— Мне 34, Сеня. Из них 12 лет я отдала тебе и твоим детям!
— Прости, но я заслуживаю большего. Я подаю на развод.
Квартиру оставляю вам, буду платить алименты.
Ада говорит, что расставаться надо цивильно, без драм. Поэтому просто собери мои вещи к завтрашнему утру.
Лида соскребала пригоревшую кашу со дна кастрюли. Ноготь на большом пальце надломился еще утром, когда она пыталась оттереть пятно с детского комбинезона, и теперь зазубренный край неприятно цеплялся за губку — было больно.
Муж вошел бесшумно. Он всегда так делал, когда собирался сказать что-то неприятное. Встал в дверях, подтянутый, в свежей рубашке, которую Лида гладила вчера в два часа ночи.
— Лид, надо поговорить. Серьезно, — он сложил руки на груди, демонстрируя рельефные бицепсы.
Он находил время на зал трижды в неделю, пока Лида таскала сумки из супермаркета и возила его мать к кардиологу.
— Если про кран в ванной, то сантехник будет завтра, — Лида не оборачивалась. — Я сама вызвала. А то твои «завтраки» уже месяц длятся.
— Дело не в кране, — Семен поморщился, как от зубной боли. — И вообще, перестань попрекать меня бытом. Речь пойдет о нас. Точнее, о том, что «нас» больше нет.
Она медленно положила губку в раковину и выключила кран.
— В смысле — «нас нет»? — она обернулась. — Дети спят за стеной, Семен. Твоя мать ждет, что мы в субботу отвезем ее на рынок. У нас ипотека на двадцать лет. Что ты несешь?
Семен вздохнул, его лицо неожиданно приняло страдальческое выражение.
— Понимаешь, Лид… Людям нужно расти, развиваться. А мы с тобой застряли в разных измерениях. Я иду вперед, читаю, обучаю, а ты…
Ну мышь серая, обслуживающий меня персонал. Мне с тобой поговорить не о чем, кроме цен на горох и давления моей матери.
Я прихожу домой, хочу дискуссии, хочу обмена энергией, а слышу только отчет о том, почем сегодня говядина!
Вот оно мне надо?!
— Сем, я занимаюсь домом и детьми, чтобы ты мог «идти вперед»! — опешила Лида. — Я делаю все, чтобы ты в своем костюме стоял на сцене и учил людей успеху!
Я здесь … за твоими детьми выгребаю и за твоей мамой ухаживаю! Когда мне развиваться? Между стиркой и глажкой твоих рубашек?
— Это отговорки для слабых, — муж брезгливо отвел взгляд. — Самодостаточная личность всегда найдет ресурс.
В общем, я встретил другую женщину. Адочка — моя коллега. Чтобы ты понимала разницу: она моложе тебя на десять лет, она стройнее килограммов на двадцать.
И, Лида, я уверен, её уровень интеллекта выше твоего пунктов на тридцать! С ней я чувствую драйв, я с ней молодой и дерзкий.
Не то, что с тобой…
Лида посмотрела на свое отражение в темном стекле духовки: волосы, собранные в куцый хвост, серое лицо, мешки под глазами. Красавица…
— Мне тридцать четыре, Сеня. Из них двенадцать лет я отдала тебе и твоим детям!
— А выглядишь ты на все пятьдесят пять. Прости, но я заслуживаю большего. Я подаю на развод.
Квартиру оставляю вам, буду платить алименты.
Ада говорит, что расставаться надо цивильно, без драм. Поэтому просто собери мои вещи к завтрашнему утру.
Муж развернулся и ушел, а Лида устало опустилась на стул. Что вообще происходит?
Развод прошел быстро. Семен ушел, оставив Лиде двух детей, свою вечно недовольную мать, у которой «внезапно» обострились все болезни сразу, и пустую половину шкафа.
С соперницей Лидия уже успела к тому моменту заочно познакомиться — Адочка вела блог «Интеллектуальный брак: как не стать теткой».
Там она выкладывала фото с квизов, литературных вечеров и походов.
Дети поначалу возвращались от отца в полном восторге.
