Хотите показать всем родственникам, что вы теперь богачи

— Соседи во дворе уже шепчутся, смотрят на этот ваш космолет.

— Пусть шепчутся, — вздохнула Татьяна. — Мы заработали эти деньги честно, ни у кого не украли и в долг ни разу не попросили.

— Честно или нет, а со стороны выглядит некрасиво.

— И зачем вам эта стеклянная крыша? Чтобы на звезды смотреть, пока в стране кризис? Это же просто глупость, Витя. Непрактичная, безумная трата денег.

— Ира, мы копили на эту машину почти пять лет, — тихо ответила Татьяна. — Мы работали без выходных, отказывали себе в отпусках. Виктор крупные проекты один за другим сдавал.

— Да мне все равно, сколько вы там работали! — отмахнулась Ирина. — Я говорю о здравом смысле, которого у вас, судя по всему, нет.

Сейчас нужно деньги вкладывать в золото, в недвижимость, а вы покупаете груду железа в максимальной комплектации.

Да еще и эту… как ее… панорамную крышу. Зачем? Чтобы птицы сверху радовались вашему успеху?

— Это современные технологии, Ира, — спокойно вмешался Виктор, накрывая ладонь жены своей рукой. — Там отличная система безопасности, удержание в полосе, автоматическое торможение перед препятствием.

Для нас это важно. Мы часто ездим по трассе.

— Безопасность у вас в головах должна быть, а не в китайских датчиках, — фыркнула сестра. — А это — обычное хвастовство.

Хотите показать всем родственникам, что вы теперь богачи? Соседи во дворе уже шепчутся, смотрят на этот ваш космолет.

— Пусть шепчутся, — вздохнула Татьяна. — Мы заработали эти деньги честно, ни у кого не украли и в долг ни разу не попросили.

— Честно или нет, а со стороны выглядит некрасиво, — отрезала Ирина. — В такое тяжелое время швыряться миллионами ради дешевого пон..та.

Ладно бы нормальную рабочую машину взяли, надежную, простую. А то ведь купили игрушку на низкопрофильной резине.

Вы хоть представляете, сколько на нее одно колесо стоит? Если пробьете где-нибудь на наших дорогах, зубы на полку положите.

— Представляем, Ира, — Виктор натянуто улыбнулся. — Мы все просчитали, включая обслуживание и страховку.

Давай закроем эту тему, ладно? Мы пригласили тебя отпраздновать нашу радость, а не выслушивать нотации.

— Да пожалуйста! — Ирина резко поднялась из-за стола, демонстративно поправляя юбку. — Ваша жизнь, ваши глу..пые ошибки.

Только потом не приходите к матери жаловаться или у меня взаймы просить, когда этот ваш космолет сломается, а запчастей в магазинах не окажется.

Спасибо за ужин, я, пожалуй, пойду. Мне здесь находиться неприятно.

На следующее утро Татьяна торопливо застегивала пальто, стоя в прихожей.

— Витя, ты скоро? — крикнула она в глубь квартиры. — Мы уже опаздываем, мне еще нужно успеть документы в офис завезти перед работой.

— Уже бегу, Тань, ключи только со стола заберу, — отозвался муж.

Они вышли из подъезда вместе. Виктор привычным жестом нажал кнопку на брелоке.

Автомобиль приветливо подмигнул светодиодными фарами, но его силуэт показался Татьяне как-то странно перекошенным, словно машина осела набок.

— Витя… подожди, — Таня остановилась на крыльце, всматриваясь в серый полумрак двора. — Посмотри на переднее колесо. Что с ним?

Виктор ускорил шаг, обошел капот и мгновенно замер.

— Что за чертовщина… — прошептал он, медленно опускаясь на колени прямо в сырую листву.

— Что там случилось? — Таня подбежала к нему, прижимая сумку к груди. — О господи! Оно полностью спущено?

