— Оставь кастрюлю, Марина, людям нужнее, а ты себе еще сваришь!
— Это последний ужин в моем доме, который вы берете без разрешения.
Стеклянные контейнеры стояли на кухонном столе ровными рядами. В первом лежал рис с овощами, во втором — запеченная грудка, в третьем — порционный салат. Марина наклеила на крышку последнего лотка бумажный скотч и размашисто написала маркером: «Четверг, обед».
На стене тикали круглые часы, показывая ровно восемь вечера. По графику оставалось вымыть кухонную доску и вытереть насухо ламинированную столешницу. Марине нравился этот порядок, потому что он сберегал время и деньги.
Из коридора донеслось шарканье тапочек. В проеме появился Денис с зубной щеткой во рту.
— Ты опять все по граммам расфасовала? — спросил он, вытирая губы полотенцем. — Нам же в субботу к маме идти, там всё равно кормить будут.
— В субботу мы идем к твоей маме в пять вечера, — ответила Марина, не отрываясь от мытья доски. — А до пяти надо что-то есть. Продукты закуплены строго по списку на три с половиной тысячи рублей.
— Ты как в бухгалтерии живешь, честное слово, — Денис качнул головой. — Мама говорит, что у тебя даже суп по линейке налит.
— У меня суп налит так, чтобы его хватило на четыре дня, — спокойно сказала Марина. — Твоя мама может наливать как ей угодно, но в своей квартире.
Читаете истории с телефона? Порадуйте себя лёгким мини-повербанком с подставкой. Руки не будут уставать, а телефон не разрядиться на самом интересном моменте.
Звонок в дверь раздался через пятнадцать минут, когда Марина уже расставляла контейнеры по полкам холодильника. Денис пошел открывать, на ходу надевая футболку.
На пороге стояла Валентина Петровна. В руках она держала полиэтиленовый пакетик с вялыми веточками петрушки.
— Ой, а вы не спите еще! — громко произнесла свекровь, проходя в прихожую без приглашения. — Я тут мимо шла, укропчик с дачи принесла, дай, думаю, занесу.
— Спасибо, Валентина Петровна, но у нас всё есть, — Марина вышла из кухни с кухонным полотенцем. — Мы уже ложимся.
— Да ладно тебе, рановато еще! — Валентина Петровна уже скидывала туфли. — У меня аж в животе урчит, пока дошла. Марин, у тебя там котлетки остались?
Не дожидаясь ответа, свекровь прошла на кухню и потянула на себя дверцу холодильника. Марина застыла у стола.
— Валентина Петровна, там еда, расписанная по дням, — проговорила она ровным голосом. — Не надо ничего брать.
— Ой, да ладно тебе, жалко что ли для мамы? — свекровь уже достала один из контейнеров. — Я только один супик и две котлетки съем, ты себе еще сваришь, молодая чай.
— Валентина Петровна, вам пятьдесят восемь лет, — Марина посмотрела ей прямо в глаза. — Пожалуйста, говорите нормально. Не «супик» и не «котлетки», а суп и котлеты. Вы взрослая женщина, а выражаетесь как в детском саду. И оставьте лоток на завтра.
— Денис, ты слышишь, как она со мной разговаривает? — свекровь всплеснула руками, не выпуская контейнер. — Я к ним с душой, с зеленушкой, а она мне возрастом тычет!
— Мам, ну ладно тебе, — пробормотал Денис, переступая с ноги на ногу. — Марин, ну пусть съест, завтра бутерброды перекусим.
— Завтра мы перекусим то, что запланировано, — ответила Марина, забрала из рук свекрови контейнер и убрала на полку. — Валентина Петровна, уже поздно.
Свекровь поджала губы, громко вздохнула и направилась к выходу. Денис поплелся за ней, тихо что-то объясняя на лестничной площадке.
К следующей среде Марина готовилась особенно тщательно. В четверг к ней должны были приехать три коллеги по фрилансу для обсуждения крупного годового отчета.