— Мам, тетя Ада такая крутая! — кричал Сережка, бросая рюкзак в прихожей. — Она вчера нам про космос рассказывала! И она нас водила в музей роботов!
Не то что ты — вечно «уроки делай, суп ешь, убери в комнате».
У нее дома даже пыли нет, представляешь?
— Она смешная, — поддакивал Костик. — Она вчера папе сказала, что традиционная семья — это анах.. Ахан… Забыл я слово, короче.
И она никогда не носит халат. Она всегда в красивых костюмах, даже когда просто кофе пьет.
Лида молча слушала детей и продолжала все так же молча отпускать мальчишек к отцу.
Она просто продолжала тащить быт на себе, устроилась на работу в страховую и постепенно, по миллиметру, собирала себя по кускам.
Ада тем временем писала в блоге:
«Секрет наших идеальных отношений с любимым в том, что мы — два самодостаточных интеллекта.
Мы не душим друг друга бытовухой. Мы развиваемся вместе!».
А спустя год после их развода Ада эта забеременела. Блог наполнился постами о «высокоэффективном материнстве» и «йоге для осознанных».
А еще через девять на свет появился первый ребенок Семена и Ады.
Потом, спустя еще год, родился второй.
И началось…
Лида в выходные отправила мальчишек к отцу. Вернуться они должны были через несколько часов — у нее было время отдохнуть.
Только она набрала ванну, как в дверь постучали.
Лида посмотрела в глазок — сыновья.
— Ого, вы чего так рано? — Лида пропустила мальчишек в квартиру. — Папа же обещал вас в аквапарк отвезти. Рассказывайте, что стряслось?
— Какой там аквапарк… — сын швырнул куртку мимо вешалки. — Мам, там просто кошмар.
Тетя Ада весь день орала, что мелкие спать не ложатся. Потом начала на папу шипеть, что он «безответственный нарцисс» и совсем ей не помогает.
— Она какая-то злая стала, — второй сын присел на табурет, подпирая щеку рукой. — И, честно сказать, стр.ашная.
Волосы сальные, на лбу прыщи вылезли. И пахнет от неё не духами теперь, а кислым молоком и какой-то кашей.
Мы хотели поиграть в приставку, так она выдернула провода и сказала, что мы «инфантильные пара..зиты».
— А квизы? — осторожно спросила Лида. — Черные дыры? Литературные вечера?
— Ага, черные дыры… — хмыкнул Сережа. — Теперь у неё одна черная дыра — это стиральная машина, которая не справляется.
Она только и делает, что рявкает: «Не орите!», «Не топайте!», «Матвей опять об.дела..лся!»
Папа пытался ей что-то про свою новую конференцию рассказать, так она в него грязным памперсом кинула. Сказала, чтобы он заткнулся и пошел греть бутылочки.
А потом унитаз драить заставила, сказала, что и от нас, и от своих детей устала. Папа ее толстой назвал…
Лида отвернулась к плите, чтобы скрыть невольную улыбку.
— Мам, можно мы больше к ним не поедем на выходные? — тихо спросил Костя. — Там скучно и стр.ашно.
Там теперь как в д..рдоме, только все очень умные слова используют, когда друг на друга лают.
И еще эта Рита…
Лида замерла.
— Какая Рита?
— Ну, папа нам по секрету сказал, что она — его новый ассистент, — пояснил Сережа. — Она красивая такая, модная.
Приходила вчера «документы забрать». Папа с ней про какие-то стартапы шептался на кухне, пока тетя Ада в ванной плакала так, что через дверь слышно было.
Рита на тетю Аду так смотрела…
Лида поняла, что муж не угомонился. Аду совсем скоро постигнет ее участь.
Сыновей Семен не видел почти полгода, а Лида и не настаивала. Да и мальчишки особо не рвались к родителю.
Она с бывшим столкнулась неожиданно в торговом центре — она шла из парикмахерской в новом пальто, подчеркивающем фигуру.
Работа в страховой и отсутствие необходимости обслуживать «великого коуча» явно пошли ей на пользу.
Семен выглядел отлично. Подтянут, свежевыбрит, в руках — стакан с дорогим кофе.
