В гостиной пахло кофе и ванилью. Тридцать два квадратных метра, залитых утренним солнцем, были царством Лизы. Она купила эту квартиру пять лет назад, когда работала по четырнадцать часов в сутки, а спала по четыре часа, чтобы накопить на первый взнос по ипотеке. Каждая трещинка в паркете, каждая царапина на подоконнике были выстраданы и любимы.
В дверь позвонили. Лиза, поправляя шелковый халат, пошла открывать. На пороге стоял ее младший брат — Олег. Он был в помятой футболке и с выражением лица человека, который пришел за своим по праву.
— Привет, сестренка, — сказал он и, не дожидаясь приглашения, шагнул внутрь, скидывая грязные кроссовки. — Хорошо устроилась.
—Привет, — настороженно ответила Лиза. — Ты чего явился? Что-то случилось?
— Случилось, — Олег прошел на кухню, бесцеремонно открыл холодильник, достал банку колы и сделал большой глоток. — Я тут подумал, Лиза. Нам нужно поговорить. По-родственному.
Лиза сложила руки на груди, прислонившись к дверному косяку. Она знала этот тон. Тон, которым Олег обычно требовал у матери денег «на бизнес». Мать деньги давала, хотя прекрасно знала, что сын отнесет их в ближайший к дому бар.
— Я слушаю.
— Ты замуж выходишь, — начал он, обводя рукой кухню. — А у твоего Сергея, я слышал, шикарная квартира в центре, а скоро вы, говорят, в дом переезжаете. Загородный. Отсюда делаю вывод, что денег у него, как у дурака фантиков. Плюс машина — «БМВ» последней модели.
— И? — Лиза чувствовала, как внутри закипает холодное раздражение.
— А я, — Олег ткнул себя в грудь, — остаюсь ни с чем. Я твой брат. Мы росли в одной семье. А ты теперь живешь как принцесса, а у меня даже квартиры нет. Снимаю эту конуру в общаге. Короче, сестренка, делиться надо.
— Олег, я тебя умоляю, — устало сказала Лиза. — Ты работал? Ты учился? Ты когда-нибудь вообще думал о будущем? Ты проиграл в карты машину, которую тебе подарил отец. Ты уволился с трех работ за год, потому что «начальник — ..yдaк». И теперь ты пришел ко мне. Зачем? Что я тебе должна?
— За квартирой, — просто и нагло ответил Олег. Он поставил банку на стол, оставив мокрый след. — Отдай мне эту квартиру.
Лиза опешила. На секунду ей показалось, что она ослышалась.
— Что, прости?
— Что слышала, — Олег повысил голос. — Ты выходишь замуж за богатого. У вас будет свой дом. Зачем тебе эта однушка? А мне она нужна. Я уже говорил с мамой, она считает, что я прав. Ты же женщина, ты всегда можешь попросить у мужа. А я мужик, мне нужно свое место. И машину свою «Тойоту» отдай. Сергей тебе купит новую, а мне старая подойдет.
— То есть, ты предлагаешь мне подарить тебе квартиру, на которую я зарабатывала пять лет, вкалывая как лошадь? И машину, которую я взяла в кредит и выплачивала три года, пока ты пил пиво с друзьями? Я правильно понимаю?
— Не «подарить», а вернуть долг семье! — рявкнул Олег. — Тебя кормили, учили. А теперь, когда ты при деньгах, ты должна поделиться. Я твой брат, Лиза. У тебя есть Сергей, у тебя есть его квартира. А у меня ничего. Это нечестно.
— Это справедливо, — тихо сказала Лиза. — Ты ничего не имеешь, потому что ты ничего не делал. Ты — пapaзит, Олег. Всегда им был. Ты никогда не думал ни о ком, кроме себя. Ты даже не позвонил мне, когда я лежала в больнице с аппендицитом два года назад. Тебе было плевать — я ведь тогда была простая бедная сестренка, с которой нечего было взять. А теперь ты пришел, потому что у меня появился мужчина, и ты решил, что я теперь — дойная корова.
Олег шагнул к ней. Он был выше, шире в плечах, и попытался нависнуть, используя свой рост, как оружие.
— Ты мне это говоришь? — прошипел он. — Ты, выскочка. Да ты сама никогда бы эту квартиру не купила, если бы не…
— Если бы не что? — перебила Лиза, сверкнув глазами. — Если бы не моя работа? Если бы не мои бессонные ночи? Если бы не мои кредиты, которые я отдавала несколько лет, пока ты прогуливал колледж? Да ты понятия не имеешь, что такое заработать хотя бы сто рублей. Ты просто пришел и решил: «А дай-ка я отберу у сестры все, что она нажила, потому что я – неудачник, и это ее вина».
— Заткнись, — Олег сжал кулаки. — Я требую! Ты отдашь мне квартиру, или я… я сделаю так, что ты пожалеешь. Я расскажу Сергею, что ты была нищей, что ты мыла посуду и полы в ресторане.
