Тринадцать лет брака. Они никогда не ругались серьезно. Ну, бывали мелкие стычки из-за немытой посуды или из-за того, что Андрей забыл купить хлеб.
Но чтобы она просто исчезла? Это не про Лену. Она была самой надежной женщиной в мире.
— Алло, Света, ты только не волнуйся, но Лена не у тебя? — Андрей прижал телефон к уху, стараясь, чтобы голос не дрожал.
— Нет, Андрей. А что случилось? Мы вчера созванивались, она ничего не говорила о встрече. А что, она не дома?
— Нет. Время уже одиннадцать вечера, телефон выключен. Она должна была вернуться еще в семь.
— Странно. Может, на работе завал? Квартальный отчет же сейчас.
— Я звонил охраннику в офис. Он сказал, что она ушла еще в шесть.
Сказала, что очень торопится.
Света, я не знаю, что думать. Она никогда так не делала. У нас трое детей, она бы хоть сообщение прислала.
— Слушай, ну мало ли. Может, телефон сел, а она в пробку попала? Или к маме заехала?
— Теща сама звонила. Я соврал, что Лена в душе, чтобы ее не пугать. Но мне уже самому не по себе.
— Андрей, не накручивай. Давай подождем еще час. Если не объявится, будем что-то решать.
— Какой час, Света? Дети уже три раза спрашивали, где мама.
Я им вру, что она на совещании.
Макс уже большой, он видит, что я на нервах.
Ладно, если что-то узнаешь, звони сразу.
Андрей нажал на отбой и вышел из кухни в коридор.
Там стоял Макс, старший сын. Ему было двенадцать, и он смотрел на отца слишком серьезным для своего возраста взглядом.
— Пап, мамы до сих пор нет? — тихо спросил мальчик.
— Нет, сынок. Видимо, на работе действительно что-то серьезное. Ты же знаешь, какая у нее ответственная должность.
— Ты врешь, — Макс опустил глаза. — У нее телефон недоступен.
Я пробовал звонить пять раз. И Соня с Кириллом уже плачут в комнате. Они боятся.
— Иди к ним, Макс. Скажи, что я сейчас приготовлю какао, и мы будем смотреть кино. Мама скоро будет.
— Пап, а если она попала в аварию?
— Не говори глупостей. Мама — очень аккуратный водитель.
И вообще, она сегодня поехала на метро, потому что машину в сервис собиралась отдавать.
Иди к детям, я скоро приду.
Андрей вернулся на кухню и опустился на стул. Руки его слегка тряслись.
Он снова набрал номер Лены. «Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети».
Этот механический голос уже начинал его бесить.
Тринадцать лет брака. Они никогда не ругались серьезно. Ну, бывали мелкие стычки из-за немытой посуды или из-за того, что Андрей забыл купить хлеб.
Но чтобы она просто исчезла? Это не про Лену. Она была самой надежной женщиной в мире.
Прошел час, потом второй. Дети наконец уснули.
Андрей сидел в гостиной при тусклом свете торшера и смотрел в окно.
Во дворе было пусто. Редкие машины проезжали мимо, фары выхватывали из темноты кусты и детскую площадку.
В пять утра он не выдержал и поехал в полицию.
— Здравствуйте, я хочу подать заявление о пропаже человека, — Андрей стоял перед дежурным в тесном помещении, пахнущем дешевым табаком и хлоркой.
— Кто пропал? — лениво спросил дежурный, не отрываясь от бумаг.
— Жена. Елена Васильева. 35 лет. Вчера ушла с работы и не вернулась.
— Срок какой?
— Какой срок? — не понял Андрей.
— Сколько времени прошло с момента исчезновения?
— Двенадцать часов.
Дежурный поднял на него глаза и усмехнулся.
— Мужчина, идите домой. Приходите через трое суток.
Молодая женщина, симпатичная? Наверное, решила отдохнуть от семьи. Погуляет и вернется.