На закупку продуктов ушла почти вся свободная наличность за неделю. Марина купила форель, хорошую сырную нарезку, свежую зелень и дорогие запеченные овощи.
Запах жареной рыбы и специй заполнил всю квартиру уже к шести вечера. На кухонном столе остывал запеченный рулет, а в духовке доходило основное блюдо под сливочным соусом.
Денис сидел в комнате и играл в компьютерные игры, изредка выкрикивая что-то в гарнитуру. Марина раскладывала салат по глубоким стеклянным пиалам.
Входная дверь захлопнулась без предварительного звонка. В прихожую выкатилась шумная волна голосов и топтания обуви.
Марина вытерла руки о фартук и вышла в коридор. На пороге стояла Валентина Петровна, ее родная сестра Галина и двоюродный племянник Никита с грязным футбольным мячом под мышкой.
— А вот и мы! — радостно объявила свекровь, снимая плащ. — Мы к вам поужинать заехали, ты же всё равно готовила!
— Здравствуйте, — Марина осталась стоять в дверях кухни, перекрывая проход. — Мы никого не ждали.
— Ой, да ладно тебе, Марин! — Галина уже скидывала тяжелые ботинки. — Мы в соцзащите проторчали три часа, голодные как волки. Валя говорит, у тебя всегда наготовлено.
— Это еда для завтрашней рабочей встречи, — чеканно произнесла Марина. — Я не рассчитывала на пятерых человек.
— Денис! — громко позвала свекровь, игнорируя Марину. — Иди встречай гостей! Тут мать приехала с родней!
Денис выскочил из комнаты, хлопая глазами. Он посмотрел на жену, потом на мать, потом на накрытый в кухне стол, откуда доносился аромат запеченной форели.
— О, привет, теть Галя, — сказал он, чеша затылок. — А вы чего без звонка?
— Да какой звонок, сынок! — Валентина Петровна отодвинула Марину плечом и прошла к столу. — Свои же люди! Ой, сколько тут наготовлено, да тут на армию хватит!
— Не трогайте, — Марина подошла к столу и накрыла блюдо с форелью полотенцем. — Это продукты на шесть тысяч рублей. Это не семейный ужин.
— Марин, ну ты чего нагнетаешь? — Денис подошел к ней и тихо шепнул на ухо. — Ну не выгонять же их. Давай подадим, что есть, а завтра я тебе денег дам.
— У тебя нет денег, Денис, — громко, на всю кухню сказала Марина. — Твоя зарплата ушла на автокредит за твою машину три дня назад.
В кухне образовалась пауза. Галина уже успела взять из вазочки кусок сыра и отправить его в рот, а Никита уселся на стул, уставившись в телефон.
— Ты что это, при людях моего сына нищим выставляешь? — свекровь прищурилась и уперла руки в бока. — Он в твоей квартире живет, между прочим, и деньги в дом носит!
— Эта квартира куплена мной до брака и ипотека закрыта мной, — ответила Марина. — А еда на этом столе куплена на мои личные заработанные деньги.
— Ой, началось! — Валентина Петровна схватила ложку и потянулась к салатнику. — Нам теперь и ложечку салатика нельзя съесть? Денис, ты мужик в этом доме или кто?
— Пожалуйста, хватит коверкать слова, — жестко сказала Марина. — Вам пятьдесят восемь лет, а вы опять устраиваете эти детские сюсюканья с «салатиками». Говорите нормальным языком или покиньте кухню.
— Ты мне зубы не заговаривай! — рявкнула свекровь. — Нам теперь и тарелочку супа не предложат?
— Мам, ну хватит, — Денис поморщился. — Марин, ну дай им по порции, ну что ты в самом деле.
— Еще раз говорю, для вас тут ничего нет, — Марина встала между свекровью и столом. — Если вы хотите ужинать, Денис сейчас заказывает вам доставку еды за свой счет.
— С какой стати он должен тратиться, когда полная плита еды?! — взвизгнула Галина. — Валя, куда ты нас привела? Нас тут за собак держат!
