— Я просто смотрю на внучек и вообще не вижу никакого сходства, — поджав губы, ответила София Андреевна. – Ни на Вадима не похожи, ни на меня. И вообще — не нашей породы.
— А то, что им год? – спросила Тома. – Они еще вообще ни на кого не похожи!
— На тебя они похожи, — ответила свекровь.
— И твой двоюродный брат отказался, — пожала плечами Тома. – Я не знаю. Кафе можно отменять. Мои родители и сестра спокойно посидят с нами дома.
— Гриша? – удивился Вадим. – Чего это он? Вот кто-кто, а Гриша, чтобы отказался попировать за чужой счет? Странно.
— Только что сообщение мне прислал, написал, что ни сам не придет, ни жена его, ни их дети, — Тома показала экран телефона.
— Тем более, странно, — Вадим почесал за ухом. – И Оля у него такая, что из гостей не выгнать. До последней пустой тарелки сидит. И куда в нее столько лезет? – задумался Вадим.
Тома кашлянула и еще раз предъявила телефон.
— Ах, да, — закивал Вадим, всматриваясь в экран. – А чего это он тебе сообщение прислал?
— Вадим, это твой брат, — Тома развела руки в стороны. – Тоже удивлена. Мы с ним только на свадьбе общались, а так…- Тома всем своим видом выражала растерянность. – Я и с женой его не общалась. Ну, в соц сетях открытки отправляла на государственные праздники.
— Через мою голову сразу к тебе, — Вадим недовольно мотнул головой. – И даже не позвонил, а сообщение прислал.
— Не знаю, — Тома опустила взгляд. – Позвони ему…
— Да-да, — кивнул Вадим и ушел с телефоном в другую комнату.
Его не было минут десять. А потом он вернулся пунцовый, но сказал с легкой улыбкой:
— Все нормально, у них просто дела.
— Ты врешь, — сказала Тома. – По тебе же видно.
— Нет, что ты, — отмахнулся Вадим.
— Что случилось? – напряженно спросила Тома. – Что не так?
— Там какое-то странное недоразумение, — избегая взгляда супруги, проговорил Вадим.
— Такое недоразумение, что твоя тетя тоже от меня сообщением отделалась? – поинтересовалась Тома, показывая другое сообщение.
— Да, что ты ко мне пристала? – вскричал Вадим. – Откуда я знаю, чего их переклинило? Но мне и брат, и его жена, и тетя сказали, что ты родила наших дочек не от меня!
Тома пошатнулась, но ухватилась за дверцу шкафа, а белье, что она туда складывала, полетело на пол.
— Они сказали, что это им не родня, поэтому они на день рождения не пойдут, — добавил Вадим.
Тома смотрела на мужа остановившимся взглядом, а комната перед глазами начинала плыть.
— Я же говорю, это какое-то недоразумение, — повторил Вадим. – Они, наверное, что-то не то поняли. Или не так. А может, просто решили подарки зажать. У них это тоже бывает.
Со мной Гришка с периодичной регулярностью под мой день рождения ссорится, чтобы на подарки не тратиться.
А потом, через пару недель мирится. И под новый год, вспомни, как они переругались, чтобы к себе в гости не звать.
А ведь в сентябре еще договаривались, что Новый год у них. И тетя Лена такая же.
Тому объяснение в некоторой мере могли бы удовлетворить, но заявление, что она родила не от мужа, это уж как-то слишком, чтобы просто прокатить с подарками.
— Они у тебя адекватные? – спросила Тома. – А другой причины придумать было нельзя?
— Ну, тут наверняка, — пожал плечами Вадим.
— Интересно, как они будут извиняться? – без особого интереса спросила Тома.
— Тоже придумают что-то, — Вадим смущенно улыбнулся. – Значит, отпразднуем без них.
— А твоя мама-то хоть придет? – спросила Тома. – Или на самом деле отменять кафе?
— Сейчас позвоню, — кивнул Вадим и снова удалился в другую комнату.
А пока Тома собирала белье, что до этого выпало из рук, пока укладывала его в шкаф, параллельно прислушиваясь, как там близняшки у себя в комнате, она несколько отпустила ситуацию.
Переключилась на текущие задачи. Поэтому от крика мужа подпрыгнула на месте.
Когда же муж вернулся в комнату, Тома не знала даже, чего ожидать. Но на сердце было неспокойно.
— Это она! – Вадим держал в одной руке телефон, а второй на него показывал. – Это она поделилась своими подозрениями с родней!
— Кто? – все еще в испуге спросила Тома.
— Мама моя, — нервно закивал Вадим. – Это она усомнилась, что дочки мои. И все им растрепала. А они ей поверили. И вот…
— Она же, вроде, нормально ко мне отнеслась, — прошептала Тома, оседая на пол. – И даже намека с ее стороны не было. Неужели она так решила разрушить нашу семью?
— Я не знаю, что она там решила, — озадаченно произнес Вадим, — но я люблю тебя и наших девочек! И я не сомневаюсь! Но я ее уже вызвал к нам. Есть пара вопросов!
— Видимо, мне и через это придется пройти, — обреченно сказала Тома.
