Выставила мамину квартиру на срочную продажу

— Даша, не суй свой нос не в свое дело! Я продаю мамину квартиру прямо сейчас, потому что мне нужнее!

У тебя свой муж и трехкомнатная квартира, а нам с Максимом срочно нужны деньги на открытие собственного бизнеса! — Юлия нагло затянулась сигаретой прямо на маминой кухне, выдувая дым в лицо старшей сестре.

— Ты в своем уме, Юля?! — Даша опешила, едва удерживаясь на ногах от такой неслыханной наглости. — Мама сейчас находится в санатории после тяжелейшей операции на сердце!

Она доверила тебе ключи от квартиры только для того, чтобы ты поливала цветы!

А ты выставила ее двухкомнатную квартиру в центре города на срочную продажу за бесценок?!

— А что такого? — ухмыльнулся Максим, сожитель Юлии, вальяжно усаживаясь за стол в мамином любимом кресле-качалке. — Елена Марковна — человек уже пожилой, ей после операции в загородном домике жить надо, на свежем воздухе.

А нам с Юлей молодые годы нельзя упускать. Мы уже взяли у покупателей аванс и вызвали риелтора.

— Какой аванс?! Какая продажа?! — вскрикнула Даша, чувствуя, как от возмущения перехватывает дыхание. — Это мамина единственная собственность!

Вы с ума сошли от своей жадности и наглости?!

— Ты не ори на нас! — набросилась на нее Юлия, уперев руки в бока. — Тебе всегда все на блюдечке доставалось!

Ты замуж удачно вышла, работу хорошую получила! А я всю жизнь концы с концами свожу!

Мама тебе в свое время с первым взносом на ипотеку помогла, а мне ни копейки не дала!

Так что эта квартира — моя законная компенсация за родительскую нелюбовь!

— Мама дала мне в долг пятьдесят тысяч рублей десять лет назад, и я вернула ей все до копейки через полгода! — громко ответила Даша. — А тебе мама последние пять лет всю свою пенсию отдавала, пока ты институт бросала и на съемных квартирах гуляла!

Где мамины старинные золотые украшения, которые лежали в шкатулке в спальне?!

Юлия на секунду замешкалась, уводя взгляд в сторону, но тут же ответила с невероятным цинизмом:

— Продала я твои железки! И правильно сделала! Маме они все равно не нужны, она их в шкафу прятала!

Мне деньги нужны были на залог за аренду и новый телефон! Не обеднеет твоя мама!

— Ты крадешь вещи у собственной больной матери?! — Даша не верила своим ушам. — Ты же просто паразит, Юля! Ты сгораешь от зависти ко мне и готова обобрать родную мать до нитки!

— Заткнись, Дашка! — закричал Максим, вставая с кресла и нависая над Дашей. — Не тебе тут мораль читать!

Завтра в десять утра приедет покупатель с наличными деньгами. Сделка состоится, и ты ничего не сделаешь!

У нас есть генеральная доверенность от твоей матушки!

— Какая доверенность?! — ахнула Даша. — Мама никому не подписывала доверенность на право продажи квартиры!

— А вот и подписала! — Юлия с торжествующим видом вытащила из сумочки документ и помахала им перед носом сестры. — Перед самым отъездом в санаторий мама подписывала бумаги для соцзащиты на получение льготных лекарств.

Вот среди этих бумажек она и подписала доверенность с правом продажи!

Врач подтвердит, что она была в сознании! Так что юридически все чисто!

— Вы… вы обманом подсунули больной пожилой женщине документ на продажу жилья?! — Даша почувствовала, как к горлу подступает тошнота от осознания подлости собственной сестры. — Это же уголовное преступление! Это мошенничество!

— А ты попробуй докажи! — нагло усмехнулся Максим, пряча документ обратно в папку. — Скажем, что мама сама просила продать квартиру, чтобы оплатить свое лечение.

А деньги мы уже распределим так, как считаем нужным. Так что проваливай отсюда. Завтра здесь будут новые хозяева!

— Я никуда не уйду, — твердо произнесла Даша, доставая телефон. — И никакой сделки завтра не будет.

— Попробуй только помешать! — закричала Юлия, пытаясь вырвать телефон из рук сестры. — Я на тебя полицию вызову за нападение! Убирайся из квартиры!

Даша увернулась от сестры, быстро вышла в коридор и покинула квартиру. Ей нужно было действовать быстро и хладнокровно.

Первым делом Даша позвонила своему мужу Игорю, опытному юристу.

— Игорь, у нас катастрофа, — быстро заговорила Даша в трубку, сдерживая слезы. — Юля вместе со своим Максимом обманом заставили маму подписать доверенность и завтра в десять утра продают мамину квартиру!

Они уже взяли аванс!

— Что?! — переспросил Игорь. — Они совсем из ума выжили? Доверенность заверил нотариус?

— Не знаю, но документ у них на руках! Они провернули это перед самым отъездом мамы в санаторий!

— Так, Даша, слушай меня внимательно, — отдал четкие указания муж. — Я прямо сейчас выезжаю в нотариальную палату.

