Алина и Сергей не торопились производить на свет детей. Родственники часто твердили, что уже давно пора осчастливить родителей внуками, но Алина с мужем оставались непоколебимы. Семья, по их мнению, не начиналась с рождением ребенка — её надо было создать раньше, выстроить фундамент из доверия, уважения и общих ценностей. Ребенок же становился новым членом этой уже состоявшейся семьи, а не причиной для её возникновения.
В последнее время им часто ставили в пример старшую сестру Алины – Маргариту.
У нее было двое детей — Денис восьми лет и Даша шести. И Рите почему-то казалось, что родственники, все без исключения, должны выходные дни и праздники проводить с её детьми. Это не обсуждалось, это подавалось как непреложный факт.
— Ты понимаешь, — говорила Алина мужу за ужином, — Рита считает, что мы все должны крутиться вокруг её детей. Как будто ни у кого из нас нет ничего более важного, чем обязанность нянчиться с Денисом и Дашей. Я люблю своих племянников, но не готова посвятить им всю свою жизнь.
Сергей лишь усмехался в ответ. Он знал своевольный характер свояченицы и предпочитал держаться от неё подальше.
В то время Алина и Сергей жили с родителями Алины в их просторной квартире. Они копили на собственное жильё и терпели неудобства совместного быта.
Мать Алины — Наталья Петровна — была мягкой женщиной, она привыкла уступать старшей дочери. И она, и ее муж, отец Риты и Алины, всегда были рады видеть внуков — это правда. Но вот обслуживание детей почему-то считалось обязанностью младшей дочери.
— Алина, ты же дома, — говорила мать. — Посмотри за Денисом, пока я суп поставлю.
— Но мама, у меня свои дела.
— Какие у тебя дела? Ты же всё равно ничего не делаешь.
Алина чаще всего уступала. Сергей молчал, хотя внутри у него всё кипело. Он не хотел ссориться с родителями жены, но и терпеть такое положение вещей становилось всё сложнее.
Однажды случилось то, что стало первой трещиной в семейном спокойствии.
Алина с мужем собрались в гости к друзьям. Они долго планировали этот вечер — купили вино, Алина выбрали платье, Сергей даже побрился, чего не делал по выходным уже несколько месяцев. Уже собирались выходить, когда отец Алины, Игорь Семёнович, выглянул из кухни и удивлённо поднял брови.
— Вы куда это собрались? — спросил он. — Вы же знаете, что Рита с детьми приедет.
Алина замерла с сумочкой в руке.
— Что значит — приедет? Мы договаривались?
— Как не договаривались? Я вчера вечером с Ритой по телефону разговаривал, она сказала, что приведёт детей к нам на весь вечер. Я думал, ты знаешь.
— Папа, я не знала. Она мне не звонила.
Игорь Семёнович нахмурился. Он считал, что дети должны слушаться старших, а планы семьи должны согласовываться.
— Ну раз она приедет, вы останетесь, — сказал он тоном, не терпящим возражений. — Кто будет детьми заниматься?
— Папа, мы давно обещали друзьям.
— Куда вы собрались? — вмешалась мать, выходя из кухни. — Вы же знаете, что Рита устаёт и на работе, и с детьми. Ей нужна помощь.
— А мы не устаём? — тихо спросил Сергей, но его никто не услышал.
Алина надела пальто.
— Мы уезжаем, — сказала она твёрдо. — Нас никто не предупреждал. Рита должна была позвонить мне лично и согласовать свой визит.
— Но как же? — растерянно пробормотала мать.
Однако Алина и Сергей уже вышли за дверь.
Родители кое-как справились с внуками, но вечер был испорчен. Наталья Петровна готовила, Игорь Семёнович пытался развлечь Дениса, а Даша капризничала и просила Алину.
— Почему тётя Алина ушла? — спрашивала девочка.
— У неё дела, — коротко отвечал дед.
Он был зол. Рита тоже. Вечером она высказала матери всё, что думает о младшей сестре и ее муже.
— Им лишь бы гулять, — заявила Рита. — А мы должны с детьми мучаться. У нас с мужем тоже выходной, между прочим.
Наталья Петровна вздыхала и обещала поговорить с Алиной. Но разговора не вышло — младшая дочь не считала себя виноватой.
Был и ещё один случай, который окончательно испортил отношения между сестрами.
Алина с мужем были приглашены на юбилей к коллеге Сергея. Мероприятие было торжественным — отмечали пятидесятилетие, готовились тосты, подарок. Родители Алины в этот же день собрались на день рождения к сестре Игоря Семеновича — важное семейное событие, которое они не могли пропустить.
Заранее никто никого не предупредил. Как всегда.
В субботу раздался звонок. Рита сообщила радостным голосом, что уже собирает детей и через час будет у родителей.
— Дети к вам на все выходные, — сказала она. — Денис хочет поиграть в приставку, а Даша — посмотреть мультики. У вас же есть интернет?
— Рита, — мягко сказал Игорь Семёнович, — но мы уезжаем. Через час такси приедет, мы с мамой едем на день рождения к тете Любе.
