— Ты действительно считаешь, что тарелка мясной нарезки стоит моих пяти лет терпения?
— Зато я сыт, Ирочка, а ты вечно делаешь трагедию из какой-то еды!
В квартире приятно пахло запеченной уткой с яблоками и свежими огурцами. На календаре возле кухонного стола красным маркерным кружком была обведена дата. Пять лет со дня свадьбы.
Ирина застегнула пуговицу на рукаве светлой блузки и глянула на настенные часы. До прихода первых гостей оставалось ровно тридцать минут. Вся праздничная еда уже стояла на столе, разложенная по фарфоровым тарелкам.
Кухня блестела чистыми поверхностями, которые Ирина отмывала накануне до двух часов ночи. Пальцы до сих пор помнили жесткую мочалку и запах чистящего порошка. После тяжелой рабочей смены в бухгалтерии эта уборка далась особенно трудно.
В прихожей щелкнул входной замок и зашуршал пластиковый пакет. В коридор вышел Денис, на ходу сбрасывая куртку прямо на пуф.
— Привет, Ириш, я дома, — Денис бросил связку ключей на полку. — Ого, сколько всего наготовила!
— Привет, снимай обувь скорее, — Ирина поправила ткань скатерти. — Мой руки, скоро все приедут.
Денис прошел на кухню и замер около кухонного гарнитурного стола. На деревянной сервировочной доске лежал тонко нарезанный сыр и вяленое мясо.
— Ух ты, какая колбаска замечательная, — Денис протянул пальцы к доске. — Я только кусочек скраюшку возьму на пробу.
— Денис, подожди полчаса, — Ирина перехватила его руку за запястье. — Это на праздничный стол, для наших гостей.
— Да ладно тебе, Ирок, — Денис сморщился и выдернул кисть. — Я с работы голодный пришел. Что мне, тарелочку нельзя пощипать заранее?
— Перекуси яблоком или бананом из вазы, — сказала Ирина. — Стол уже полностью накрыт и расставлен.
— Ой, начинается опять, — Денис тяжело вздохнул и взял банан. — Вечно ты над этой едой трясешься, будто мы в голодное время живем.
Ирина ничего не ответила и пошла в гостиную поправлять тяжелые шторы. Из тридцати тысяч рублей, ушедших на эти продукты, Денис перевел ей только пять тысяч. Остальную сумму Ирина оплатила со своей банковской карты, как и коммунальные счета за текущий месяц.
Первый звонок в дверь раздался ровно в шесть вечера. На пороге стояла Галина Петровна с пышным букетом хризантем в полиэтилене.
— Здравствуйте, мои дорогие! — Галина Петровна громко поцеловала сына в щеку. — Денисочка, ты совсем похудел, одни глаза на лице остались.
— Здравствуйте, Галина Петровна, проходите, — Ирина приняла букет и поставила его в воду. — Давайте к столу.
За праздничным столом собрались пять человек: друзья по институту и свекровь. Разговор шел легко, гости хвалили запеченную утку и салат. Ирина почти не сидела на своем месте, постоянно перемещаясь между кухней и гостиной.
Нужно было вовремя приносить горячие блюда, менять испачканные тарелки и наливать напитки. Денис сидел во главе стола, громко шутил и активно накладывал себе самые лучшие куски.
— Ирочка, а что ты сама ничего не ешь? — спросила подруга Елена. — Ты за весь вечер даже к салату не притронулась.
— Я сейчас салат переложу и вернусь, — ответила Ирина. — Вы угощайтесь, не ждите меня.
На кухне Ирина оперлась руками о край раковины и постола несколько секунд с закрытыми глазами. Ноги затекли в туфлях, а в желудке от голода началась тупая тянущая боль. За весь день она успела съесть только один маленький йогурт в обеденный перерыв.
К одиннадцати часам вечера гости начали собираться домой. Ирина провожала всех в прихожей, подавая верхнюю одежду из шкафа. Галина Петровна застряла у большого зеркала, медленно завязывая головной платок.
Денис в это время вернулся в полупустую гостиную. На столе стояли грязные бокалы и салатники с остатками майонезного соуса.
В самом центре стола возвышалось фарфоровое блюдо. На нем веером лежал свиной балык, сырокопченая колбаса и дорогой твердый сыр. Это была вторая порция нарезки, которую Ирина вынесла за час до ухода гостей и к которой никто не успел притронуться.
Хлопнула тяжелая входная дверь за последним ушедшим гостем. Ирина вернулась в гостиную, чувствуя тяжесть во всем теле от усталости.
В комнате у стола стоял Денис. В правой руке он держал мельхиоровую вилку, а левой рукой отправлял в рот последние два куска балыка.
Большое блюдо перед ним оказалось абсолютно пустым. На белом фарфоре остались только жирные пятна и ветка петрушки.
— Ты что сейчас делаешь? — Ирина поставла поднос для грязной посуды на край стола. — Это была последняя еда в доме.
— А что такого произошло? — Денис дожевал и проглотил мясо. — Я доел праздничную нарезку, гости всё равно уже разошлись.
