Я полы мыть пойду, но с тобой не останусь, — ответила жена

— И как ты жить без меня собралась?

Ты же ни дня в своей жизни не работала, — язвительно добавил он.

— Я разберусь! — с вызовом ответила жена. — Полы пойду мыть, если надо будет, но с тобой жить точно не собираюсь!

В свои 33 года Максим был вполне доволен жизнью.

Доход у него был приличный: он сдавал в аренду пару коммерческих объектов и руководил техперсоналом в управляющей компании.

У него были жена Ульяна и л..бовница Карина (обе красавицы, одна — блондинка, вторая — брюнетка) и две очаровательные дочери: Милана и Богдана.

Первую девочку ему родила супруга, а вторую — л..бовница, и разница в возрасте у девочек была всего год.

Разумеется, Ульяна не догадывалась о существовании л…бовницы у мужа, а Карина периодически устраивала Максиму сцены, пытаясь добиться, когда он разведётся с женой.

Ему успешно удавалось отбиваться от этих претензий, ведь разводиться с Ульяной и вообще как-то менять свою жизнь он не собирался.

Тем удивительнее для него было услышать от жены, что она с ним разводится.

— Ты ошалела? С чего это тебе в голову взбрело?

— Да ты достал меня уже! Туда не ходи, это не делай, то не говори! Да ты просто абьюзер! — выдала Ульяна.

— Где ты слов-то таких нахваталась? — приподнял брови Максим. — И как ты жить без меня собралась?

Ты же ни дня в своей жизни не работала, — язвительно добавил он.

— Я разберусь! — с вызовом ответила жена. — Полы пойду мыть, если надо будет, но с тобой жить точно не собираюсь!

— Подожди… Ты л..бовника, что ли, завела? — он шагнул в её сторону.

— Ой, кто бы говорил! — Ульяна даже на шаг не отступила. — Ты думаешь, я не знаю про Карину и Богдану?

У самого рыльце в пушку, а ещё тут предъявляет мне.

«Каринка, за..раза, выполнила свою угрозу, — подумал Максим. — Ну я ей устрою».

А вслух сказал:

— Я мужчина, и это нормально, а таких, как ты, называют…

— Да мне всё равно — называй, как хочешь! Только мы разводимся.

Максим едва удержался, чтобы не у…дарить Ульяну — настолько она его разозлила.

Он, значит, берёг семью, заботился обо всех — да они молиться на него должны, а не выкаблучиваться!

— Вали к своему л..бовничку, но дочь останется со мной!

— Ещё чего! Милану я тебе не отдам!

— Куда вы пойдёте-то? К твоей нище…брод.ке-мамаше?

— Это не твоё дело. Твоё дело — алименты платить.

— Ты ничего не попутала, дорогая?

Они ещё долго скан..далили, но в итоге Ульяна всё же подала на развод, и три месяца на примирение, назначенные судом, её мнения не изменили.

А больше всего Максима взбесило то, что Милану суд оставил матери.

Какой бы нище..бродкой ни считал он тёщу, но у той имелся трёхкомнатный дом, а Ульяна успела устроиться на работу в магазин.

— Это ненадолго, — прошипел он уже бывшей жене на выходе из здания суда. — Моя дочь с такой матерью жить не будет.

— У тебя есть ещё одна дочь — вот ей и занимайся, — парировала Ульяна.

Максим с ненавистью посмотрел ей вслед.

С Кариной тоже было всё не так просто. Она клялась и божилась, что ничего не сообщала Ульяне:

«Может, она сама всё выяснила, решив тебя бросить под благовидным предлогом?»

Верить ей или нет, Максим так и не решил, как и предложение делать не торопился.

Он ещё не посчитался с Ульяной, возомнившей себя чё..рт знает кем.

Его, Максима, женщины не бросают!

Раз в неделю он виделся с Миланой, регулярно перечислял алименты ей в размере одного прожиточного минимума, и очень удивился, когда бывшая жена спустя три месяца после развода заявила, что они с дочерью едут на отдых в соседнюю страну.

— На какие шиши, интересно? — язвительно поинтересовался он. — Всё-таки есть ха..ха…ль, да?

Имей в виду, я ещё проверю, кого ты хочешь вместо меня дочери показать!

— Не твоё дело! — Ульяна давно уже не смущалась и не терялась от его речей. — Лучше бы денег дал Милане на отдых.

Они в очередной раз поссорились. Максима злило, что он до сих пор не узнал, кто же л..бовник его экс-супруги.

За Ульяной он и сам присматривал, и знакомых расспрашивал, но пока никакого мужика рядом с матерью Миланы не наблюдалось.

Бывшая с дочерью должны были вернуться с отдыха через две недели, однако прошёл месяц, а этого не произошло.

Телефон дочери был отключён, а Ульяна только прислала несколько сообщений, что у них всё хорошо.

— Алевтина Фёдоровна, где ваша дочь?! — Максим потребовал объяснений у бывшей тёщи. — Что вообще происходит? Мне в полицию на розыск подавать?

— Не трудись, — презрительно ответила женщина. — У моей дочери и внучки теперь (это слово она выделила) всё хорошо.