— Вы не понимаете, — Андрей перегнулся через барьер. — У нее трое детей. Младшему пять лет. Она никогда бы их не оставила.
У нее телефон выключен, понимаете? Это ненормально!
— У всех это «ненормально», — вздохнул полицейский. — А потом оказывается, что к подруге уехала или к маме.
— Я звонил всем подругам и маме! Ее нигде нет!
— Ладно, пишите заявление. Но предупреждаю: искать начнем не раньше, чем через три дня, если не будет признаков криминала.
Опишите, во что была одета.
— Светлое пальто, — голос Андрея охрип. — Такое зеленоватое, фисташковое. Я сам ей его дарил на день рождения. Сапоги черные. Сумка большая, коричневая.
— Фото есть?
— Да, вот, — он протянул телефон с последним снимком, сделанным на прошлых выходных.
Полицейский мельком взглянул на экран и кивнул.
— Пишите.
Утро встретило Андрея серым небом и мелким дождем. Он вернулся домой, когда дети уже проснулись.
В квартире стояла гнетущая тишина, хотя обычно по утрам тут был настоящий бедлам.
— Папа пришел! — закричала пятилетняя Соня, выбегая в коридор. — Мама с тобой?
Андрей подхватил дочку на руки и прижал к себе.
— Нет, принцесса. Маму отправили в командировку. Представляешь? Прямо с работы. Она даже за вещами заехать не успела.
— А почему она не позвонила? — спросил Кирилл, стоя в дверях комнаты.
— Там плохая связь, Кирюш. Горы или что-то такое. Она обязательно позвонит, как только сможет.
— Ты снова врешь, — тихо сказал Макс, проходя мимо отца на кухню.
Андрей ничего не ответил. Он чувствовал себя раздавленным.
Нужно было как-то жить дальше, водить детей в сад и школу, ходить на работу, но мир вокруг него рассыпался на куски.
Дни потянулись один за другим, похожие на серый туман. Андрей взял отпуск за свой счет. Он каждое утро начинал с обзвона больниц.
— Алло, справочная скорой? Посмотрите, пожалуйста, Васильеву Елену. 35 лет.
— Минутку… Нет, такая не поступала.
— А неопознанные? Была женщина в светлом пальто?
— Мужчина, я же вам сказала: нет. Звоните в бюро регистрации несчастных случаев.
И он звонил. Снова и снова. Он объездил все морги города, замирая от ужаса перед каждой дверью.
Он расклеивал объявления на районе, писал в группы поиска людей в соцсетях.
— Андрей, ты совсем себя загнал, — Света зашла к нему на пятый день. Она принесла пакет с продуктами. — Ты посмотри на себя: синяки под глазами, похудел. Детям нужен здоровый отец.
— Света, я не могу просто сидеть и ждать. Мне кажется, я схожу с ума. Каждый раз, когда открывается дверь в подъезде, я думаю, что это она.
— Полиция что говорит?
— Ничего они не говорят! — Андрей сорвался на крик. — «Работаем, проверяем».
А что они проверяют? Камеры в метро они до сих пор не посмотрели!
Говорят, нужно специальное разрешение, куча бумаг.
Всем плевать, Света. Всем, кроме нас.
— А на работе что?
— Я был там. Виктор Степанович, ее начальник, говорит, что она в последнее время была какая-то задумчивая.
Постоянно в телефон смотрела, улыбалась чему-то.
Света, ты думаешь… может, у нее кто-то был?
Света отвела взгляд.
— Андрей, я не знаю. Лена мне ничего такого не рассказывала.
Мы всегда говорили о детях, о ремонте, о покупках. Она никогда не давала повода усомниться в себе.
— Но ведь люди не исчезают просто так! — он ударил кулаком по столу. — Должна быть причина!
Либо с ней что-то случилось, либо она ушла сама. И я не знаю, что из этого страшнее.