— Не просто спущено, — Виктор осторожно коснулся пальцами рваного, глубокого разреза на боковой стороне покрышки. — Ее порезали.

Причем ножом, целенаправленно. Боковой порез, видишь? Такое не ремонтируется.

— Как это — порезали? — у Татьяны задрожали губы. — Но кто? Зачем? У нас же тихий двор, все соседи приличные люди!

— Подожди, — Виктор поднялся и быстро обошел машину с другой стороны. — Здесь тоже. И задние… Все четыре колеса, Таня. Все четыре в хлам.

— Да как же так… — Таня едва не расплакалась, глядя на новенький, сияющий чистым кузовом автомобиль, сиротливо стоящий на голых дисках. — Это же низкопрофильная дорогая резина! Мы ее только вчера из салона забрали!

— Кто-то очень сильно постарался, — процедил сквозь зубы Виктор. — Порезы глубокие, сбоку. Чтобы восстановить было невозможно.

Придется покупать абсолютно новый комплект. А это огромные деньги, сейчас такие шины в дефиците.

— Но кому мы могли так насолить за одну ночь? — Таня растерянно оглядывалась по сторонам, словно надеялась увидеть виновника. — Может, это хулиганы? Или подростки баловались?

— Хулиганы обычно прокалывают одно колесо ради шутки или царапают гвоздем дверь, — покачал головой Виктор. — А здесь действовали со злостью, аккуратно обходя машину по кругу.

Кто-то точно знал, куда бить, чтобы нанести максимальный ущерб.

— Витя, подожди! — Таня вдруг схватила его за рукав. — А как же наша система безопасности?

Ты же говорил, что дилер установил какую-то продвинутую систему кругового обзора?

— Точно, — Виктор хлопнул себя по лбу. — Регистратор кругового обзора с парковочным режимом.

Он работает автономно, даже когда зажигание выключено.

При малейшем ударе или движении возле кузова он начинает запись со всех четырех камер и сразу отправляет ключевые файлы в облачное хранилище через встроенную сим-карту.

— Он записал ночного гостя? — с надеждой спросила Таня.

— Сейчас проверим. У меня все синхронизировано с мобильным приложением.

Виктор достал смартфон, быстро разблокировал экран и запустил программу. На экране появилось крутящееся колесо загрузки. Таня затаила дыхание, прижимаясь к плечу мужа.

— Так, смотрим журнал событий, — тихо говорил Виктор, листая вкладки. — Ночью, ровно в три часа двенадцать минут, сработали датчики приближения.

Было зафиксировано четыре тревожных файла подряд. Они уже в облаке.

— Включай скорее, — попросила Татьяна.

Экран смартфона отобразил черно-белую, но невероятно четкую картинку. Ночной двор, тусклый свет фонаря, мелкий моросящий дождь.

Из-за угла дома медленно показалась женская фигура в плотном пуховике с глубоким капюшоном. Она двигалась крадучись, постоянно оглядываясь.

— Смотри, она идет целенаправленно к нашей машине, — прошептала Татьяна. — Но силуэт… фигура… мне кажется, я ее знаю.

— Она явно знает, где висят дворовые камеры на столбах, — заметил Виктор. — Видишь, как голову опустила, чтобы лицо под капюшоном спрятать?

Но она не знала, что у нас камеры встроены прямо в боковые зеркала и эмблему на решетке радиатора.

На видео женщина подошла к переднему правому колесу, опустилась на одно колено, достала из кармана длинный складной нож и с силой вонзила его в шину. Смартфон передал даже тихий шипящий звук лопающейся резины.

— Боже мой… — прошептала Таня, зажимая рот ладонью. — С какой ненавистью она это делает.

Женщина быстро переместилась к заднему колесу, затем обошла машину с другой стороны.

Закончив свое дело, она на секунду остановилась у капота. Видимо, решив убедиться, что ее никто не заметил, она подняла голову и посмотрела прямо в лобовое стекло, прямо туда, где за зеркалом заднего вида скрывался объектив регистратора.

