Катя стояла в прихожей и смотрела, как Дима торопливо запихивает плотный конверт в карман зимней куртки, которая висела в самом углу шкафа. Скрыть это движение было невозможно — зеркало на двери отразило всё до мельчайших деталей.
— Дима, это что сейчас было? — Катя сложила руки на груди. — Я всё видела.
Муж вздрогнул, резко повернулся и попытался улыбнуться, но улыбка вышла виноватой и натянутой.
— Ты о чём, Кать? Ничего особенного. Просто документы с работы принёс.
— Документы в банкнотах по пять тысяч рублей? — Катя шагнула ближе. — Дима, тебе сегодня дали квартальную премию. Самую большую за год. Почему ты прячешь её в старую куртку? Мы же месяц назад решили, что эти деньги пойдут на первый взнос за машину. Наша совсем разваливается, её даже в сервис сдавать стыдно!
Дима вздохнул, опустил глаза и нервно застёгнул замок на куртке.
— Мама лучше знает, куда тратить мою зарплату, — тихо, но упрямо сказал муж, пряча от жены премию.
Катя на секунду лишилась дара речи. Ей показалось, что она ослышалась.
— Что ты сейчас сказал? Повтори.
— Что слышала, — буркнул Дима, проходя мимо неё в комнату. — Маме нужнее. Она попросила.
— Подожди, — Катя пошла за ним. — Твоя мама живёт одна в трёхкомнатной квартире, получает хорошую пенсию, и мы каждый месяц переводим ей по двадцать тысяч просто так, на текущие расходы. Куда ей понадобилась вся твоя премия? Там же больше ста тысяч!
Дима сел на диван и стал усердно изучать свои кроссовки.
— Ей на дачу нужен новый забор. Старый совсем покосился.
— Забор? На даче, куда она ездит два раза за лето, чтобы посидеть на веранде? Дима, у нас ребёнок осенью в первый класс идёт! Нам нужно купить форму, ортопедический рюкзак, обувь, оплатить курсы английского. И машина! Ты сам вчера ругался, что у неё мотор стучит!
— Машина ещё поездит, — отрезал Дима. — А забор — это лицо участка. Маме стыдно перед соседями. Она уже договорилась с рабочими. Они завтра приедут.
— То есть ты молча взял и отдал все наши накопления за три месяца своей маме? Даже не спросив меня? — голос Кати дрожал от обиды. — Мы вообще-то семья, Дима. Мы вместе работаем, вместе ведём бюджет.
— Я мужчина, я эти деньги заработал, — Дима поднял голову, в его голосе появилось раздражение. — Могу я хотя бы раз поступить так, как считает нужным моя мать? Она меня вырастила, выучила. Я ей обязан.
— А мне ты ничего не обязан? — Катя почувствовала, как к горлу подступает ком. — Своему сыну ты ничего не обязан? Антошка ходит в рваных кроссовках, потому что я ждала твоей премии, чтобы купить нормальную обувь!
— Не преувеличивай, нормальные у него кроссовки, — отмахнулся муж. — Короче, Кать, закрыли тему. Деньги я пообещал маме. Завтра утром я их ей отвезу. Всё.
Дима включил телевизор, показывая, что разговор окончен. Катя постояла посреди комнаты, развернулась и ушла в детскую. Сын спал, раскинув руки. Катя села на край его кровати и расплакалась. Это был уже не первый случай, но сейчас ситуация дошла до предела. Любое слово свекрови, Анны Сергеевны, было для Димы законом. Нужен ремонт на кухне у мамы? Дима везёт деньги. Мама захотела новый диван? Дима оформляет рассрочку на себя. А Катя с сыном вечно жили в режиме жесткой экономии.
Утром Катя проснулась от звука захлопывающейся входной двери. Дима ушёл рано, даже не позавтракав. На кухонном столе лежала записка: «Уехал к маме, буду к обеду».
Катя заварила чай, но пить его не смогла. Внутри всё кипело от несправедливости. Она подошла к шкафу в прихожей, открыла дверцу и сунула руку в карман зимней куртки мужа. Карман был пуст. Дима забрал конверт с собой.
