— Вера, это мама моя. Не могу же я просто о ней забыть, если она тебе не нравится. Я беспокоюсь, волнуюсь.
— Но почему каждый день? Можно же раз в неделю, в выходной день. Девочек с собой взять. И я заодно спокойно порядок наведу, да и отдохну.
— Как мама? – заносчиво спросила Вера.
— Нормально, — пожав плечами, ответил Боря.
— Как здоровье? – интересовалась Вера
— Нормально, — хмыкнул Боря
— Все у нее хорошо?
— Нормально, — сдержанно ответил Боря.
А по интонациям супруги Боря уже понял, что эти вопросы не просто так. И был прав.
— Так, почему ж ты к ней ходишь каждый день? – прокричала Вера.
— А в чем, собственно, дело? – возмущенно ответил вопросом Боря на вопрос.
— Вот к этому я и веду! – Вера погрозила пальцем. – Ты уже на меня срываешься! Это она тебя накручивает! Раньше ты себе не позволял на меня голос повышать!
— Во-первых, кричать первая начала ты, а во-вторых, — Боря сделал паузу, — может, я устал на работе, а ты мне тут вопросы непонятные задаешь!
Мы оба знаем, что тебя совершенно безразлично, что там с моей мамой. Но тебе ж надо мне нервы поднять. Ты ж по-другому не можешь.
И вообще, Вера, что с тобой случилось? Ты ж была нормальная.
— А я уже стала ненормальная? Да? – Вера коротко выдохнула и отвернулась.
— Ты еще обижаться начни! – раздраженно бросил Боря. – Нет бы, как нормальная женщина, сказала бы прямо, что тебе не так.
А ты тут мне спектакль устраиваешь.
Вер, если ты не заметила, я только с работы. Устал и все остальное.
— Однако к маме своей ты после работы зашел, — вставила шпильку Вера. – Если ты так устал, так чего домой сразу не пошел?
— Потому что, — ответил Боря с кислой миной.
— Вот! Вот! То, о чем я говорила, — Вера указала рукой в сторону супруга. – Ты уже просто объяснить мне не можешь!
— Что тебе объяснить? – Бра развернулся к супруге. – Почему я к маме захожу?
— Хотя бы.
— Потому что это моя мама. И ей не двадцать лет. И даже не сорок, — Боря чуть склонил голову набок. – И сидит она там одна. Понимаешь?
Взгляд немного потеплел, но Бориса все еще обжигало холодом.
— Вера, это мама моя. Не могу же я просто о ней забыть, если она тебе не нравится. Я беспокоюсь, волнуюсь.
И даже если ей ничего не надо: ни помочь, ни купить, ни принести, то хотя бы простое человеческое общение.
Объяснение было правильное. И Вера не могла его не принять. Однако она все равно не понимала:
— Но почему каждый день? Можно же раз в неделю, в выходной день. Девочек с собой взять. И я заодно спокойно порядок наведу, да и отдохну, — произнесла Вера.
— Вера, а может, я сам разберусь? – поинтересовался Боря.
— Знаешь, Боря, — Вера вернулась к заносчивому тону, — как ты стал к ней ходить, ты очень сильно изменился. И мне это не нравится.
— Не надо возводить свои отношения с моей мамой в абсолют, — скривился Боря. – Даже если ты будешь всеми руками против, я буду с ней общаться. И буду ходить к ней.
А если ты умная женщина, ты не будешь ставить меня перед выбором – ты или мама.
— Ты очень изменился, — покачала головой Вера. – Боюсь, как бы хуже не стало, чем оно и так не все, Слава Богу. Ты бы, Боря, подумал!
— Вера, а ты тоже бы подумала, что я пришел с работы, а ты мне нервы мотаешь. И вот как я должен себя чувствовать? Я домой пришел! В то место, где должно быть хорошо и спокойно.
А если тут будет вот это, — Боря указал в сторону супруги рукой, — я могу в следующий раз подумать, а стоит ли возвращаться! Но я тебя сразу предупрежу, в этом будешь виновата именно ты!
