— Мам, Наташа пропала! – Полина рыдала в трубку. – Уже вот как три часа ее нет и телефон выключен. К тебе она не приезжала?
— Нет. Как это – пропала?
— Вот так – вышла из школы и нет ее. Собиралась прямиком идти домой, я ей позвонила, она сказала, что уже идет. А теперь телефон отключен.
— Ну я не знаю какие у вас там технологии отследи ее по навигатору, что ли, или как там это у вас называется. В полицию позвони.
— Да у нее смартфон сломался, ей пришлось пока кнопочный взять. Не знаю, может появится. Я тебе позвонила только лишь потому, чтобы уточнить – не приезжала ли она к тебе.
— И что я теперь должна делать? Сидеть сложа руки и в окно смотреть после этой новости? Ты ничего ей не говорила плохого, не ругала?
— Да ничего особенного, все как обычно. Утром встала, оделась, ушла в школу. Мы с ней и словом не обмолвились.
— Как это – не обмолвились? Вы с ней что – не разговариваете? Ну, Полина, это в твоем характере.
— Просто я еще спала, а она собиралась в школу, поэтому не общались.
— Я сейчас к тебе приеду.
— Мама, не надо, я сама ее найду. Я в полицию позвоню, если не найду.
Ну вот как Тамара будет сидеть спокойно, если такая проблема? На Наташу это непохоже, чтобы она взяла и так просто ушла из дома. Внучке 14 лет, очень послушная, воспитывается в строгости у мамы, не как ее младшая сестра – флегматичная семилетняя Кристина, которой на все наплевать. Девочки от разных отцов, которых Полина не сумела удержать – характер у нее больно крут. Строгость распространяется на обеих девочек без исключения, только Наташа с детства какая-то очень покорная, а Кристина не реагирует на материнскую строгость, она сама себе на уме.
Так, ну что делать? Надо попросить соседку, чтобы приглядела, если что, за хозяйством – мало ли на сколько затянутся эти поиски. Тамара собралась, пошла на электричку, ехать полтора часа до города. Чего она только не передумала, пока ехала – слышала по местному телевизионному каналу, что какой-то подозрительный тип ошивается у школ и детских садов. Ничего страшного он не делает, но почему-то там ошивается, все что угодно может произойти. Звонила Наташе на телефон, все бесполезно. Полине пока не надо звонить, лучше при встрече детали выяснить, сама бы она позвонила, сказала, что все хорошо.
— Мам, ты зачем приехала? – Полина встревожена, но уже не рыдает. – Я сама Наташку найду.
— А как я могу сидеть, зная, что внучка пропала? Ты в полицию звонила?
— Нет! Не хочу, чтобы потом нас на учет ставили! Да еще не такой уж и вечер.
— Полина, о чем ты говоришь, какой учет? С Наташкой беда! Вдруг его тот самый словил, про которого по телевизору говорили, что он у школ отирался? Ты представляешь, что с ней может случиться? Пусть хоть на сто учетов ставят, но нам надо нашу девочку найти! Я вызываю полицию.
— Нет, — Полина вырвала у мамы телефон из рук. – Вот этого не надо. И вообще – зря я тебе позвонила, решила бы сама свою проблему. Я только у тебя спросила – приезжала ли к тебе Наташа. Ты мне ответила – нет, ну этого и достаточно. Ты чего сюда приехала? Ну кто тебя просил?
— Ты мне позвонила и меня напугала. Как я должна была действовать?
И в ту же минуту на телефон Полины позвонили. Она схватила трубку.
— Алло? Что? Сейчас забегу.
Полина обратилась к матери.
— Это соседка. К ней там знакомый пришел, который занимается поиском людей, я сейчас, побудь с Кристиной.
Кристина лежала на диване с планшетом и делала вид, что вся окружающая суета ее не касается. Впрочем – как обычно.
— А это чей телефон? – спросила Тамара у внучки, указывая на лежащий на столе смартфон.
— Наташкин, — равнодушно ответила Кристина.
— Сломанный?
— Почему – сломанный? Мама у нее отобрала вчера.
— Так, это уже становиться интересным. А за что отобрала?
— За то, что Наташа долго со своим мальчиком болтала по телефону.
— Значит мама все же наказала Наташу? Они поругались?
— Еще как. Мама кричала, что контролировать ее теперь будет, из школы забирать, пока она в отпуске. Только она опоздала на несколько минут – Наташа уже ушла. Мама дала ей утром кнопочный телефон, но тот почему-то все время выключен.
— А что – у Наташи есть мальчик?
— Есть, но мама не разрешает с ним дружить. Наташа все время плачет, сказала, что из дома уйдет.
Так, все становиться гораздо понятнее. Полина просто ей наврала про то, что никакого повода не было. И все равно – не в Наташином это характере вот так просто пропасть. Только Тамара об этом подумала, как дверь открылась, и в квартиру вошла Наташа – живая, невредимая, но очень напуганная. Увидев Тамару, она бросилась к ней в объятия.
— Бабушка, забери меня отсюда! Переведи хоть в вашу школу в поселке, только подальше от мамы.
— Что – все так плохо? Почему ты мне не рассказывала, что у вас тут творится?
