Ольга Петровна стояла на пороге квартиры сына и растерянно перебирала пальцами ручку своей сумки. Сквозь открытую дверь было видно, как в глубине коридора, в комнате, мелькают синие отсветы от экрана телевизора. Оттуда доносились глухие звуки виртуальных выстрелов.
Марина, ее невестка, тяжело дышала, скрестив руки на груди. На полу у ее ног стояли две огромные клетчатые сумки, туго набитые вещами.
— Марин, подожди, что значит «забирайте»? — тихо спросила Ольга Петровна, стараясь не повышать голос. — Вы же три года прожили. Всякое бывает, ну переутомился парень, работу новую найдет.
— Найдет? — Марина горько усмехнулась и зашагала по коридору. — Денис! А ну иди сюда! Иди, я твою маму вызвала, пускай на тебя полюбуется!
Из комнаты медленно вышел Денис. На нем были растянутые домашние штаны и футболка с каким-то глупым рисунком. Глаза были красными от многочасового сидения за компьютером, а в руке он все еще сжимал пластиковый джойстик.
— Мам? А ты чего тут делаешь? — буркнул Денис, даже не посмотрев на жену.
— Я ее позвала, Денис. Потому что мои силы официально закончились, — Марина ткнула пальцем в сторону сумок. — Вот твои шмотки. Твой компьютер я трогать не стала, сама эту гадость не подниму, завтра грузчиков намучу, пускай везут к твоей маме на дачу или куда хотите.
— Марин, ну ты из-за ерунды устроила цирк, — Денис поморщился и попытался пройти обратно в комнату. — У меня там матч вообще-то, ребята ждут. Решил отдохнуть неделю после увольнения, сразу пилить надо?
— Неделю? — Марина подскочила к нему и дернула за рукав. — Ты уволился три месяца назад, Денис! Три! Ты мне врал, что ходишь на собеседования, а сам сидел в машине во дворе, пока я на работу не уйду, а потом возвращался и садился за свои стрелялки!
Ольга Петровна перевела взгляд с сына на невестку. Сердце заколотилось где-то в горле.
— Денис, это правда? — у нее задрожали губы. — Ты не работаешь три месяца? Ты же говорил, что вас на удаленку перевели, когда я звонила.
— Мам, ну началось, — Денис раздраженно взмахнул рукой. — Ну не сложилось там. Начальник придурок, задачи тупые вешал. Я и ушел. Имею право творческий отпуск взять?
— Творческий отпуск у него, — Марина всплеснула руками. — А за квартиру платить кто будет? А кредит за твою же машину? Я одну свою зарплату на продукты и коммуналку спускаю, а он сидит, ему персонажа надо прокачать! Мне тридцать лет, я ребенка хочу, а у меня дома тридцатилетний младенец с джойстиком!
— Да не ори ты, соседи услышат, — Денис нахмурился. — Мам, скажи ей. Ну чего она кричит из-за денег? Деньги — дело наживное.
Ольга Петровна зашла в квартиру и прикрыла за собой входную дверь. Ей было неловко перед соседями, да и ноги уже не держали от такой новости. Она всегда гордилась сыном, думала, что у него солидная должность в офисе, а тут такое.
— Денис, Марина права, — аккуратно начала Ольга Петровна. — Мужчина должен содержать семью. Если ты уволился, надо было сразу искать другое место, а не скрывать.
— Ой, мам, хоть ты не начинай, — Денис отвернулся. — Вы сговорились, что ли? Я взрослый человек, сам разберусь, когда мне работать.
— Взрослый человек? — Марина подошла к нему вплотную. — Взрослый человек вчера проиграл половину нашей заначки на какие-то виртуальные мечи и сундуки! Я залезла в шкатулку, а там пусто! Денис, мы эти деньги откладывали на отпуск, который у нас три года не получался!
Ольга Петровна ахнула и прижала руку ко рту.
— Денис, ты взял общие деньги без спроса? — ее голос сорвался на крик.
— Я не взял, я вложил! — Денис покраснел и повысил голос. — Я думал, разовью аккаунт, потом продам его дороже. Это инвестиция, понятно вам? Вы ничего не понимаете в современном мире, обе!
— Инвестиция? — Марина резко развернулась, схватила со стола в коридоре ключи от машины и швырнула их в Дениса. Ключи звякнули о стену и упали на пол. — Забирай свои инвестиции! Машина оформлена на твою маму, вот пускай она ее и забирает вместе с тобой. Кредит платить мне больше нечем. Завтра я подаю на развод.
— Марин, ну ты палку-то не перегибай, — Денис наконец занервничал, на его лбу выступила испарина. — Какой развод? Из-за игрушек разводиться? Ты дура, что ли?