Вера поджала губы, буркнула что-то похожее на: «Очень изменился», и оставила мужа одного. Ужин был уже на столе. Сам разберется. А на душе было неспокойно.
Действительно, Боря очень сильно изменился с тех пор, как стал заходить к маме каждый день после работы.
Добрых отношений у Веры со свекровью не получились, хотя предпосылки к этому были. Когда Вера знакомилась с Еленой Викторовной, та приняла ее вполне доброжелательно. А вот сложности начались, немного позже.
Вышло так, что Вера сначала забеременела, а потом Боря сделал ей предложение руки и сердца. Он и так собирался делать предложение. Но новая жизнь зародилась всего-то на несколько месяцев раньше.
А Елена Викторовна посчитала, что сын берет Веру в жены только потому, что она забеременела.
И, конечно, мама Бори выстроила теорию заговора, что Вера это сделала специально, чтобы захомутать ее сыночка. Она-то считала Борю идеальным и самым завидным женихом.
А про Веру еще подумала, что та вообще не от Бори забеременела.
Классика самостоятельной накрутки практически любой мамы, которая одна вырастила сына.
А Вера бы объяснила и убедила бы свекровь в том, что она не права. Спокойно бы объяснила, если бы не беременность. Гормоны выкинули коленца, и разговор получился на повышенных тонах. И намного более эмоциональный, чем хотелось бы.
А после рождения Анечки, все так же под гормонами, Вера заказала тест ДНК, чтобы свекровь умылась.
Позже, Вера сожалела о своей столь излишней реакции, однако назад уже было не отыграть.
Общение, конечно, не прекращали, но арктическая стужа сквозила между невесткой и свекровью. И ничто не могло ее растопить. Ни вторая внучка, ни третья.
Так еще Елена Викторовна масла в огонь подлила. Вызвалась помочь, когда Вера была беременна в третий раз. Свекровь предложила, а Боря согласился. Веру только не спросил.
Картинка получилась, не дай Бог каждому.
Вера беременная на всю голову со всеми сопутствующими прелестями жизни. Боря пропадает на работе, чтобы обеспечивать семью. По дому носятся старшие дочери: одиннадцати и пяти лет. И тут «любимая» свекровь все делает на свой лад.
Боря свою оплошность осознал слишком поздно. Настолько поздно, что Елена Викторовна год отказывалась общаться с невесткой. Ни на один праздник семьи не пришла. А с младшей внучкой знакомилась, когда именно Боря привез ее к бабушке.
Короче, не суждено.
А вот с мужем у Веры были прекрасные отношения. И он с пониманием отнесся к тому, что у жены с его мамой не заладилось. Этот факт его опечалил, но статистика говорила, что это вполне нормальное явление.
А раз понял и принял, то ему ничего не мешало быть счастливым семьянином. И он им был. Вера нарадоваться не могла. А уж хвасталась всем и каждому, какой у нее прекрасный муж.
— Всегда могу на него положиться! В любом деле. Понятно, что его задача семью обеспечивать. Но, если надо, он и приготовит, и уберет, и за девочками присмотрит.
Перехвалила, наверное. А может, сглазила. Или люди добрые со сглазом помогли. Но, прожив в браке тринадцать лет… Вот, может, еще и это! Число несчастливое.
Вера заметила, что Бора стал меняться.
Не сразу. Понемногу. Чуть-чуть.
Боря стал молчалив, замкнут, задумчив. Если улыбался, то как-то грустно. Сквозило что-то такое, печальное во всем его облике.
Вера никогда не страдала проверкой Бориного телефона, но заметила, что он теперь вводит пароль, чтобы его активировать.
А еще он стал периодически после работы заходить к своей маме. Не сказать, что это было по дороге, но и не на другом конце города.
Так, петля в пять автобусных остановок. Да, и проводил он у нее не больше часа. А сам факт напрягал.
Но не так сильно это беспокоило Веру, когда это было пару раз в неделю. Раздражение появилось, когда он стал заходить каждый день.