В этот момент зазвонил её телефон. На экране высветилось: «Анна Сергеевна». Катя сделала глубокий вдох и ответила на звонок.
— Да, Анна Сергеевна, здравствуйте.
— Катенька, привет! — голос свекрови звучал непривычно ласково и торжествующе. — Димочка уже у меня, привёз денежки. Ой, какие же вы у меня молодцы! Так выручили.
— Это были деньги на машину, Анна Сергеевна, — прямо сказала Катя, не пытаясь скрыть холод в голосе. — И на подготовку Антошки к школе.
— Ой, да ладно тебе, Катя, — защебетала свекровь. — Машина у вас отличная, иномарка, хоть и старенькая. Зачем вам новая? Лишние долги только. А Антошке до школы ещё три месяца, успеете купить всё. Зато у меня теперь будет забор из профнастила, зелёненький, как у Сидоровых из тридцатого дома. Дима сказал, что ты совсем не против.
— Дима вам соврал, — ответила Катя. — Я против. Я категорически против того, чтобы мой муж забирал из семьи последние деньги ради вашего забора.
В трубке повисла тяжёлая пауза. Ласковый тон Анны Сергеевны мгновенно испарился.
— Как ты со мной разговариваешь, Катерина? — ледяным тоном спросила свекровь. — Дима — мой сын. Он зарабатывает эти деньги. И если он решил помочь родной матери, ты не имеешь права рот открывать. Нашлась тут хозяйка.
— Я его жена, Анна Сергеевна. И у нас общий ребёнок.
— Женился — можно и развестись, — отрезала свекровь. — А мать у него одна. Запомни это. Дима сделает так, как я скажу. Всегда делал и делать будет.
Трубка взорвалась короткими гудками. Катя медленно опустила телефон. Руки у неё тряслись. В этот момент она поняла, что если сейчас промолчит, то её семейная жизнь превратится в вечное обслуживание чужих капризов.
Она быстро оделась, разбудила сына, отвела его к своей маме, которая жила в соседнем квартале, а сама поехала к свекрови. Адрес она знала отлично.
Через сорок минут Катя уже звонила в дверь квартиры Анны Сергеевны. За дверью слышался смех — Дима и его мать что-то весело обсуждали. Дверь открыл Дима. Увидев жену, он обомлел.
— Катя? Ты что тут делаешь? — нахмурился он.
Катя отодвинула его плечом и прошла в коридор. На журнальном столике в комнате уже лежал тот самый конверт, а рядом стояли чашки с чаем и лежало печенье. Анна Сергеевна сидела в кресле с важным видом.
— О, явилась, — протянула свекровь. — Дима, закрой дверь. Зачем пришла, Катя? Устроить скандал?
— Я пришла забрать наши деньги, — Катя подошла к столику и протянула руку к конверту.
Дима перехватил её запястье. Рука у него была крепкая, но Катя даже не поморщилась.
— Катя, прекрати сейчас же! — прикрикнул муж. — Ты позоришь меня перед матерью! Немедленно отпусти конверт.
— Отпусти мою руку, Дима, — тихо и отчётливо произнесла Катя, глядя ему прямо в глаза. — Иначе я прямо сейчас вызову полицию и скажу, что у меня украли крупную сумму денег. Свидетели на работе подтвердят, сколько тебе выдали. А куртка, где они лежали, наша общая.
— Да ты с ума сошла! — закричала со своего места Анна Сергеевна. — Дима, выстави её за дверь! Что это за чудовище ты в дом привёл? Она на собственную свекровь полицию натравить хочет!
— Мама, подожди, — Дима растерялся. Он явно не ожидал от тихой и покладистой Кати такого напора. — Кать, давай дома поговорим. Зачем ты здесь концерт устраиваешь?
— Дома мы уже поговорили, — Катя вырвала руку и схватила конверт. — Ты меня не услышал. Ты вынес деньги из дома, где твой сын ходит в старой обуви.
— Катя, это просто забор! — Дима попытался вернуть конверт, но Катя быстро спрятала его в свою сумку и застегнула её на молнию. — Мама уже договорилась с рабочими! Они через час приедут на участок! Ей предоплату надо вносить!