— Отлично, — Лиза усмехнулась. — Расскажи. Только он все это знает. Кстати, Сергей, когда начинал свой бизнес, сам в домах, которые они строили, электрику прокладывал. Не стеснялся в рабочем комбинезоне ходить. Не то, что ты – тебе проще украсть деньги из кассы на работе. Помнишь? У меня остались документы с тех пор, как мама тебя «отмазывала», Олег. Скриншоты, выписки. Я все собирала. На всякий случай.
Олег побледнел. Он явно не ожидал такого отпора.
— Ну, ты и … — грубо выругался он.
— Я просто научена тобой, — спокойно ответила Лиза, чувствуя, как напряжение начинает отпускать. — Ты много лет учил меня тому, что доверять тебе нельзя. Спасибо за урок. А теперь убирайся из моей квартиры.
— Нет, — уперся он. — Я не уйду. Я буду сидеть здесь, пока ты не подпишешь доверенность. Я приведу сюда маму. Она скажет тебе…
— Мама? — перебила Лиза. — Мама, которая всю жизнь оправдывала твои пьянки и гулянки? Мама, которая сказала мне, что я должна отдать тебе свой ноутбук, потому что «у тебя, Лиза, теперь зарплата большая, а у брата нет»? Знаешь, я устала быть «хорошей дочерью» и «хорошей сестрой» для вашего удобства. Мама уже звонила мне вчера и уговаривала отдать тебе хотя бы машину. Я отказала. Так что твой козырь — мама — не работает.
— Ты не посмеешь, — прошептал Олег.
— А ты посмел прийти сюда с требованием забрать у меня все, что я создала? — парировала Лиза. — Я не виновата, что ты прожигаешь свою жизнь. А ведь все просто: встань на учет в центр занятости, найди работу. Но ты этого не сделаешь. Ты лучше будешь ныть и требовать. Это же так просто — прийти к сестре и сказать: «Дай». Нет, Олег. Не дам. Ни квартиры, ни машины, ни рубля.
Олег заметался по кухне. Он опрокинул стул, схватил со стола красивую вазочку, которую Лиза привезла из Праги.
— Если ты сейчас разобьешь это, — сказала Лиза ледяным тоном, — я звоню в полицию. Ты здесь незаконно. Я вызову наряд, и у тебя будут проблемы. Не забудь про то, что у тебя уже есть условный срок. Хочешь сесть? За угрозы, за вымогательство?
Олег замер. Злость в его глазах боролась с трусостью. Он понял, что Лиза не шутит. Он прочитал в ее глазах ту стальную решимость, которая помогала ей выживать пять лет назад.
— Ты… ты просто дypа, —сказал он и поставил вазу на место с таким грохотом, что чуть не разбил ее. — Думаешь, он тебя не бросит? Думаешь, если он богат, он будет с тобой вечно? Он вышвырнет тебя, когда ты надоешь, и ты приползешь домой – ко мне, к матери. Нищая. И тогда я посмотрю, будешь ли ты такой гордой.
— Это мои проблемы, — Лиза подошла к входной двери и открыла ее настежь. — Уходи.
Олег вышел, толкнув плечом Лизу, и бросил на прощание:
—Ты еще пожалеешь.
Он хлопнул дверью. Лиза вернулась в комнату, села в кресло. Она победила. Не Олега. Она победила то чувство вины, которое ей годами прививала мать: «Уступи, ты же старшая», «Он же слабый», «Ему нужна твоя помощь».
Она прошла на кухню, выбросила банку колы в мусорное ведро и вытерла мокрый след на столешнице.
Через полчаса приехал Сергей. Он увидел ее бледное лицо и встревоженно спросил:
— Что случилось? Ты плакала?
— Нет, — Лиза улыбнулась, обняла его и уткнулась носом в плечо. — Олег приходил. Я просто… освободилась.
—В каком смысле?
— Я наконец-то перестала быть для него «сестрой-спонсором», — прошептала она. — Я просто закрыла дверь и сказала «нет». Я не знала, что это так приятно.
— Приятно, когда выигрываешь бой, — сказал Сергей. — Надо было мне позвонить, я мог бы приехать раньше, ты знаешь.
— Нет, это я должна была сделать сама, — покачала головой Лиза. — Это была моя битва. И я выиграла.
Они сидели на кухне, пили кофе, и квартира казалась еще более светлой и родной. Машина у подъезда – ее машина – никуда не делась. Никто ее не требовал.
А Олег, выйдя на улицу, пнул колесо чужой машины и пошел пешком к метро. В кармане пустота, в душе – злоба. Он позвонил матери и заорал в трубку:
— Она мне ничего не дала! Она выгнала меня!
Мать что-то говорила в ответ, но Олег выключил телефон. У него больше не было надежды, что кто-то придет и решит его проблемы. Потому что Лиза больше не была его «доброй сестрой». Она посмела сказать «нет» и разбила все его иллюзии о «родственном долге».
Он шел по городу, и впервые за долгие годы чувствовал то, что чувствовала Лиза пять лет назад: он был один. Только он не работал, не спал по четыре часа и ничего не строил.
Он шел, нищий и злой, потому что мир оказался слишком жесток к тем, кто ничего не создал, но хотел все получить. Бывает, что у таких людей что-то получается. У него ничего не вышло.
Собрал свои манатки и пошел вон из моей квартиры! – кричала жена