— Нет, Денис, я просто поумнела, — Марина вытерла слезу, которая покатилась по ее щеке. — Я устала приходить домой в девять вечера и видеть гору грязной посуды, пустой холодильник и твою спину. Ты даже мусор вынести не можешь, у тебя «рейд» какой-то там.
Ольга Петровна посмотрела на сумки, потом на сына. Ей было до безумия жалко Марину. Девочка действительно пахала на двух работах, всегда была вежливой, старалась. А Денис, ее единственный сын, в которого она столько вложила, превратился в какого-то трутня.
— Марин, может, давай мы посидим, поговорим? — попробовала миролюбиво сказать Ольга Петровна. — Ну, пускай он извинится. Обещает, что завтра же пойдет искать работу. Деня, ну скажи ей!
— Да никуда я не пойду завтра, — огрызнулся Денис. — Меня на старой работе допекли. Мне нужно прийти в себя. Если Марина меня не поддерживает в трудную минуту, значит, грош цена такой жене.
Марина замерла. Она посмотрела на Дениса так, словно видела его впервые в жизни. В ее глазах не осталось ни злости, ни обиды — только глухая пустота.
— Все, — тихо сказала Марина. — Вопросов больше нет. Ольга Петровна, забирайте его. Прямо сейчас. Я хочу побыть одна.
— Марин, ну куда мы на ночь глядя с сумками? — засуетилась Ольга Петровна. — Давай до утра отложим?
— Нет, Ольга Петровна. Я три месяца терпела вранье. Если он сейчас не уйдет, я просто вызову полицию и скажу, что в мою квартиру ломятся посторонние. Квартира моя, я за нее плачу арендаторам сама со своей карты, договор на мое имя. Имею право.
Денис злобно усмехнулся и поднял ключи с пола.
— Да пожалуйста! Думаешь, я пропаду без тебя? Мама, пошли. Пускай сидит тут одна и локти кусает, когда я нормальные деньги начну поднимать на играх.
— Денис, замолчи! — прикрикнула на него мать. — Какое «поднимать»? Тебе тридцать лет! Ты на шею ко мне собрался сесть? У меня пенсия и подработка в библиотеке!
— Мам, ну ты-то хоть не дави, — Денис взял одну из сумок. — Поехали домой. Сама увидишь, она еще приползет прощения просить через неделю, когда поймет, что одной скучно.
Марина молча отошла к окну и повернулась ко всем спиной. Ее плечи слегка подрагивали, но она не издавала ни звука.
Ольга Петровна поняла, что спорить бесполезно. Ситуация дошла до точки кипения. Она подошла к Марине и тихо тронула ее за плечо.
— Мариночка, прости меня за него. Плохо я сына воспитала, значит. Прости.
Марина не обернулась, только едва заметно кивнула головой.
— Пошли, Денис, — скомандовала Ольга Петровна, подхватывая вторую сумку, которая оказалась неожиданно тяжелой. — Поехали к нам. Будем серьезно разговаривать.
Они вышли в подъезд. Дверь за ними захлопнулась с глухим стуком, и этот звук показался Ольге Петровне окончательным приговором.
Пока ехали в лифте, Денис молчал, уткнувшись в свой телефон. На улице уже стемнело, дул прохладный вечерний ветер.
— Складывай сумки в багажник, — сказала Ольга Петровна, открывая машину. — И за руль садись сам, у меня руки трясутся.
Денис молча закинул вещи, сел на водительское сиденье и завел мотор. Машина тронулась.
— И долго ты собирался мне врать? — спросила мать, глядя на дорогу.
— Да я не врал, мам. Я просто не хотел тебя расстраивать. Думал, найду что-то быстро, а там кризис везде, вакансий нормальных нет. За копейки впахивать я не нанимался.
— А Марина, значит, нанималась? — Ольга Петровна повернулась к нему. — Она за эти копейки кормила тебя три месяца? Тебе перед самим собой не стыдно?
— Мам, ну ты не знаешь всей ситуации, — Денис прибавил газу. — Она постоянно пилила меня. Придешь уставший — пилит, сядешь отдохнуть — пилит. Игры — это единственный способ расслабиться был.
— Ты расслаблялся три месяца подряд, Денис! Из-за твоего расслабления семья распалась! Ты понимаешь, что ты потерял хорошую, любящую девчонку?
— Да найду я себе нормальную, которая ценить будет мои интересы, — буркнул Денис, поворачивая во двор материнского дома. — Сейчас полно девчонок, которые сами в теме.
Ольга Петровна только тяжело вздохнула. Она поняла, что сын абсолютно не осознает масштаб катастрофы. Ему казалось, что это просто очередная ссора, которая закончится примирением.
Они поднялись в квартиру. Денис бросил сумки в коридоре и сразу прошел в залу, где у матери стоял старый диван. Он улегся на него прямо в одежде и снова достал телефон.
— Денис, встань, — строго сказала Ольга Петровна, остановившись в дверях комнаты. — Раздевайся, мой руки и иди на кухню. Разговор есть.