— Пусть отменяет рабочих, — Катя повернулась к свекрови. — Анна Сергеевна, забор подождёт. Или стройте его на свою пенсию. Нам эти деньги нужны самим.
Анна Сергеевна вскочила с кресла, её лицо покраснело от злости.
— Дима! Если ты сейчас отпустишь её с этими деньгами, у тебя больше нет матери! Выбирай: или я, или эта истеричка!
Дима замер. Он переводил взгляд с матери на жену. На его лбу выступил пот. Ситуация накалилась до предела. Катя видела, как тяжело ему даётся этот выбор, но жалости у неё не было. Только холодная решимость.
— Дима, я жду, — выдохнула свекровь. — Забери у неё сумку!
Дима зычно выдохнул и сделал шаг к Кате.
— Катя, отдай. По-хорошему прошу. Не доводи до греха.
— Если ты сделаешь ещё один шаг, Дима, ты вернёшься в пустую квартиру, — спокойно сказала Катя. — Мои вещи и вещи Антошки будут собраны к вечеру. Я подам на развод и на алименты. И ты будешь платить тридцать процентов от всех своих премий официальным путём. И маме твоей останется гораздо меньше, уж поверь мне.
Дима остановился как вкопанный. Слова о разводе и алиментах подействовали на него как ледяной душ. Он прекрасно знал, что Катя слов на ветер не бросает. Она работала главным бухгалтером в крупной фирме и умела считать деньги, а также знала законы.
— Ты пугаешь меня? — неуверенно спросил Дима.
— Я тебя предупреждаю, — Катя сделала шаг к выходу. — Я устала быть на втором месте. Я устала экономить на ребёнке ради того, чтобы твоя мама хвасталась перед соседями новым забором, новым диваном или новым телевизором. Выбирай. Прямо сейчас. Или ты идёшь со мной домой, и мы живём как нормальная семья, или ты остаёшься здесь с мамой и её забором.
— Дима, не слушай её! — закричала Анна Сергеевна. — Она блефует! Никуда она не уйдёт, кому она нужна с ребёнком!
Эта фраза свекрови стала последней каплей. Дима резко обернулся к матери. В его глазах что-то изменилось. Похоже, жестокость материнских слов задела даже его.
— Мама, замолчи, — тихо сказал Дима.
— Что? — Анна Сергеевна аж присела обратно в кресло от неожиданности. — Ты как с матерью разговариваешь?
— Катя права, — Дима сглотнул ком в горле. — Антошке действительно нужны вещи к школе. И машина у нас ломается каждую неделю. Мама, извини. Забора в этом году не будет. Поставь старый на подпорки, он ещё постоит.
— Ах вот как? — свекровь схватилась за сердце. — Родного сына против матери настроила! Ироды! Видеть вас не хочу! Уходите оба!
Дима не стал спорить. Он подошёл к вешалке, взял свою куртку и обулся. Катя уже стояла на лестничной площадке.
Они вышли из подъезда в молчании. Солнце ярко светило, во дворе шумели дети. Дима шёл чуть позади, опустив голову. Катя крепко сжимала сумку с конвертом.
— Ты правда ушла бы от меня? — тихо спросил Дима, когда они подошли к остановке.
Катя остановилась и повернулась к нему.
— Правда, Дима. Я люблю тебя, но жить втроём с твоей мамой я больше не буду. Деньги — это просто лакмусовая бумажка. Дело в твоём отношении к нам.
Дима вздохнул, подошёл ближе и осторожно обнял её за плечи.
— Прости меня. Я дурак. Просто привык, что мама всегда требует, а ты молчишь. Я думал, тебя всё устраивает.
— Больше я молчать не буду, — Катя уткнулась носом в его куртку. — Поехали за Антошкой. И сегодня же выберем ему самые лучшие кроссовки. А завтра займёмся машиной.
— Поехали, — улыбнулся Дима и крепче прижал её к себе.
Ещё год назад муж высмеивал её, а теперь увидев её рядом с мэром, оторопел…