— Здравствуй, Дашенька! Рада тебя слышать. А уж как ты сейчас обрадуешься, я даже представить себе не могу! Быстро стол накрой для нас! Уж, пострайся, ведь ваша проблема решена, — живо проговорила в трубку тётя мужа, Светлана Геннадьевна.
— А что случилось? Вы о чём вообще? — удивилась Дарья, которая в данный момент была очень занята домашними делами.
Одной рукой она держала двухлетнего сынишку, а другой умудрялась помешивать варившуюся на плите кашу.
— Как о чём? Ну ты даёшь! Вы же продаёте свою квартиру? И насколько мне известно, уже давно, несколько месяцев. А покупателей пока нет. Так? — с жаром продолжала родственница.
— Да, пытаемся продать, но пока безрезультатно. А нам срочно деньги нужны, чтобы закончить ремонт в новой квартире, и всё из-за этого встало, — поделилась Дарья своей проблемой, но ещё не понимала, к чему клонит тётя.
— Так вот же! А я о чём толкую? Ну, поняла? — наводила тётя туману.
— Вы нашли покупателей?
— Нет, мы сами решили купить вашу квартиру!
— Вы? — не поверила Дарья.
— Да, да! Мы! С мужем посовещались и решили, что для Костика эта квартира будет в самый раз. Пусть у сына будет своё собственное жильё. Вдруг надумает жениться, а у него уже квартирка есть! Ну, здорово же! — продолжала с воодушевлением Светлана Геннадьевна.
— Это всё странно, тёть Свет, — убрав кашу с плиты и посадив сына за стол, продолжала Дарья. — Вы никогда об этом не упоминали. Ведь мы же не вчера объявление о продаже дали. Вся родня знала, что мы давно продаём однушку.
Молодая женщина не спешила радоваться. Что-то было странным во всём этом. Да и тётя мужа не отличалась постоянством и была склонна к фантазиям и лукавству. Проще сказать, и приврать любила, и своему слову не всегда была хозяйкой.
И Дарья прекрасно знала, что её словам верить можно не всегда.
— Даша, передай моему племяннику Эдику, как он вернётся из командировки, что тётя с дядей решили вашу проблему. Пусть мальчик тоже порадуется.
— А откуда у вас деньги? Ведь не было же до этого, сами жаловались нам постоянно. Да вы хоть знаете, сколько она стоит? — недоверчиво спросила Дарья.
— Ну вот скажи мне, какая тебе разница, откуда у нас деньги? Это вообще не твоего ума дело. Главное, что мы купим у вас квартиру. А тебе останется лишь поблагодарить нас за то, что мы решим эту проблему. А вместо спасибо ты зачем-то вопросы задаешь неправильные, — недовольно ответила Светлана Геннадьевна.
— Благодарить вас мне пока не за что. А вопросы я имею право задавать, — не слишком вежливо ответила Дарья.
Чем дольше она общалась с тётей мужа, тем сильнее росло чувство, что их хотят надуть. Что-то тут нечисто, а что, женщина пока не могла понять.
— Ну ты стол накроешь? Давай, давай, не ленись. Мы с супругом скоро подъедем. Так хочется в тесном кругу отметить столь знаменательное событие. И у нас как раз выходной сегодня.
— Какой стол, тёть Свет? Вы в своём уме? Эдик только завтра вернётся, я тут одна с детьми кручусь. Мне сейчас совсем не до столов, — не скрывая раздражения, ответила Дарья. — Тем более, что и повода пока нет.
Если признаться, то родственники мужа ей уже надоели. Они имели привычку нагрянуть без предупреждения. И всегда хотели посидеть за накрытым столом с рюмочкой и обильной закуской. И этим людям неважно, что в семье маленькие дети, а у родителей частенько на гостей нет ни времени, ни сил.
— Какая ты грубая! С родней так нельзя, Даша. Нас уважать надо, тем более, что скоро сделку по купле-продаже оформлять будем. Не плюй в колодец, из которого пить придётся, — с укором произнесла тётя.