— Да что хорошо-то? Нет, я понимаю, что вы меня не любите, но знать-то я могу про свою дочь?!

— Замуж вышла моя Ульяночка за хорошего человека, — с торжеством произнесла Алевтина Фёдоровна. — Жить будет там, и всё у них с Миланочкой будет прекрасно.

— Чего-о-о?! Вы совсем, что ли, ошалели?!

— Ты тут не кричи, а то я полицию вызову, — бывшая тёща захлопнула перед ним дверь.

Пришлось Максиму выпытывать всё у подружки Ульяны.

Та тоже с каким-то злорадством поведала, что его бывшая жена несколько месяцев переписывалась с заграничным женихом, а потом поехала к нему в гости и осталась:

«Вот повезло же!»

Максим был готов всё вокруг разгромить от злости.

Знает он этих женихов — продадут в ра..бство, и все дела! Да фиг с ней, с Ульяной, но его дочь пострадать не должна!

Ульяне, видимо, уже доложили, что он в курсе происходящего, поэтому, когда Максим ей позвонил в очередной раз, она взяла трубку.

— Поорал — легче стало? — ехидно спросила она, когда он высказал ей всё, что думает по поводу её отъезда и замужества. — Ничего ты не сделаешь.

А у нас всё нормально, можешь сам спросить у дочери, я включу её телефон.

Однако Милана, хоть и показала на видео свою комнату с хорошим ремонтом, полностью мебелированную и с игрушками, но выглядела печальной:

«Я соскучилась по тебе, папочка».

Первым порывом Максима было прыгнуть в самолёт и забрать свою дочь силой, но его пыл охладила Карина, с которой они теперь жили вместе.

— Во-первых, ты просто не знаешь адрес, — рассудительно заявила она. — Во-вторых, если ты действительно хочешь забрать дочь к себе… к нам, то нужно всё сделать по закону.

Он посчитал её доводы разумными и отправился в опеку.

— Как вы себе это представляете? — с недоумением спросила у него сотрудница опеки. — Девочка с матерью, жива и здорова. Вы сами говорите, что видели её в приличной обстановке…

— Да! Но она не хочет там жить! — негодовал Максим. — И я не хочу, чтобы она там жила с этими… Бог знает, как там с ней обращаются на самом деле!

— Послушайте, мы можем проверить условия проживания ребёнка только на территории России…

— Но должен же быть какой-то выход! Неужели я один такой?! Ульяна же вывезла дочь без моего разрешения! Это законно вообще?

— А вы оформляли запрет?

— Нет… Я же ничего не знал.

— Увы…

Максим всё-таки добился того, чтобы сотрудница опеки позвонила Ульяне. Та спокойно объяснила, что с ней и дочерью всё в порядке, и ничего никому доказывать она не намерена.

Он пошёл в суд, чтобы там определили место жительства ребёнка с ним.

— Я разговаривал с Миланой несколько раз. Девочка всё время плачет, не хочет ходить в школу, где её обижают, просится ко мне, — объяснял Максим.

— Есть какие-то доказательства?

— Да, у меня есть видео, где видно, что у ребёнка на руке синяк и ссадина на колене.

— Ну и что? Почему вы уверены, что её избивают? Дети в таком возрасте нередко травмируются сами. С велосипеда упала, например.

Даже если сейчас будет принято решение в вашу пользу (для чего нет серьёзных оснований), как вы себе представляете выполнение этого решения?

Он писал запросы куда только можно. И всё-таки выяснил адрес бывшей жены и добился того, чтобы туда приехала местная полиция.

Впрочем, на территорию частного дома их не пустили, а оснований врываться туда у правоохранителей не было:

«Частная собственность неприкосновенна. Вы воюете с бывшей женой, а такие разбирательства не в нашей компетенции».

Карина уже смотрела на него с испугом — Максим стал просто одержим идеей забрать себе дочь, похудел, плохо спал и ел…

Вся эта эпопея растянулась на несколько месяцев. Милана стала отвечать на его звонки всё реже и уже не плакала, но останавливаться Максим не собирался.

В итоге он всё-таки добился, чтобы в ситуацию вмешалось российское консульство в той стране.

Ульяна, видимо, устав от всего этого, впустила в дом проверяющего, и тот снял видео для Максима и опеки.

— У меня всё хорошо, — радостно улыбалась в кадре Милана. — Мамин муж мне всё покупает и не обижает.

Я в школе подружилась с девочками, а скоро у меня родится братик.

В кадре появилась довольная Ульяна, явно находившаяся в положении.

— Да, это правда. Поэтому у нас в доме сейчас небольшой ремонт — не обращайте внимания, — мило улыбнулась она.

— Папочка, я тебя люблю, — камера снова показала Милану. — Но мне тут правда хорошо, и я хочу жить с мамой.

Максим не мог прийти в себя от увиденного…

— А что такого? — пожала плечами Карина. — Ребёнок адаптировался, не переживай.

Он одарил её уб…ийственным взглядом и вышел из квартиры, хлопнув дверью. Он придумает что-то ещё…