Повисла пауза.
— А как же дети? Я же уже собралась! — возмущенно заявила Рита.
— Так ты не предупредила, — терпеливо объяснял отец. — Мы не знали.
— Но Алина же дома! Пусть она посидит!
Игорь Семёнович перевёл взгляд на младшую дочь, которая как раз выходила из спальни в вечернем платье. Волосы уложены, макияж, серьги — она явно не собиралась отменять свои планы.
— Алина, — сказал отец, зажимая трубку ладонью, — Рита привезёт детей. Мы уезжаем. Тебе придётся остаться.
Алина рассмеялась коротко и зло.
— Нет, папа. Я не останусь. Я, в конце концов, не нянька по вызову.
— Но дети!
— Рита должна была позвонить заранее. И не тебе, а мне. У меня — муж, и у нас — своя жизнь.
— Что ты такое говоришь! — воскликнул отец. — Они же твои племянники!
Алина надела туфли.
— Это не значит, что я должна жить их жизнью. Мы уезжаем.
Она подошла к телефону и громко сказала в трубку:
— Рита, я не буду сидеть с твоими детьми. В следующий раз спрашивай, можно ли их привозить.
И положила трубку.
Сергей молча стоял у двери. Он видел, как побледнело лицо тёщи, как набычился тесть. Но ничего не сказал.
Рита приехала и застала пустую квартиру. Пришлось ехать обратно. Она была очень недовольна — выходной день пропал, она хотела отдохнуть от детей, пойти в салон, встретиться с подругами. Но не вышло.
— Алина эгоистка, — говорила Рита матери по телефону. — Ей плевать на семью.
Наталья Петровна вздыхала. Она любила обеих дочерей, но старшая всегда была ближе — она родилась первой, трудной беременностью, её баловали. Алина же родилась спустя семь лет, когда всё уже было налажено, спокойно, и росла без особых хлопот.
Прошло три года
Алина и Сергей наконец купили квартиру — небольшую, двухкомнатную. В ней пахло новой мебелью и свободой. Они жили так, как хотели: Сергей работал инженером, Алина после долгих колебаний решилась на беременность.
Их сыну было пять месяцев. Крошечный Рома лежал в кроватке, гулил и улыбался. Алина наслаждалась каждым днём, — это был её ребёнок, желанный и любимый.
И тут Рита с мужем объявили, что едут на две недели в Турцию.
— Мы так давно не отдыхали вдвоём, — говорила Рита по телефону матери. — И потом, мы кое-что планируем… ты понимаешь… Мы хотим попытаться завести третьего.
Наталья Петровна растрогалась.
— Конечно, конечно, отдыхайте. А дети? Вы их с кем оставите?
— С Алиной, — просто сказала Рита. — Она всё равно в декрете сидит. Пусть присмотрит за Денисом и Дашей.
— Но она не согласится, — неуверенно сказала мать.
— Согласится, — отрезала Рита. — Я уже всё решила.
Самое удивительное, что родители Алины поддержали старшую дочь. Игорь Семёнович лично позвонил Алине.
— Дочь, — начал он без предисловий, — Рита с Сашей улетают в Турцию. Дениса и Дашу оставят у тебя. Ты же в декрете, тебе не сложно. Бабушка поможет, если что.
— Папа, я не согласна, — ответила Алина.
— Что значит не согласна? Это же всего на две недели!
— Папа, у меня пятимесячный ребёнок. У меня режим, кормление, недосып. Я не могу взять на себя ещё и чужих детей.
— Они не чужие, они твои племянники!
—Какая разница! Я не буду с ними сидеть.
Но родители не слышали. Они приехали к Алине сами — с Денисом, с Дашей, с их вещами, игрушками и рюкзаками.
— Мы их оставим, — сказала Наталья Петровна, заходя в прихожую и снимая пальто. — Рита улетает завтра вечером.
Алина стояла в дверях с сонным Ромой на руках.
— Мама, я сказала — нет.
— Не глупи, — нахмурился отец. — Мы уже привезли детей. Ничего не случится. Бабушка будет приезжать помогать.
— Ага, — горько усмехнулась Алина. — Бабушка будет приезжать. Так я и поверила. Все будет как тогда, когда мы жили у вас. Помните, как я должна была сидеть с ними, пока вы отдыхали?
— Это другое!
— Нет, папа. Это то же самое. Только теперь у меня есть свой ребёнок, которого я не брошу ради капризов Риты.
Разгорелся скандал. Алина, не повышая голоса, высказала всё, что накопилось за годы. Она говорила о том, что Рита считает её прислугой, о том, что никто не считался с её временем и планами, о том, что её личная жизнь воспринималась как нечто несуществующее, раз у неё не было детей.
— А теперь, когда у меня есть ребёнок, я должна взвалить на себя ещё и детей сестры? На две недели? Две недели! У меня Роме пять месяцев! Он требует внимания каждую минуту! Вы хоть представляете, что это такое?