Наконец Дарья смогла отключиться и тут же позвонила мужу. Она поделилась с ним этой странной новостью. И Эдуард отреагировал так же, как и жена.
— Что они там придумали ещё? Какая им покупка? Живут от зарплаты до зарплаты, еле концы с концами сводят. А их лентяй Костик вообще ни рубля в своей жизни не заработал. У меня постоянно занимает то на одно, то на другое. Со службы полгода назад вернулся, а работать пока так и не планирует. Вот не поверю, что родители решились на ипотеку и вряд ли они готовы большую часть доходов отдавать за однушку для сына.
— Ты знаешь, я тоже засомневалась. Спрашиваю у тётки, откуда такие деньги. А она нагрубила, якобы это не моё дело. Ну всё у них как обычно! Ничего конкретного. И непонятно, откуда дровишки. То есть деньжата!
— Ладно, я разберусь во всём сам, — пообещал супруг.
На следующий день тётя с дядей всё-таки приехали к ним в гости.
— Привет, Эдик. Вернулся? Рады видеть тебя, племянник. Хорошо, что вся семья в сборе, пора обсудить наше деловое предложение, — радостно объявила Светлана Геннадьевна.
— Какое ещё деловое предложение? Ты что, сериалов насмотрелась? — с усмешкой спросил Эдуард. — Ты же не бизнесвумен, тётя.
— Какое, говоришь? Я думала, что жена тебе всё рассказала. Я ещё вчера всё ей объяснила. Ну ничего, раз мы здесь, сейчас вместе всё и обсудим. Для этого и приехали.
— Ты, Эдька, послушай, что тётка твоя предлагает, она дело говорит, — произнёс муж Светланы.
— Да ничего ещё пока она не предложила. Что вы задумали? Ну-ка выкладывайте! — спросил Эдик.
— Мы решили купить у вас эту однушку, — торжественно объявила гостья, выждав несколько секунд для торжественности момента.
— Дело неплохое. Раз решили, покупайте, — ответил Эдуард. — Цену знаете? Снижать мы её не собираемся, даже для родственников скидок не будет. У нас долги и ремонт в новой квартире.
— Всё понимаем, Эдик. И даже спорить с вами не будем, — улыбалась тётя. — Цена вполне приемлемая. Даже дёшево, если рассудить. В других объявлениях смотришь — цены просто заоблачные. Мы всё уже просмотрели и остановились на вашей квартире.
— Да, цена сносная и нас устраивает, — произнёс супруг, когда Светлана многозначительно взглянула на него, ожидая поддержки.
— Прекрасно. Если всех всё устраивает, то можно договориться о сделке. Когда пойдём к нотариусу? — спросил Эдуард.
Да, он явно чувствовал какой-то подвох. Что-то уж всё слишком гладко шло. И где возьмут деньги, родственники так и не сказали. Но мужчина пока молчал.
— Да хоть сегодня! Когда скажете, тогда и поедем. Оформим договор купли-продажи, чтобы мы могли зарегистрировать право собственности, — щебетала довольная Светлана Геннадьевна.
— Деньги на счёт переведёте или у вас наличные? — задала вопрос Дарья.
— Э… деньги? Знаете, тут есть один нюанс. Денег у нас пока нет.
— Нет? — громко спросил Эдуард. — Так о чём речь вести?
— Но мы будем отдавать их частями. Постепенно так и рассчитаемся. Вы как раз и ремонт начнёте делать потихоньку, и кредит свой сможете платить, — мило улыбнулась тётя.
— Как это — частями? Что за бред? И откуда вы их будете брать? У вас же нет дела. Бизнеса, который приносил бы вам неплохой и при этом постоянный доход, — удивлённо продолжал Эдуард.
— Бизнеса у нас нет, это так. Но будем отдавать вам с зарплаты. Мы с Григорием оба неплохо зарабатываем, — уже более уверенно продолжала тётя.
