— Ты не сможешь без меня! — Леня шагнул к ней, пытаясь взять за руки. — Ты же пропадешь, Марин.
— Нет, Леня, — Марина оттолкнула сожителя — У тебя есть пятнадцать минут. Сумки я уже достала.
— Да пошла ты! — Леня заорал. — Посмотри на себя! Кому ты нужна, кроме меня?
— Кто это, Марина? Твой бывший? — Леня выхватил телефон прямо из рук Марины.
— Лень, отдай, это просто звонок… — Марина попыталась дотянуться до аппарата, но он отступил на шаг, уже нажимая на кнопку ответа.
— Слушай сюда, мужик! Перестань сюда названивать. Ты больше ей никто. Теперь я ее муж. Понял? Забудь этот номер.
В трубке повисла тишина, а потом послышались короткие гудки. Леня швырнул телефон на диван и тяжело выдохнул, глядя на Марину.
— Зачем ты это сделал? — прошептала она. — Он же и так на грани… Ты же знаешь, что он говорил, когда я уходила.
— Хватит его жалеть! — Леня резко развернулся. — Он манипулятор. «Я умру, я не выживу»… Да все они так говорят.
А ты ведешься как маленькая. Нам нужно строить свою жизнь, а не оглядываться на всяких там бывших!
Марина села на край кровати, обхватив плечи руками. Перед глазами стояло лицо мужа — осунувшееся, черное от горя.
Она вспомнила их последнюю встречу, ту субботу, когда она пришла готовить ему обед. А теперь этот звонок…
Все началось почти три года назад. Марина работала в крупном холдинге. Восемнадцать лет в браке, двое детей-подростков. Жизнь текла размеренно, пока однажды в ее кабинете не раздался звонок по внутреннему номеру.
— Марина? Добрый день. Это Леонид, руководитель северного подразделения. У нас тут накладка с отчетами…
Марина замерла. По ее телу пробежали мурашки. Голос был глубоким, бархатистым, с едва заметной хрипотцой.
Она никогда не видела этого человека, но в ту секунду ей показалось, что она знает его всю жизнь.
— Да, Леонид… — она едва нашла в себе силы ответить. — Я слушаю…
Весь следующий год они узнавали друг друга. Оказалось, у Леонида тоже семья, двенадцать лет брака, двое маленьких сыновей.
Встречались сначала как друзья, а потом между ними вспыхнули чувства. Они то сходились, то расходились, Марина возвращалась домой, смотрела на мужа и понимала: она больше не может жить с человеком, которого не любит.
— Я ухожу, — сказала она мужу одним дождливым вечером. — Прости. Я полюбила другого.
Начался скан..дал. Муж сначала ругался, потом умолял:
— Если ты уйдешь, Марин… я уйду. Я не шучу. Я просто не смогу без тебя жить…
— Перестань, — она старалась говорить твердо, хотя руки дрожали. — Это глупо. У нас дети. Ты взрослый человек.
Она забрала детей и ушла к матери, но совесть не давала покоя. Каждую субботу она возвращалась в их старую квартиру вместе с сыновьями.
— Пап, мы тут суп принесли, — говорил старший, ставя сумки на стол.
— И котлеты, как ты любишь, — добавляла Марина, стараясь не смотреть мужу в глаза.
Она прибиралась, стирала его вещи, создавая иллюзию заботы. А в одну из таких суббот, пока они с детьми возились на кухне, муж затих в комнате.
Марина зашла проверить его и закричала. Он лежал на полу, бледный, рядом валялись пустые упаковки от таблеток.
— Скорую! Быстро! — крикнула она детям.
Его успели спасти. Но после этого случая Марина впала в оцепенение. Она любила Леню до дрожи, но страх за жизнь мужа сковывал по рукам и ногам.
— Марин, ты не можешь быть его заложницей, — убеждал ее Леня, когда они тайно встречались по вечерам. — Это шантаж. Самый настоящий эмоциональный шантаж.
— А если он правда сделает это? Лень, я не прощу себе. Никогда.
— Мы должны быть вместе. Я тоже готов уйти.
Но Леня не уходил. Его жена узнала о романе, устроила скан..дал, и на какое-то время они расстались.
А через три месяца он приехал к ней домой. Пьяный, в расстегнутой куртке, с красными от слез глазами.
— Я не могу без тебя, — он сполз по косяку двери. — Все готов отдать. Давай снимем квартиру. Начнем все заново.
Они сняли жилье. Два месяца жили как в сказке, скрываясь от всего мира. Но идиллия рухнула, когда Марина случайно заглянула в его телефон.
«Дорогая, я забронировал столик на пятницу. Буду вовремя, очень скучаю по детям и по тебе».
Это что, Леня? — она швырнула телефон на стол.