— Мам, я устал, давай завтра? Сил вообще нет после этого скандала.
— Нет, не завтра. Сейчас.
Денис нехотя поднялся, поплелся в ванную, а потом пришел на кухню. Ольга Петровна уже налила в стаканы простую воду и села за стол.
— Значит так, сын, — начала она холодным, непривычным для него тоном. — Завтра утром ты встаешь в восемь часов. Открываешь сайты с вакансиями и ищешь работу. Любую.
— В смысле любую? — Денис округлил глаза. — Курьером, что ли, идти или грузчиком с моим дипломом?
— Да, хоть курьером. Кредит за машину нужно платить? Нужно. Я за тебя платить не буду, у меня денег нет. Завтра же позвоню в банк и узнаю, как переоформить договор на тебя, раз ты такой взрослый.
— Мам, ты чего? Машина же на тебя записана, тебе и платить, если что, — Денис растерялся.
— Нет, дорогой мой. Машину брали для тебя, катался на ней ты, а теперь я крайняя? Ну уж нет. Не сможешь платить — продадим ее, закроем долг, а остаток отдашь Марине, ты у нее деньги украл из заначки.
— Я не украл! — Денис вскочил со стула. — Я взял у своей жены!
— Бывшей жены, Денис. Она ясно сказала, что подает на развод. И я ее прекрасно понимаю. Если ты за неделю не найдешь работу, ты соберешь эти сумки и пойдешь жить на улицу или снимать жилье на какие хочешь средства. У себя в квартире я тунеядца терпеть не стану.
Денис смотрел на мать и не узнавал ее. Всегда мягкая, добрая Ольга Петровна, которая баловала его с детства, сейчас говорила жестко и бескомпромиссно.
— Ты меня выгоняешь? — тихо спросил он. — Собственного сына? Из-за того, что у меня временные трудности?
— Временные трудности — это когда человек ищет выход, — отрезала мать. — А когда человек сидит спиной к жене и стреляет в экран, это не трудности. Это лень и эгоизм. Разговор окончен. Стели себе диван и ложись спать. В восемь утра я тебя разбужу.
Ольга Петровна встала и ушла в свою комнату, закрыв дверь на защелку. Сердце у нее бешено колотилось, руки дрожали. Ей стоило огромных усилий говорить так с сыном, но она понимала: если сейчас дать слабину, он останется на ее шее навсегда.
Всю ночь Ольга Петровна не спала. Из залы до самого утра доносился тихий шорох — Денис опять сидел в телефоне.
Ровно в восемь часов утра Ольга Петровна вышла в коридор. Она подошла к дивану и резко задернула шторы, пуская в комнату яркий солнечный свет.
— Вставай, Денис. Время пошло.
Денис застонал, закрывая лицо подушкой.
— Мам, ну имей совесть, я только в шесть лег.
— Меня это не волнует. Вставай и ищи работу.
Он нехотя сел на диване, взъерошил волосы. В этот момент у него на телефоне звякнуло уведомление. Денис быстро схватил аппарат, его глаза загорелись надеждой. Он быстро что-то запечатал на экране.
— Кто там? Марина? — с надеждой спросила Ольга Петровна.
— Нет, пацаны из клана пишут, — буркнул Денис. — Там турнир сегодня важный, меня ждут. Мам, можно я сегодня последний день сыграю? Там призовой фонд реальный, если выиграем, я сразу все долги закрою!
Ольга Петровна посмотрела на него с глубоким разочарованием. В этот момент она поняла, что слова Марины были чистой правдой. Денис жил в каком-то своем, выдуманном мире и не собирался возвращаться в реальность.
— Понятно, — тихо сказала она.
Она подошла к роутеру, который стоял в коридоре на полке, и решительно выдернула шнур питания из розетки. Огоньки на приборе погасли.
— Эй! Ты чего творишь? — Денис выскочил в коридор. — У меня интернет пропал! Мне заходить надо, через пять минут старт!
— Интернета в этом доме больше не будет, — спокойно ответила Ольга Петровна, пряча провод в свой халат. — По крайней мере, пока ты не принесешь мне трудовой договор.
— Да ты с ума сошла! — закричал Денис, теряя контроль. — Вы обе с ума сошли! Сломали мне жизнь из-за каких-то дурацких правил! Да пошли вы все!
Он подскочил к вешалке, схватил свою куртку, обулся прямо на босу ногу и вылетел из квартиры, громко хлопнув дверью.
Ольга Петровна осталась стоять в пустом коридоре. На полу сиротливо лежали две большие клетчатые сумки, которые Марина так аккуратно собрала. Она присела на пуфик, закрыла лицо руками и тихо заплакала. Ей было больно, но внутри росла уверенность, что она поступила правильно. Оставлять все как есть было больше нельзя.
Сестра решила надоевшего мужа увести