— Вот и что теперь будешь делать, доченька? Разве стоит оставаться с таким человеком, когда есть Паша? Он тебе больше подходит и по…
— Мама, даже если я расстанусь с Игорем, на сына твоей подруги мне будет все равно плевать, уймись.
— Викуся, проходи скорей! Так и знала ведь, так и знала… — стоило Вике по звонку родительницы «срочно приезжай, вопрос жизни и смерти» явиться в отчий дом, как ее затянули через порог и буквально силком потащили в зал, где уже сидела за разложенным на «гостевой» манер столом знакомая по старым фотографиям женщина.
«Здрасте пожалуйста, а ты какого черта объявилась?» — именно этот вопрос Вика бы задала, будь она чуть менее воспитанной молодой женщиной.
Но вместо этого она лишь с вопросом во взгляде посмотрела на мать, ожидая, что та объяснит уже наконец-таки по-человечески, что там она «так и знала».
Конечно, сходу этих объяснений никто не дал – вместо этого мать принялась причитать, что не зря она говорила, что «с этим» дочь каши не сварит и вот, мол – подтвердились ее худшие подозрения.
«Этот» — это будущий муж Вики, Игорь.
Мужчина с первого взгляда не понравился матери избранницы. После знакомства с ним Вике чуть ли не выговор устроили, мол, не могла, что ли, получше никого найти.
Мало того, что за ну да, каких поискать, очки таскает (тоже мне, интеллигент нашелся), так еще и старше Вики аж на целых пять лет.
Ах, да – еще и дочь от первого брака воспитывает.
То-то на Вику и повелся – небось, достала дочурка капризами, вот и решил найти ей «новую мамочку» и спихнуть на нее все заботы о ребенке.
В общем, мама нарисовала в голове такую картину мира, где Игорь представал не иначе, как вселенское зло.
И какие-либо доводы здравого смысла и просто слова Вики, описывающие их реальную жизнь, до матери просто не долетали.
И непонятно было даже, что Вике казалось более обидным – то, что мама не могла принять ее выбор или же то, что находя в Игоре все новые и новые недостатки, была свято уверена в том, что дочь у нее ну ничем другим не может привлечь среднестатистического мужчину, кроме как функциями няньки для его ребенка.
Можно подумать, у Вики ни лица, ни ума, ни фигуры, никаких-либо талантов и увлечений – вот ничего такого, что могло бы привлечь внимания такого человека, как Игорь.
А ведь познакомились они потому, что на корпоративе, который устроила для своих сотрудников Викина фирма, ей выпало задание в конкурсе быстро придумать рифму к перечисленным словам.
Удивило и восхитило Игоря тогда, что Вика, даже будучи «подшофе», смогла не просто справиться с заданием, а «с нуля» создать целое стихотворение, которое и зачитала под восторженные рукоплескания нетрезвых коллег.
Особой популярности ей эта выходка не принесла, но Игорь новенькой заинтересовался и как-то раз подсел к ней за обедом, рассказав о зарубежном авторе, чей стиль ему очень напомнила Вика.
Оказалось, что с этим автором она знакома и его работами действительно интересуется.
За разговором о поэзии и музыке обеденное время пролетело незаметно, после чего Игорь, увидев в девушке родственную душу, попросил ее номер телефона.
С дочерью было еще интересней, кстати говоря. Человек, который ищет для ребенка няньку, не будет знакомить с потенциальной прислугой дочь только через полгода отношений, когда точно будет уверен в том, что намерен провести с этой женщиной если не всю оставшуюся жизнь, то несколько ближайших лет так уж точно.
И не будет пресекать этот человек все попытки дочери что-то попросить или с чем-то помочь «тетю Вику» вежливым, но категоричным:
— Дашенька, мы же договорились, что беспокоить своими вопросами и просьбами ты будешь меня, а не тетю Вику.
Нет, она не будет делать с тобой макет Воронежа из шишечек в масштабе «один к одному» всю ночь.
И она не сможет отпустить тебя к Сереже завтра, если я запретил.
В быту мужчина, кстати, тоже оказался далеко не бедным несчастным калекой, который не в состоянии постирать себе носки, приготовить ужин и погладить дочери рубашку в школу.
Так что версия матери о том, что отец-одиночка ищет себе домработницу тоже не подтвердилась.