Родители молчали. Денис и Даша стояли в прихожей, не понимая, что происходит. Даша тянула дедушку за рукав.
— Деда, а мы останемся?
Игорь Семёнович вздохнул.
— Алина, — сказал он примирительно, — ну помоги сестре. Она устала.
— А я не устала? — голос Алины дрогнул. — Я не спала нормально уже пять месяцев! Кто-нибудь из вас хотя бы один раз пришел помочь мне? Хотя бы с коляской погулять, пока я пару часов посплю? У меня муж на работе, я одна с ребёнком. И вы привозите мне ещё двух детей, чтобы я сидела с ними две недели? Нет. Я не буду.
Она перевела дух.
— Если вы так сильно хотите помочь Рите и Саше, пусть эти две недели дети поживут у вас. У вас есть квартира, есть время, есть желание. Вы ведь всегда говорили, что любите внуков.
— Но мы уже старые, — начала мать.
— Вы не старые, мам. Вам по шестьдесят пять. Это не возраст. Вы просто не хотите брать на себя ответственность. Вы решили быть добрыми, но снова за мой счет.
Повисла тишина. Дети смотрели на взрослых большими глазами. Рома заплакал на руках у Алины.
— Забирайте детей обратно, — сказала Алина устало. — Я не буду с ними сидеть.
Родители переглянулись. Наталья Петровна заплакала.
— Как ты можешь… Неужели тебе трудно?
— Да, мне трудно.
— Ну, пусть тогда Сергей возьмет отпуск на это время, — предложила мать.
— Даже не предлагайте, — ответила Алина.
Родители уехали. Даша плакала в машине, не понимая, почему тётя Алина их прогнала. Алина стояла у окна и смотрела, как уезжает машина родителей. Рома успокоился и снова заснул.
— Всё правильно, — сказал Сергей, когда вечером Алина рассказала ему о визите родителей и предложении Риты. — Ты всё правильно сделала.
А Рита была в ярости. Родители тоже не соглашались оставаться с внуками на две недели — пришлось искать других родственников, чтобы оставить детей. Но в итоге нашлась какая-то дальняя тётя, согласившаяся приходить к родителям на полдня за деньги.
Рита обиделась на сестру и ее мужа, она не разговаривала с Алиной почти год. И родители тоже — они иногда звонили, чтобы узнать про Рому, но говорили очень коротко, в гости не приезжали, к себе не приглашали.
— Алина должна извиниться, — говорил Игорь Семёнович. — Перед сестрой, перед нами. Она не права.
Алина молчала. Она не чувствовала вины.
Но год спустя случилось то, что перевернуло всё.
Наталья Петровна попала в больницу с воспалением лёгких. Всё началось с обычной простуды, которую она не долечила, а потом резко поднялась температура, начался кашель, слабость. Скорая забрала её из дома и тут же отвезла в больницу.
Игорь Семёнович остался один в пустой квартире. Он не мог готовить, не мог нормально убраться — это всегда делала жена.
— Рита, — позвонил он старшей дочери, — мама в больнице, мне нужна помощь. Приезжай, помоги с домом, приготовь что-нибудь.
— Папа, я не могу, — ответила Рита. — Я вожу Дениса на секции. И у Даши репетитор по английскому. Я просто не успеваю.
— Но я один…
— А что Алина? Она же не работает, пусть она и помогает.
Игорь Семёнович вздохнул. Он не хотел звонить младшей — обида ещё не прошла. Но выбора не было.
— Дочь, — сказал он глухо. — Мама в больнице. Мне нужна помощь.
Алина молчала несколько секунд. Потом сказала:
— Я приеду завтра утром.
— Ты… ты не сердишься?
— Папа, мама в больнице. Какие сейчас ссоры?
Она приехала с Ромой на руках, привезла продукты, убралась, приготовила еды на несколько дней. Сергей помогал, чем мог. Алина ходила в больницу к матери, приносила передачи, разговаривала с врачами.
Наталья Петровна плакала, когда видела её.
— Прости меня, дочка, — говорила она слабым голосом. — Мы были не правы. Всегда тебя обижали. Старшая у нас… она всегда требовала, а ты терпела. Прости.
— Всё хорошо, мама, — отвечала Алина. — Ты выздоравливай.
Рита приехала один раз, привезла цветы и уехала через час — у неё были дела. Игорь Семёнович смотрел на неё и молчал.
— Рита, — сказал он наконец, — ты хоть понимаешь, что Алина бросила всё и приехала? С ребёнком на руках…
— Я тоже хотела, но у меня…
— У тебя всегда главное — «у меня». А у Алины тоже есть своя жизнь. Но она здесь. А ты — нет.
Рита обиделась и уехала. Алина осталась.
Прошло ещё несколько недель. Мать пошла на поправку, отец научился готовить простые супы. Отношения в семье начали выравниваться — медленно, с болью, но искренне. Алина помогала родителям, когда могла, когда у нее было свободное время.
Но теперь, если Алина говорила «нет», родители принимали это нормально.
Родня обиделась