— Пошли отсюда, Галя! — свекровь схватила свою сумку. — Пусть она сама со своей рыбой подавится! А ты, Денис, сиди дальше под лавкой у своей женушки!
— Никуда они не пойдут, пока не оплатят то, что уже испортили, — Марина указала на сырную нарезку, где руками хаотично пошарила Галина. — С вас одна тысяча рублей за испорченные продукты.
— Ты совсем с ума сошла?! — свекровь аж прискочила на месте. — С родной матери деньги драть?!
— Я вам не родня, Валентина Петровна, — Марина достала из кармана телефон. — Либо вы переводите тысячу рублей на мою карту прямо сейчас, либо я беру этот салат, эту рыбу, закрываю кухню на замок и ухожу спать. А Денис решает с вами вопросы сам.
— Ты не дерзи мне! — свекровь снова перешла на фальцет. — Мы сейчас все уедем, и Дениска с нами уедет! Будешь одна со своими контейнерами сидеть!
— Отличное предложение, — ответила Марина и повернулась к мужу. — Денис, собирай вещи. У тебя десять минут.
— Марин, ты чего? — Денис побелел. — Из-за куска рыбы? Ты серьезно?
— Из-за неуважения к моему труду, моим деньгам и моим границам, — сказала она сухо. — Ты три года делаешь вид, что ничего не происходит, когда твоя мать приходит сюда как к себе домой и забирает то, что ей не принадлежит.
В кухне стало очень тихо. Никита отвлекся от телефона и переводил взгляд с матери на тетку.
— Да пошли вы! — свекровь нервно вытащила из кошелька мятую купюру в тысячу рублей и швырнула ее на стол. — Подавись своими деньгами, дрянь эдакая!
— Спасибо, — Марина взяла купюру, аккуратно разгладила ее и положила в карман фартука. — Выход там.
Валентина Петровна направлялась к двери, громко стуча каблуками. Галина и Никита поспешили за ней, поджимая губы.
Денис остался стоять посреди коридора. Он переводил взгляд со своей спортивной сумки в шкафу на жену.
— Марин, ну давай поговорим, — пробормотал он. — Мама просто старой закалки, она не понимает этих ваших правил.
— Ты идешь с ними, Денис, — повторила Марина спокойным голосом. — Твои вещи я сложу в чемоданы и выставлю завтра к двери. Заберешь, когда найдешь время.
— Ты меня выгоняешь? Из-за тысячи рублей и салата? — в голосе мужа появилось удивление.
— Я выгоняю человека, который разрешает другим людям грабить мой дом, — ответила Марина. — Нам нужно отдохнуть друг от друга.
Дверь за свекровью и ее спутниками хлобыснула так, что звякнули ключи на вешалке. Денис вздохнул, достал из шкафа куртку и тихо вышел вслед за ними, на ходу натягивая ботинки.
Марина вернулась на кухню. Она поставила на место сдвинутый салатник, переложила поврежденную сырную нарезку в отдельную тарелку и вытерла стол влажной салфеткой.
На часах было девять вечера. По расписанию оставалось ровно тридцать минут до сна.
Утром Марина проснулась по будильнику в семь часов. Наведя порядок в прихожей, она аккуратно упаковала оставшиеся вещи Дениса в два больших чемодана и поставила их у самой двери.
Около десяти утра на телефон пришло сообщение от мужа: «Я у мамы. Она плачет весь день. Когда я могу приехать за вещами?»
Марина набрала короткий ответ: «Вещи у двери. Ключи оставь в почтовом ящике. О дате развода сообщу позже».
Гости приехали ровно в двенадцать, как и планировалось. Форель оказалась идеально пропеченной, а салат вызвал искренний восторг у коллег.
Развод оформили через два месяца без долгих споров и дележа имущества, так как делить супругам было нечего. Денис остался жить у Валентины Петровны, полностью отдавая свою зарплату на погашение автокредита и семейные нужды. Марина продолжала вести свой привычный бюджет, где каждый рубль и каждый грамм продуктов находились под строгим, никому не подконтрольным учетом.
Я буду тебя ждать