Рядом с ним порхала, видимо, та самая Рита — тощая деваха с огромными глазами, восторженно заглядывающая ему в рот.
— О, Лида! — Семен кивнул ей, ничуть не смутившись. — Прекрасно выглядишь. Видишь, как свобода идет на пользу женщинам, если они умеют брать себя в руки.
— Спасибо, Сеня. Не могу сказать, что рада тебя видеть… Как Ада, как малыши твои?
Семен поморщился.
— Не знаю, Лид, мы давно вместе не живем — я ж от нее ушел. Адка как-то быстро превратилась в скучную, толстую, вечно недовольную тетку.
Расплылась, перестала за собой следить, с ней стало невозможно находиться в одной квартире.
Одни претензии, слезы и крики о том, что я ей «должен».
Устал я, в общем!
Лида приподняла бровь.
— И вот она — твоя новая муза?
Семен подбоченился:
— Как ты точно выразилась! Да, Ритуля — совсем другое дело. Она понимает меня с полуслова! Скоро в Сочи летим, на форум…
Рита звонко рассмеялась, прижимаясь к его плечу:
— Семочка, ну не рассказывай всё сразу! Лидия, вы не представляете, какой он глубокий человек.
Мы вчера три часа обсуждали кризис метамодерна!
— Представляю, — улыбнулась Лида. — Я очень хорошо всё это представляю. Рит, вы только… осторожнее с метамодерном.
От него иногда рождаются вполне реальные люди, которые хотят есть и кричат по ночам.
А Семен таких не любит. Сема вообще никого, кроме себя, не любит.
Семен недовольно дернул плечом:
— Ладно, нам пора.
Лида долго смотрела бывшему мужу вслед. Как она с этим ни..что..жест..в ом могла прожить столько лет? Где глаза ее были?!
С соперницей Лидию судьба столкнула через несколько дней в том же торговом центре.
Разлучница стояла у витрины детского магазина и что-то разглядывала. В коляске сидело двое малышей, их мать выглядела неопрятно.
Лида не сдержалась и подошла поближе.
— Привет, Ад.
Та вздрогнула, подняла глаза. С минуту вглядывалась, а потом, видимо, узнала.
— Лида? — она оглядела бывшую соперницу. — Здравствуй. Ты похорошела…
— Спасибо. Как жизнь? Я недавно Семку видела. У него что, пассия новая? Тебе хоть помогает?
Ада грустно улыбнулась:
— Да, Рита… Очередная «муза»… Знаешь, что он мне выдал вчера? Сказал: «Ада, твой интеллект, кажется, рассосался вместе с плацентой. Ты стала скучной».
Представляешь? Я ему двоих родила, я ночами не спала, я из кожи вон лезла, чтобы его «развитие» не прерывалось, а он мне про скуку…
Да я его гением считала!
Лида терпеливо слушала.
— Я его ненавижу, — прошептала Ада, и в её глазах блеснули слезы. — Я всё потеряла. Блог заброшен, подписчики ушли, фигура в лохмотья, мозги, как вата…
Я теперь для него просто «толстая и несамодостаточная». Он так меня назвал прямо при детях!
Лида достала из сумки визитку.
— Держи. Это мой адвокат. Ты ему позвони обязательно, он, как бультерьер — вытрясет из него такие алименты, что Семену придется подработку искать.
Ритка эта мигом от него сбежит. И нос не вешай! Тебе теперь есть, ради кого жить.
Ада взяла карточку дрожащими пальцами.
— Почему ты мне помогаешь? Я же тогда… такие г..дости в блоге про тебя строчила. Про «женщин старого уклада», которые тянут мужей на дно…
— Потому что я знаю, как это больно — с двумя детьми остаться, — ответила Лида. — На тебя я не обижаюсь давно, а Семку жизнь сама рано или поздно накажет. Адвокату позвони!
Лида подмигнула сопернице, развернулась и пошла к выходу. Она знала, что через год Семен найдет новую Риту, потому что нынешняя обязательно «растолстеет», а потом еще одну, и еще…
Слава богу, ее это уже не касается.
Предатели