В этот момент сработал датчик приближения, и невидимая глазу инфракрасная подсветка камеры мгновенно залила сцену мягким светом.

На экране во всех деталях отразилось лицо ночной гостьи. Оно было искажено дикой, бессильной злостью.

— Это… Ира? — Таня отшатнулась от телефона, не веря собственным глазам. — Витя, скажи, что это не она. Пожалуйста. Это же просто похожая женщина…

— Нет, Таня, это Ирина, — голос Виктора стал пугающе спокойным, а глаза сузились. — Это ее пуховик, который она вчера у нас в прихожей вешала. И это ее лицо. Я свою сестру ни с кем не перепутаю.

— Но как она могла? — по щекам Татьяны потекли слезы. — Она же твоя сестра! Из-за какой-то машины… Из-за зависти пойти на преступление?

— Как видишь, ее зависть оказалась сильнее родственных связей, — сухо ответил Виктор.

— Что мы будем делать? — Таня вытерла лицо платком. — Вызывать полицию? Ее же посадят, или как минимум заведут уголовное дело. Это ведь порча чужого имущества в крупном размере.

— Да, это уголовная статья, — кивнул Виктор, вынимая из бардачка переходник для флеш-карты. — И наказание там вполне реальное. Но я не хочу тратить недели на суды и допросы. Мы решим это быстрее.

Он вставил карту памяти в телефон, скачал исходный файл видеозаписи в максимальном разрешении и открыл мессенджер. Нашел контакт Ирины.

— Ты собираешься написать ей? — спросила Таня, наблюдая за его действиями. — Думаешь, она сознается?

— У нее не будет выбора, — ответил Виктор.

Он прикрепил видео к сообщению и быстро набрал текст:

«Ира, доброе утро. Ночью кто-то порезал все четыре колеса на нашей новой машине.

Ущерб составляет ровно сто восемьдесят тысяч рублей, включая стоимость нового оригинального комплекта шин, доставку и услуги шиномонтажа.

Видео с камер кругового обзора нашего автомобиля я прикрепил к этому сообщению.

Как видишь, инфракрасная камера зафиксировала твое лицо во всех деталях.

Ниже я отправляю реквизиты своей карты. У тебя есть ровно один час, чтобы перевести мне всю сумму ущерба.

Если через шестьдесят минут денег не будет на моем счету, я передаю эту запись в правоохранительные органы для возбуждения уголовного дела. Время пошло».

— Витя, а если она не ответит? — тихо спросила Татьяна, когда муж нажал кнопку «Отправить». — Если заблокирует тебя?

— Тогда она будет объяснять следователю, откуда у нее на куртке следы резины и где тот самый нож, — отрезал Виктор. — Она трусливая. Она сильная только тогда, когда думает, что ее никто не видит.

Через две минуты статус сообщения сменился на «прочитано».

Прошло пять минут, десять… Никакого ответа.

— Может, она думает, что мы блефуем? — Таня с тревогой посмотрела на часы.

— Пусть думает, — спокойно ответил Виктор. — Время играет против нее.

Ровно через пятнадцать минут после отправки сообщения телефон Виктора коротко звякнул.

На экране появилось всплывающее уведомление от мобильного банка:

«Баланс пополнен на 180 000 рублей. Отправитель: Ирина Владимировна В.».

Следом в мессенджер пришло единственное текстовое сообщение от сестры:

«Подавитесь своими миллионами. Чтобы я вас больше никогда в жизни не видела, нищеброды вы..дреж..ные».

Виктор усмехнулся, глядя на экран.

— Ну вот и все, — тихо произнес он. — Вопрос закрыт.

— И что теперь? — спросила Татьяна, прижимаясь к его плечу. — Как нам общаться с ней дальше? Что мы скажем твоей маме?