Ты звони в санаторий. Нам нужно срочно привезти маму сюда.

— Ей же нельзя волноваться после операции! — испугалась Даша.

— Если она узнает, что осталась без квартиры уже после продажи, ее кондратий хватит! — ответил Игорь. — Мы аккуратно привезем ее на специальном медицинском такси с врачом.

Она должна лично присутствовать и написать заявление о мошенничестве.

На следующее утро, в девять часов пятьдесят минут, у подъезда маминого дома припарковались три машины: дорогой внедорожник покупателей с риелтором, медицинский автомобиль с Дашей и ее матерью Еленой Марковной, а также полицейская машина с Игорем и оперативниками.

В квартире в этот момент царила атмосфера праздника. Юлия и Максим накрыли стол, разлили шампанское и вместе с покупателем, солидным мужчиной в костюме, пересчитывали пухлые пачки денег.

— Вот и отлично, — улыбался риелтор, проверяя документы. — Восемь миллионов рублей наличными.

Осталось подписать договор купли-продажи по доверенности, и ключи переходят к новому владельцу.

— Мы очень рады, что квартира достанется таким хорошим людям! — наигранно улыбалась Юлия, уже протягивая руку к ручке.

Подписать никто ничего не успел. А дальше все было как в кино: в прихожую вошла Даша, поддерживая под руку бледную, опирающуюся на трость маму. За ними следом вошли Игорь и два сотрудника полиции в форме.

— Что здесь происходит?! — громогласно спросил старший лейтенант полиции, с порога предъявляя удостоверение.

Юлия мгновенно побелела, а Максим от неожиданности выронил деньги.

— Мама?! — заикаясь, выговорила Юлия, отступая к окну. — Ты как здесь оказалась?! Тебе же в санатории еще две недели быть!

Елена Марковна с трудом сделала шаг вперед.

— Юленька… — задрожавшим голосом произнесла мать, и на ее глазах навернулись слезы. — Доченька… ты что же это делаешь? Я же тебе ключи доверила… я же тебе верила…

— А вы, видимо, Елена Марковна, да? Здравствуйте, — вмешался смущенный покупатель, поднимаясь со стула. — Вы продаете квартиру по этой доверенности?

Ваша дочь сказала, что вы находитесь на дорогом лечении за границей и вам срочно нужны деньги!

— Какое лечение?! Какая продажа?! — заплакала мать, хватаясь за сердце. — Я никому не разрешала продавать мою единственную квартиру!

Я подписывала только бумагу на получение моей пенсии, пока нахожусь в больнице!

— Вот именно! — громко заявил Игорь, выкладывая на стол документ из нотариальной палаты. — Данная доверенность является недействительной и полученной путем обмана!

В нотариальную палату уже подано заявление. Сделку нельзя считать законной! А эти двое граждан совершили попытку мошенничества в особо крупном размере!

— Ах ты, …янь такая! — взвизгнула Юлия, бросаясь на сестру. — Это ты все испортила! Ты привезла сюда мать! Ты мне жизнь сломала!

Какого рожна ты лезешь? Кто тебя просит?! …дина завистливая!

— Я?! Я тебе завидую? — взвыла Даша, отталкивая от себя сестру. — Чему завидовать, Юля?! Твоей подлости? Твоей наглости?

Ты ради денег готова была выбросить собственную больную мать на улицу!

— Да пошла ты со своей матерью! — продолжала орать Юлия, захлебываясь истерикой. — Она тебя всегда больше любила!

Тебе все, а мне ничего! Я имею право на эту квартиру! Это моя компенсация за испорченное детство!

— Вы ошибаетесь, гражданка, — строго перебил ее сотрудник полиции, доставая наручники. — Вы имеете право только на адвоката.

Вы и ваш сожитель задерживаетесь по подозрению в совершении преступления, предусмотренного статьей о мошенничестве в особо крупном размере. Плюс подделка документов…

Максим в этот момент попытался тихо бочком прошмыгнуть к выходу, но второй полицейский перехватил его у самой двери и скрутил.

— Это все она придумала! — тут же заорал Максим, указывая пальцем на Юлию. — Это она мне сказала, что мать согласна продать квартиру!

Я вообще ни при чем! Меня подставили!

— Ах ты, тр.ус! Предатель! — визжала Юлия, когда на ее запястьях застегнулись стальные браслеты. — Кто кого подбил?

Ты же мне в уши лил: «Юлька, это наш шанс! Возьмем деньги и рванем из страны. И пусть потом ищут нас по всему миру!» Г…д!

Покупатель и риелтор, осознав, в какую грязную аферу их чуть не втянули, спешно забрали свои деньги и покинули квартиру, пообещав давать показания против мошенников в суде.

Юлию и Максима увели.

Елена Марковна, пережив предательство младшей дочери, долго приходила в себя.

По решению суда Юлия и ее сожитель получили реальные сроки за попытку мошенничества.

Из тюрьмы теперь Юля и сестре и маме пишет слезливые письма, в которых просит хоть разок приехать и привести передачку. Очень уж сладенького охота…