— Да уж, знаю я ваши заработки! И сколько же лет вы планируете таким образом с нами рассчитываться? Тридцать или пятьдесят? Да вы столько и не проживёте! И ещё вопрос — а есть вы что будете, если нам обе зарплаты станете отдавать? — с сарказмом спросил мужчина. — Солнечной энергией питаться начнёте?
— Не всю зарплату, а часть. Зачем же всю отдавать? Мы свои, родственники. Что вы нам не поверите? Мы же не мошенники и никуда не денемся, не пропадём, — гордо заявила тётка.
— Неужели ты, тётя, и правда думаешь, что я пойду на такое? Отдать вам квартиру даром, а потом ждать, когда вы соизволите хоть что-то заплатить. Бред бредовый!
— Ну почему же сразу бред, Эдик? Это очень хороший и взаимовыгодный для всех нас вариант. У нас есть кое-какие накопления, и мы их тут же вам переведём, как только оформим сделку. А потом, когда Костик устроится на работу, то с трёх зарплат мы быстро с вами и рассчитаемся. Это же ясно как белый день!
— Кому ясно? Мне нет. И твой ленивый сыночек на работу устроится, когда рак на горе свистнет. А если выражаться точнее, то никогда. Ему и так неплохо у вас под крылышком живётся. Но дело даже не в нём — твой вариант абсурдный сам по себе.
— Эдик, зачем ты так о брате? Костя ищет работу и скоро найдёт. И будет получать не меньше тебя! — возмутилась Светлана Геннадьевна. — И примет активное участие в выплате нашего вам долга.
— Да и квартира Костику не нужна. Инфантильный он у вас, у мамки с папкой жить лучше — проблем никаких, — продолжал Эдуард недовольно.
— Прекрати, Эдик! Как же ты меня сейчас расстроил!
Сделка, которую Светлана продумала, как ей казалось, с ювелирной точностью, сейчас срывалась прямо на глаза.
— И продадим квартиру мы лишь тому, кто сразу заплатит нам всю сумму. Других вариантов тут быть не может. И заявления типа «мы родня» вместо денег нас не устроят, — подвёл итог Эдуард.
— Пожалеешь, племянничек! Мы с мужем как лучше хотели. Помочь вам решили. Думаем, раз семья молодая, двое деток у вас, и квартира так долго не продаётся, то по-свойски выручить надо, — обиженно продолжала Светлана.
— Ты, тётя, как будто не в себе. Или меня считаешь эдаким дурачком. Хочешь, чтобы я плюнул на интересы своей семьи и двоих малолетних детей и запросто подарил вам свою квартиру? Так? Но я пока ещё в своём уме и понимаю, кто здесь пытается быть хитрым. Всё, разговор окончен! И больше мне ничего подобного не предлагайте! Ишь, помощники выискались!
— Вот! Видишь, Гена, какие люди злые и бездушные. Не думала я, что у нас с тобой такая вот родня. И Костика нашего приплели. И плохой-то он, и ленивый, и никчёмный. А ещё родные люди! Я, Эдуард, после такого с тобой даже здороваться не буду! — уже кричала тётка, окончательно потерпевшая фиаско. — И сыну скажу, чтобы с тобой больше не общался! И всей родне о вас расскажу. Всю правду им открою! Пусть все знают, какие вы куркули бессердечные и чёрствые.
Тётка ещё долго кричала, уходя от племянника, чихвостя их с женой на чём свет стоит.
А ровно через месяц молодые супруги удачно продали свою квартиру молодожёнам.
Получив деньги за продажу жилья, Эдик и Даша начали делать ремонт в своей новой двухкомнатной квартире.
Тётка теперь с ними не общается и на общих семейных праздниках полностью их игнорирует.
А какой чудесный план был у неё в голове. Жаль, что не удалось его реализовать.
— Мам, зачем ты выбросила Маринины шторы — спросил сын, когда свекровь в очередной раз наводила свои порядки в чужой квартире