— Ты проверял ее вещи? — спросила Света тихим голосом. — Может, она что-то взяла с собой? Паспорт, деньги?
— Паспорт дома. Загранпаспорт тоже. Деньги на карте остались, я проверял через приложение — движений нет.
Она ушла с одной сумкой, в которой только кошелек и телефон.
— Это очень странно, Андрей. Очень.
Вечером Андрей сидел в спальне. Он открыл шкаф и уткнулся лицом в ее платья. Они все еще хранили запах ее духов.
Он вспоминал, как они познакомились в институте, как он три месяца бегал за ней, прежде чем она согласилась пойти на свидание.
Как они радовались первому ребенку. Как строили планы на старость.
— Где ты, Лена? — прошептал он в пустоту.
На седьмой день ему позвонили из полиции.
— Андрей Викторович? Это следователь Кольцов. Зайдите к нам, есть кое-какая информация.
Андрей летел в отделение, нарушая все правила дорожного движения. Сердце колотилось так, что казалось, оно сейчас выскочит из груди.
— Мы посмотрели камеры с вестибюля метро «Площадь Мира», — сказал следователь, листая папку. — Ваша жена там была. В день исчезновения, в 18:45.
— Одна? Она была одна?
— Нет, — следователь посмотрел на него сочувственно. — Она была с мужчиной. Они о чем-то спорили, потом он взял ее за руку, и они вместе зашли в вагон.
— Мужчина? Кто он? Как он выглядит?
— Качество видео не очень хорошее, — Кольцов развернул монитор. — Вот, смотрите.
На зернистом изображении была видна женщина в том самом фисташковом пальто. Она действительно стояла рядом с высоким мужчиной в темной куртке.
Его лица не было видно — он стоял спиной к камере. Но Лена… она не выглядела напуганной.
Она что-то горячо ему доказывала, а потом действительно позволила увести себя.
— Я его не знаю, — Андрей покачал головой. — Я никогда его не видел.
— Мы будем проверять его по базе. Может, старый знакомый или коллега.
У вас есть предположения?
— Нет. У нас не было тайн друг от друга. Я был уверен в этом… до этого момента.
Андрей вышел из отделения на ватных ногах. Перед глазами стояла картинка: Лена уходит в темноту туннеля с каким-то незнакомцем.
Мир, который он считал идеальным, оказался карточным домиком.
Он шел по улице, не разбирая дороги. Мысли путались.
«Кто это? Почему она ушла с ним? Почему не позвонила? Неужели она нас бросила ради него?»
Каждое слово «командировка», сказанное детям, теперь жгло ему горло.
Он оказался на большой площади у метро. Вокруг шумела толпа, люди спешили по своим делам, смеялись, разговаривали.
И вдруг среди сотен лиц он увидел… ее
В двадцати метрах от входа в торговый центр, стояла женщина. На ней было то самое пальто. Фисташковое, с характерным воротником.
Та же прическа — каре, те же каштановые волосы.
Она стояла спиной к нему и что-то искала в своей сумке.
— Лена! — крикнул он.
Он бросился вперед, расталкивая прохожих.
Какой-то мужчина выругался ему вслед, женщина с коляской испуганно отшатнулась, но Андрей видел только этот светлый силуэт.
— Лена! Стой! — закричал он уже во весь голос.
Женщина не оборачивалась. Она начала медленно идти в сторону подземного перехода.
Ее походка, ее манера чуть наклонять голову вправо — все было ее. Все было родным.
Андрей прибавил шагу. Расстояние сокращалось. Пятнадцать метров, десять, пять…
— Лена, пожалуйста! — он почти добежал до нее и протянул руку.
Он схватил ее за плечо, женщина резко остановилась и вздрогнула.
— Лена, это я! Где ты была? Что происходит? Почему ты молчишь? Дети дома, они ждут! Полиция ищет тебя! Скажи мне хоть что-нибудь!
Бабуля прописала второго мужа в своей квартире