Он замер, не зная, что ответить.
— Это… Это просто чтобы она не злилась. Чтобы давала видеться с детьми.
— Ты планируешь свидание с женой, пока живешь со мной? Возвращайся к ней. Немедленно!
И он ушел, вернулся в семью. А потом снова вернулся. И так несколько раз…
После того звонка муж Марины замолчал. Месяц от него не было ни слуха, ни духа. Телефон выключен, даже на звонки детей не отвечал.
— Мам, мне страшно, — сказал младший сын. — Пойдем к папе. Вдруг он опять что-то с собой сделал?
Они пошли. Дверь была заперта изнутри на все замки. Марина вызвала полицию.
Когда дверь взломали, в нос ударил тяжелый, сладковатый запах. У Марины отнялись ноги…
— Женщина, отойдите! Детям не смотреть! — крикнул полицейский.
Муж пролежал в квартире около месяца. Причину так и не установили — слишком много времени прошло.
Но Марина знала причину. Это она во всем виновата….
В тот вечер, когда она сидела в пустой квартире, ожидая, когда заберут тело, ей пришло сообщение от Лени.
«Прости меня за тот звонок. Я люблю тебя».
«Он ушел, Леня, — написала она в ответ. — О не шутил».
Леня примчался через двадцать минут. Он взял на себя все заботы о похоронах, был рядом, держал ее за руку, когда она захлебывалась от рыданий.
Через три месяца они снова съехались, он развелся.
— Теперь все будет иначе, обещаю, — шептал он ей по ночам.
Сначала все действительно было хорошо. Дети привыкли к Лене, они часто собирались все вместе.
Проблемы начались, когда от бывшей жены Лени ушел ее новый мужчина.
— Лень, — Марина вошла в комнату, где он сидел, обхватив голову руками. — Опять она звонила?
— Она говорит, что не справляется. Дети плачут, кран течет, денег нет. Говорит, что она несчастная и никому не нужная.
— Но ты же платишь алименты! Ты помогаешь с ремонтом! Что ей еще нужно?
— Ей нужен муж и отец… Я, Марин…
Леня начал пить. Не сильно, но постоянно. Дети Лени уехали на юг к родственникам, и Марина, желая спасти их отношения, уговорила его полететь к ним.
— Тебе нужно отдохнуть, Леня. Побыть с сыновьями, отвлечься немного. Поезжай, милый…
Он улетел. А через два дня Марина узнала, что следом за ним полетела его бывшая жена.
Конечно, по телефону она закатила скан…дал, высказала все, что накипело…
— Ты пытаешься усидеть на двух стульях: строишь отношения со мной и не можешь отпустить ее!
Я собрала твои вещи, ко мне можешь не возвращаться!
Она и правда собрала его вещи и передала сумки через друзей. Он вернул ключи через тех же товарищей.
Марина думала, что это конец, что все, точка поставлена. Неделю она не выходила из дома, не ела, только смотрела в одну точку.
А потом пришло сообщение:
«Мне плохо. Я не понимаю, как я там оказался. Я хочу домой. Я хочу к тебе».
И она приняла его. В сотый раз. Не могла она без него жить, ей физически без него становилось плохо.
Счастье длилось ровно до того момента, как бывшая жена узнала о его возвращении.
И опять началось…
— Если ты еще раз увидишься с детьми, я настрою их против тебя так, что они будут плевать тебе в след, — пересказал Леня ее слова, чуть не плача.
— Она не имеет права! — кричала Марина. — Есть закон!
— Ты не понимаешь… Она заберет их. Увезет. Я не могу их потерять, Марин.
Леня снова ушел в штопор. Сильно пил, лил слезы по ночам, срывался на сожительницу и ее детей.
Марина и сама от него устала. Жизни совсем не стало — Леня всю свою злобу на бывшую срывал на ней.
— Зачем нам все это? — спросила она его однажды, когда он в очередной раз пришел поздно и с бутылкой. — Лень, ты же мучаешься…
Иди к ней. Иди, пожалуйста…
— Я тебя люблю. И уходить не хочу.
— Может, нам стоит разойтись окончательно? Мы во что жизни наши превратили?
Моего мужа нет, твои дети тебя ненавидят…
Это то счастье, о котором мы мечтали?
— Ты хочешь, чтобы я ушел? Хочешь меня бросить?
— Я хочу, чтобы ты выбрал. Или ты борешься за нас, или ты возвращаешься туда, где тебя ждут твои дети!
И опять Леня не ушел.
Ситуацию спасла близкая подруга.
Катя не видела Марину несколько месяцев, и без предупреждения приехала в гости.
О положении дел она знала — Марина в телефонных беседах рассказывала ей новости.
— Так, — Катя оглядела кавардак в прихожей и заглянула в кухню, где за столом сидел поддатый Леня. — Марин, собирайся.
