплатой из клуба – вполне нормально можно было жить.
Но Сергею нужно было учесть и тот факт, что он может пропасть без вести, а это частенько бывало в этом сегменте.
И тогда его жена, пока Сергея не найдут, будет даже без пенсии по утери кормильца.
А если они с женой будут в разводе и будут назначены алименты, то, чтобы взыскать, Сергея с того света достанут, условно говоря. И тогда Вика сможет подать на пособие для сына по утери кормильца.
Перспектива – так себе. Но, за неимением лучшего, пусть будет хоть это.
Сложнее оказалось это все донести до жены. Вика не хотела понимать, что с мужем может что-то случиться. И сам развод ее пугал до нервного тика. Однако нужда в деньгах и желание мужа обеспечить семью были предельно понятны.
Не хотела, но Вике пришлось согласиться.
Вика держалась, когда они разводились. Держалась и тогда, когда Сергей перевозил ее с сыном к ее маме. И даже когда договор аренды подписывали с жильцами, она держалась.
А на вокзале, у самого поезда, она опять разрыдалась.
— Ну, что ты! – Сергей прижал Вику к груди. – Сто раз все обговорили. Тысячу раз обсудили.
— Целый год, — плакала Вика. – И даже без связи!
— Такие условия, — вздохнул Сергей. – Но ты меня обязательно жди! А я обязательно вернусь!
— Буду ждать! Мы будем ждать! – кивала Вика. – Ты нам нужен!
Сергею самому было тяжело. И он так и не сказал, что это у него будет за вахта. Да, это и не важно, наверное. Только поехал он на год, а вернуться смог только через пять.
Наглая гостья