Что же насчет разницы в возрасте, то… серьезно, ее беспокоили пять лет? И это учитывая, что среди их знакомых полно вполне счастливых семей с разницей между супругами и по десять и даже по пятнадцать?
Вика причины родительской неприязни к Игорю не понимала. Как и не понимала странной смеси радости и злорадства, исходящей от матери сейчас.
— Вот, знакомься, это Вера. Мама твоей падчерицы. Она вот пришла рассказать, за какого человека ты замуж выходить собираешься. Чтобы ты ее ошибок не повторила и не жалела потом всю жизнь, как она.
Вера всхлипнула и закрыла ладонью глаза. После чего проникновенным грустным тоном поведала, какая она хорошая и замечательная мать, как она любит дочь и за какого … умудрилась выйти замуж, что тот сначала попытался разорвать ее связи с семьей, а потом, когда этого не удалось – развелся и добился впоследствии того, что несчастную женщину лишили родительских прав.
Рассказ звучал складно и вполне правдоподобно. Особенно та его часть, где Игорь тратит большие деньги на то, чтобы добиться решения по опеке над Дашей в его пользу.
И вот тут перед Викой во весь рост встала дилемма: «кому верить»? Очень правдоподобно и складно звучала история Веры.
Прежде всего – та ее часть, где Игорь, манипулируя логичными и понятными аргументами отдаляет ее постепенно от семьи.
Представить своего будущего мужа, использующего свой интеллект и обаяние ради достижения нужной ему цели, Вике было очень легко.
Равно как и легко было представить, что нечистые на руку представители закона повелись на вознаграждение и помогли мужчине добиться желаемого.
Увы, нередки случаи, когда мужчины, манипулируя детьми, мстят женщинам, с которыми не сложились отношения. Но, справедливости ради, женщины, когда у них появляется такая возможно, нередко делают то же самое.
С другой стороны – сама по себе фраза «он имел возможность так поступить» не является доказательством вины.
Родительских прав Веру могли лишить и за дело, подробностей Вика не знала, так как не считала себя вправе лезть в чужие семейные взаимоотношения. По крайней мере, до этого дня.
— Вот и что теперь будешь делать, доченька? Разве стоит оставаться с таким человеком, когда есть Паша? Он тебе больше подходит и по…
— Мама, даже если я расстанусь с Игорем, на сына твоей подруги мне будет все равно плевать, уймись.
Да, вот еще об этом следовало вспомнить: что мать буквально одержима идеей выдать Вику за сына своей подруги, с которым молодая женщина еще будучи ребенком сидела в одной песочнице.
Самое противное, что она-то Павлу нравилась, а вот ей самой был не особо приятен человек, играющий в танки на маминой шее и ходящий в душ только по большим праздникам.
Она и общаться-то с Павлом лишний раз не хотела, не то что отношения строить, но маму тут было не прошибить.
Вполне возможно, что именно из-за своей идеи фикс она и не принимала как Игоря, так и предыдущего парня дочери.
Тот, кстати, тоже был нормальным человеком и разошлись они не из-за какого-то скан..дала, а просто по причине разного темперамента.
Ну оказалась Вика для него слишком «общительной» в пост..ельном аспекте, ну сели, поговорили, что ей надо через день, а ему одного раза в неделю достаточно.
Ну и расстались друзьями, пожелав друг другу найти человека, с которым получится совпасть идеально.
Но нет – мама после расставания выставляла бывшего в Викиных глазах чуть ли не мон.стр.ом. Пыталась, по крайней мере. Вот прямо как Игоря сейчас..
— И делать я ничего не буду, по крайней мере до тех пор, пока не поговорю с Игорем. Верину версию событий я выслушала, но неплохо было узнать мнение второй стороны.
— Ну да, мнение, конечно. Он тебе наплетет чего-нибудь, ты уши развесишь и поверишь. А потом он тебя, как Веру, сначала из семьи уведет, а потом родительских прав на общего ребенка лишит, если ему слово поперек скажешь.
Вика от материнского предупреждения отмахнулась. И решила этим же вечером сразу после того, как будущий муж уложит дочь спать, поговорить с ним.
От итого этого разговора зависела ее возможная семейная жизнь, так что девушка, конечно же, немного волновалась.
Бывший муж нарвался — сбежать готов