— Куда? Кать, я не могу, мне надо… — Марина неопределенно махнула рукой.
— Ничего тебе не надо, кроме как прийти в чувство, — Катя повернулась к Лене. — А ты, герой-лю..бов…ник, сиди тихо.
Если хоть слово скажешь, я тебе такую «вторую молодость» устрою, что до бывшей жены ползком добираться будешь.
Леня только хмуро буркнул что-то невразумительное.
Катя буквально силой затолкнула Марину в ванную, сунула ей в руки полотенце:
— Умойся. Причешись. Мы поедем кое-куда сейчас.
Через сорок минут они сидели в машине.
— Куда мы едем, Кать? У меня дети скоро из школы придут.
— Дети твои у моей мамы пообедают, я договорилась. А мы едем к человеку, который вытащит тебя из этого болота.
Хватит, Марина. Ты себя похоронила вместе с мужем, а этот твой Леня на твоих костях теперь чечетку пляшет.
Они приехали к офисному зданию в тихом переулке. Катя довела ее до кабинета с табличкой «Психолог. Анна Сергеевна».
— Иди, — Катя подтолкнула ее к двери. — Я здесь подожду.
Первый сеанс Марина почти все время молчала. Она сидела в мягком кресле, сжимая в руках платок, и не знала, с чего начать.
Анна Сергеевна не торопила ее. За первым последовал второй, потом третий.
Катя возила ее трижды в неделю, не давая ни единого шанса «соскочить».
Постепенно туман в голове Марины начал рассеиваться.
Она вспомнила, как он «случайно» оставлял телефон на видном месте с открытой перепиской.
Как картинно страдал, когда жена угрожала забрать детей, но при этом палец о палец не ударил, чтобы проконсультироваться с юристом.
— Господи, — прошептала Марина на четвертом сеансе. — Он же просто пара…зит. Он питается моими эмоциями…
— Не только, — поправила Анна Сергеевна. — Вашим ресурсом. Вашим временем, вашими деньгами, вашим вниманием.
Пока вы спасаете его, вы не живете своей жизнью. А ему это и нужно.
Манипулятор всегда выбирает жертву с обостренным чувством ответственности.
Марина вернулась домой с очередного сеанса, Леня уже был «под градусом».
Он сидел в гостиной, по телевизору шел какой-то сериал, на столе стояла пустая бутылка.
— Опять ты у этой своей подружки была? — Леня не повернул головы. — Я проголодался. Жрать неси!
Марина в этот раз не пошла на кухню.
— Леня, у меня для тебя новость.
— Ну, какая еще новость? — он лениво обернулся. — Опять бывшая звонила? Опять она там что-то придумала?
— Нет, Леня. Бывшая жена здесь ни при чем. И мой покойный муж тоже. Новость касается тебя.
Он нахмурился, почувствовав неладное.
— Ты собираешь вещи, — спокойно сказала Марина. — Сейчас.
Леня на секунду замер, а потом криво усмехнулся:
— Марин, ты чего? Опять началось? Перестань, я же тебя люблю. У меня и так проблем выше крыши, дети…
— Дети — это твоя ответственность. И твоя бывшая жена — тоже.
А я больше не твоя нянька и не твой личный психолог. Мне надоело слушать твое нытье о том, какой ты несчастный!
Леня резко встал.
— Ты меня выгоняешь? После всего, что я для тебя сделал? Я похороны организовывал! Я рядом был все это время!
— Ты был рядом, потому что тебе было некуда идти, — отрезала Марина. — И похороны ты организовал, чтобы я чувствовала себя обязанной тебе до конца жизни.
— Ты не сможешь без меня! — Леня шагнул к ней, пытаясь взять за руки. — Ты же пропадешь, Марин.
— Нет, Леня, — Марина оттолкнула сожителя — У тебя есть пятнадцать минут. Сумки я уже достала.
— Да пошла ты! — Леня заорал. — Посмотри на себя! Кому ты нужна, кроме меня? По тас канная, с двумя детьми… Ты приползешь ко мне через неделю!
— Может быть, — Марина открыла входную дверь. — Теперь уходи. Или я вызову полицию. И поверь, они выведут тебя гораздо менее вежливо.
Леня долго возился в прихожей, кидая вещи в сумки и бормоча под нос проклятия.
Он пытался еще раз надавить на жалость, начал было всхлипывать, говоря, что ему негде ночевать, но Марина в этот раз не повелась.
Леня несколько раз пытался вернуться. Писал длинные сообщения о том, что он «все осознал», что он «бросил пить», присылал фотографии детей, пытаясь вызвать прежнюю жалость.
Но Марина просто удаляла эти сообщения, не читая.
План свекрови сработал против неё же