То есть, он стал возвращаться с работы на полтора часа позже. А это уже кража времени семьи, иначе и не назовешь.
Раньше он мог, вернувшись с работы, и с Верой время провести, и по дому помочь, и с девочками позаниматься. Те же уроки со старшими сделать.
А теперь, когда он появлялся, уже и помощь была не нужна, Вера все делала сама.
А вот на провести вместе или позаниматься с дочками, времени как раз таки и не оставалось.
Пришел, поел, туда-сюда и спать.
А еще, Вера заметила, Боря стал более раздражителен. Ворчал иногда на ровном месте. Восклицания стал себе позволять с агрессивными интонациями.
Так и хотелось спросить:
— Куда делся мой муж? Куда делся мой добрый, нежный и чуткий муж? Верните мне моего мужа!
А причину Вера видела только в одном. В этих постоянных визитах к маме. Новости и текущие дела можно обсудить за вечер.
Но каждый день что-то такое, что обсудить нужно, не случается. А просто так приехать, провести час и уехать – смешно.
Конечно, они разговаривали. А что могла говорить свекровь, которая невестку ненавидит? Вот о своей ненависти и говорит, а Боря слушает.
— Наслушался, видимо, — предположила Вера.
И сама с собой согласилась. А все остальное, поведение Бори, лишь следствие. А дальше, тут не надо быть ясновидящей, чтобы понять. Дальше не будет ничего хорошего.
Но Вера просто так сдаваться не собиралась. У нее прекрасная семья и трое прекрасных дочерей. А то, что в Боре изменилось в последнее время, можно и обратно поменять. Надо только ограничить его общение с мамой.
Разговор с мужем как-то не задался с самого начала. Надо было эмоции прижать, а они наружу полезли. О некоторых словах Вера пожалела.
— Пусть поужинает, а потом я извинюсь. Надо будет просто как-то иначе. Спокойно поговорить.
Вера подбирала слова, с которыми извиняться будет, но Боря с извинениями пришел раньше.
— Ты прости меня, — виновато произнес он. – Устал, как собака. А еще нервы на работе вымотали. Я немного не так все хотел объяснить.
Я просто сказать хотел, что беспокоюсь о маме. Она не говорит, но я вижу, что тяжело ей. Даже просто в магазин сходить тяжело. А она сама еще не понимает, что уже не девочка.
Я просто хочу предостеречь и предвосхитить самое сложное. Хотя бы при первых звоночках заставить ее обследование пройти и лечением заняться.
— А с ней что-то не так? – настороженно спросила Вера.
— Я не сказал бы, — уклончиво произнес Боря. – Но я не хочу дожидаться момента, когда будет поздно.
Ты же сама знаешь, что лучше болезнь выхватить на начальной стадии, чем потом с последствиями разбираться.
А она строит из себя. Вот я к ней и хожу. Хожу и наблюдаю. Жесты, мимика, речь, поведение. Считай, тестирую ее каждый день.
Ты бы и за своей мамой присматривала, — посоветовал Боря. – У них же кроме нас никого нет. А у нас перед ними обязательства.
Вере откровенно стало стыдно. Объяснения Бори она поняла и приняла. А вот собственное поведение вызывало вопросы.
Она-то со своей мамой лишь перезванивается раз в неделю, а в гости – хорошо, если раз в месяц получается. А та моложе не становится. Хоть она и моложе свекрови, но не намного.
«О своей семье беспокоиться, конечно, нужно, но и о маме забывать нельзя. Это же мама. Боря это понял, а я?» – Вера потянулась к телефону.
Боря облегченно вздохнул. Оставил супругу разговаривать с тещей, а сам отправился спать.
«Ну, вроде, выкрутился, — еще один вздох облегчения. – Прокатило и, Слава Богу!»
А реальную причину он раскрывать не хотел. И она бы не вскрылась, если бы не случай.
Ты что, рыбу красную прячешь? Мы тоже есть хотим, — удивилась гостья, смотря на Машу