Выходить замуж в двадцать шесть довольно рискованно. Тем более, в первый раз. Сразу возникают вопросы, а чего же раньше не вышла? Или даже не сходила замуж? А может, не брали? Так, может, и сейчас не стоит?
А как можно объяснить в свете современных тенденций, что у Томы остались несколько архаичные взгляды на этот вопрос? И не будешь же каждому объяснять, что влияние бабушки было ключевым в воспитании Томы.
Но, если и объяснять, кто такому поверит? Тем более, Тома была яркой, уверенной в себе молодой женщиной, которая после института четко поднималась по карьерной лестнице.
На нее посмотришь, и сразу первая мысль:
«Та еще фифа! Такую не в жены брать надо, а лучше вовсе избегать! Разделает под орех, и не заметит!»
А она хотела выйти замуж один раз и на всю жизнь. Рожать детей, готовить борщи, крутить котлеты. И обязательно работать, потому что ей это нравилось.
Загляни ей в голову – идеальная жена. А снаружи, сколько ни смотри, неприступная леди с хищным взглядом.
Когда в ее жизни появился Вадим, Тома сразу поняла, что это именно тот человек. Тот самый. И вежливый, и воспитанный, и покладистый. А главное, всегда элегантный и со вкусом одетый.
Сначала пришли чувства, а потом понимание, что заслуги внешнего вида Вадима лежат на его маме. Да, и воспитание, в принципе. То есть, Вадима, таким, какого полюбила Тома, от начала и до конца, вылепила мама.
А это в понимании Томы, пахло конкуренцией. Ей придется убеждать потенциальную свекровь, что Тома достойна ее сына.
Ах, отказаться бы сразу, чтобы потом лишний раз не страдать! Но чувства! Они захватили сердце и душу. А Тома была готова, как в омут, лишь бы с любимым мужчиной.
На знакомство с Софией Андреевной Тома шла, как на эшафот. И она сразу была готова, что ей сейчас в вину поставят и внешний вид, и возраст, и карьеру, и… все остальное, на что хватит фантазии.
А София Андреевна приняла Тому радушно. Без допроса, конечно, не обошлось, но к стенке Тому не припирали, лампой в глаза не светили. А даже неуклюжие ответы воспринимались нормально.
— Совет вам, да любовь! – в финале выдала София Андреевна.
Чем окончательно смутила и Тому, и сына.
— Мам, а это что? Благословление? – спросил Вадим.
— Почему бы и нет? – она улыбнулась.
С полной видимостью благополучия Тому не отпускало ощущение, что вот-вот у свекрови проснется ревность.
Раньше-то Вадим был только ее сыночком, о котором она заботилась «от» и «до». А теперь он стал мужем Томы. И своей жене уделял больше времени, чем маме. Да и заботу принимал от жены.
Тома ждала, а ревности не было. Были кое-какие советы, как лучше обустроить совместный быт, как лучше и что лучше делать для Вадима. Рассказывала, к чему он привык, что любит, чего не терпит. Но она всегда добавляла:
— Ты смотри сама. Чего он со мной любил, так с тобой может другое полюбить! А вот если что, тогда можешь и спросить.
Доброжелательность, отзывчивость, ненавязчивость. Все говорило о том, что можно успокоиться и жить дальше.
Так Тома и поступила. Забеременела, родила близнецов, и дожила спокойно до первой годовщины Светы и Кати. А тут, громы, молнии и полное непонимание.
— Что за фокусы? – Вадим сам встретил маму у порога.
— А что такое? – удивилась София Андреевна.
— Ты нам праздник сорвала! – крикнул Вадим.
— И ничего подобного, — отрицательно качнула головой София Андреевна. – Я всего лишь поделилась своими сомнениями.
— А вы с нами для начала не хотели ими поделиться? – с вызовом спросила Тома. – Так я бы вам ответила!
— Томочка, ты на меня не обижайся, но я просто смотрю на девочек и вообще не вижу никакого сходства, — поджав губы, ответила София Андреевна. – Ни на Вадима не похожи, ни на меня. И вообще — не нашей породы.
— А то, что им год? – спросила Тома. – Они еще вообще ни на кого не похожи!
— На тебя они похожи, — ответила свекровь. – Копии! А я просто подумала, что при такой схожести Вадим мог бы их отцом и не являться. И просто предположила. Игры разума! Гипотетически!
— А ты теперь звони и объясняй это все тете Лене, Грише и его жене! – потребовал Вадим.
— Вот еще! Больно надо! – фыркнула София Андреевна. – Вам надо, вы и доказывайте! А я все равно сомневаюсь!
— Ну, так и вали отсюда со своими сомнениями! – крикнул Вадим маме. – Без тебя разберемся! И без тетушки с ее сыном и всеми остальными!
— Ой, ну и пожалуйста! – скривилась София Андреевна. – Тоже мне, обидчивые какие! Это не вы меня прогоняете, это я сама от вас ухожу! Все! Прощайте навсегда!
И она, хлопнув дверью, ушла.
— Может, так и лучше, — неуверенно произнесла Тома.
— Посмотрим, — пожал плечами Вадим. – Время покажет.
А время действительно показало. Так показало, что смотреть не хотелось. А пришлось, потому что деваться было некуда.
Предатель и сестринская солидарность