— Мама запрещает рассказывать тебе.
— А своего ума нет? Ах да, кстати, мама у соседки, пойду ее успокою.
Тамара зашла к соседке, позвала дочь, сказала мужчине, что никого искать не нужно, уже нашлась. Полина ворвалась в квартиру, схватила какую-то тряпку и стала ею бить Наташу.
— Где ты шаталась? – кричала она. – Как ты мимо меня из школы прошмыгнула? Почему телефон выключила?
— Я выкинула это старье, только симку достала. С такими уже не ходят, мне было стыдно! Я по городу гуляла, не хотела домой идти! Я тебя предупреждала, что когда-нибудь из дома уйду.
— Так уходи! – Полина стала выталкивать дочь за дверь. – В чем есть уходи. Без куртки и в тапочках.
Во всей этой возне участвовала и Тамара. Она старалась защитить плачущую внучку, вставала между Наташей и Полиной и даже несколько раз получила тряпкой по плечу.
— Ну все, хватит! – Тамара закричала на дочь так, что собственного голоса не узнала. – Угомонись сейчас же!
Тамара выхватила тряпку из рук Полины, подтолкнула Наташу в ее комнату, а дочь – на кухню для разговора.
— Ты понимаешь, что во всем случившимся сегодня – виновата только ты! – Тамару всю трясло. – Отобрала у дочки телефон, не разрешаешь ей с мальчиком общаться. Вот они – плоды твоего абсолютного контроля и строгости – первый раз девка из дома ушла, характер показала. Дальше будет только хуже, если не остановишься.
— Ей четырнадцать, а она вместо учебы по пацанам начала бегать.
— С учебой у нее все в порядке. А ты когда по мальчикам начала бегать? Сама рассказывала, что первый раз в тринадцать лет поцеловалась.
— Вот и результат, — сказала Полина. – двумя мужьями брошенная. Я не хочу, чтобы у меня дочки были такими.
— Результат – твой характер. С детства ты какая-то злая, все у тебя виноватые. Явно в деда пошла, в моего свекра. Тот такой же тиран был. А ты, к тому же, еще и врунья и детей этому учишь. Мне наврала, что никаких скандалов у тебя не было с Наташей, запрещаешь внучкам все мне рассказывать. Я хозяйство на соседку бросила, сюда примчалась, всякое по дороге надумала.
— Никто тебя не просил сюда приезжать, сами бы разобрались.
— Нет, это хорошо, что я приехала. Знала, что ты строгая с дочками, но чтобы до такой степени… Ну что мне – Наташку забирать к себе? Или продавать дом в поселке и что-то из жилья себе здесь в городе купить? Наташа подросток, то что случилось сегодня – это еще ягодки, она еще может показать изнанку своего покладистого характера из-за твоей тирании, и где ее будем искать?
Полина стояла у окна, прижавшись лбом к стеклу и молчала.
— Ты хоть когда-нибудь говорила с дочками на их личные темы кроме учебы и бытовухи?
Полина молчала.
— Ты свои проблемы и неудачи на дочерях вымещаешь! Это страшно! Они сбегут от тебя при первой же возможности, когда станут совершеннолетними. Ты не замечала, что люди от тебя бегут? Не задумывалась – почему? Заметь – не ты от них бежишь, а они от тебя. Даже подруг у тебя толком нет, а так – одни знакомые.
Полина молчала.
— Ну вот что, дорогая, первый звоночек уже прозвенел. Я не прошу тебя измениться, ты все равно этого не сделаешь, но предупреждаю – еще раз такое повториться, я заберу девочек к себе или сама сюда перееду, ты знаешь – просто так обещания я не даю. Во всем виновата только ты.
Тамара встала и пошла в детскую комнату. Кристина все так же смотрела в планшет, надев наушники, а Наташа сидела на диване, закрыв лицо руками. Тамара протянула ей телефон.
— На, забирай. Правильно сделала, что выкинула тот кнопочный.
— Мне мама сказала, что я неделю его не получу.
— А бабушка сказала, что получишь. И вообще, прекращай играть в молчанку, обо всем чтобы мне рассказывала, несмотря на то что мама запретила. У тебя должен быть личный психолог, я им для тебя буду. А теперь вставляй свою симку и покажи мне своего мальчика.
— Вот он, — Наташа гордо продемонстрировала фотографию светловолосого паренька. – Это Юра. Он классный! На год старше меня. Мы сегодня после школы с ним гуляли. Это он уговорил меня вернуться домой, а так я хотела у подружки переночевать, мама про нее не знает.
— Правильно Юра сказал. Ты представляешь, что бы за ночь с нами было? Так, давай с этой секунды ты мне все будешь доверять, хорошо?
— А ты маме не будешь рассказывать о том, что я тебе буду доверять? – шепотом спросила Наташа.
Ну надо же, как девочку мать затравила своим характером. Казалось бы – родная мама, пошептаться бы с ней о чем-то личном и сокровенном, но тут полный барьер. Уезжала Тамара с тяжелым сердцем – что будет дальше? Пока все хорошо – Наташа звонит почти каждый день, секретами делится, но, если что – Тамара согласна и дом продать, чтобы ближе к внучкам быть.
Ушла от такого замечательного мужа