— Я за весь вечер ничего не съела, Денис, — Ирина подошла ближе к столу. — Я стояла у плиты после работы, а потом носила тарелки твоим гостям.
— Ой, ну началось опять, — Денис вытер губы бумажной салфеткой. — Ты сама не садилась за стол, тебя никто из-за него не прогонял.
— Я носила горячие блюда и мыла кастрюли, пока ты пил вино, — сказала Ирина прямо. — В холодильнике ничего больше нет.
— Готовить надо было больше, раз сама голодная осталась, — Денис бросил салфетку на тарелку. — Что ты из-за паршивой колбаски ор устраиваешь?
— Тебе тридцать шесть лет, перестань сюсюкать и коверкать слова, — голос Ирины звучал ровно. — И дело не в колбасе, а в том, что ты съел всё сам.
Из коридора в гостиную вошла Галина Петровна, поправляя на плечах вязаную шаль.
— Что за шум у вас тут? — свекровь окинула Ирину долгим взглядом. — Ира, почему ты на мужа голос повышаешь при мне?
— Ваш сын загреб всю оставшуюся еду и съел сам, зная, что я не ужинала, — Ирина повернулась к свекрови. — Это нормальное поведение?
— Подумаешь, великое событие! — Галина Петровна всплеснула руками. — Мужчина пришел с работы, мужчина хочет нормально поесть! В нем роста метр восемьдесят, ему питание нужно!
— Я тоже пришла с работы и тоже хочу есть, — ответила Ирина. — В этой квартире еду покупаю в основном я на свои деньги.
— Ах, вот мы как заговорили теперь! — Галина Петровна поджала губы. — Попрекать куском хлеба родного мужа в доме — это верх бескультурья!
— Это не его дом, — Ирина указала пальцем в сторону коридора. — Это моя квартира, купленная на деньги моей бабушки еще до нашего знакомства.
— Ирочка, угомонись ты уже, — Денис вальяжно сел на мягкий диван. — У меня от твоих постоянных криков животик разболелся.
— Перестань коверкать слова, тебе тридцать шесть лет! — Ирина сжала пальцы в кулаки. — Животик у него разболелся от целой тарелки мяса.
— Ты не смеешь так разговаривать с моим сыном! — закричала Галина Петровна. — Он тебе не прислуга, чтобы ты его упрекала каждым съеденным куском!
— Вон отсюда, — Ирина показала рукой на входную дверь. — Оба. Прямо сейчас.
— Что ты сказала? — Денис поднялся с дивана и уставился на жену. — Ты меня из дома выгоняешь из-за какой-то мясной тарелки?
— Я выгоняю тебя из-за того, что ты эгоист, — сказала Ирина. — Собирай свои вещи и забирай маму.
— Да мы и сами уедем из этого места! — Галина Петровна схватила сына за sleeve куртки. — Подем, Денисочка, пусть она тут одна со своей колбасой сидит!
— Ира, ты еще пожалеешь об этом, — Денис пошел в коридор вслед за матерью. — Ты кому такая нервная нужна будешь в свои тридцать четыре года?
Ирина молча прошла в прихожую и распахнула входную дверь настежь. За дверью темнела свежевыкрашенная лестничная площадка.
Денис быстро сунул ноги в ботинки, даже не зашнуровав их. Галина Петровна подхватила свою большую сумку и выскочила на площадку первой.
— Паспорт свой забери с тумбочки, — Ирина достала документ и положила его на край обувной полки. — Завтра утром придет мастер менять замок на двери.
— Ты не имеешь права меня не пускать, я тут прописан! — Денис забрал паспорт с полки. — Я завтра с полицией сюда приеду!
— Приходи с кем хочешь, прописка не дает права собственности, — Ирина шагнула назад и взялась за ручку. — Вещи в коробках заберешь в субботу, я выставлю их к двери.
Дверь захлопнулась с сухим щелчком. Ирина повернула тяжелую задвижку на два оборота.
В коридоре стало тихо. На кухне тикал круглый циферблат часов, а на улице за окном шумела проезжающая машина.
Ирина прошла на кухню, открыла кран с холодной водой и медленно вымыла руки с мылом. На следующий день нужно было встать в семь утра, чтобы успеть закончить дела до начала рабочего дня.
На следующий день Ирина взяла на работе официальный отгул. В девять утра в квартиру пришел мастер с инструментами и за десять минут поменял личинку в замке.
После обеда Ирина пошла в риелторское агентство на соседней улице. Менеджер быстро оформил все бумаги на сдачу двухкомнатной квартиры в долгосрочную аренду.
В пятницу Ирина написала заявление на перевод на удаленный режим работы. Руководитель подписал документ без лишних вопросов, учитывая её идеальные отчеты за последние годы.
В субботу утром Денис пришел к квартире с двумя приятелями. Возле дверного проема стояли четыре большие картонные коробки с его одеждой, обувью и личными вещами.
Ирина не стала открывать дверь и вступать в разговоры. Она спокойно смотрела в дверной глазок, пока Денис забирал коробки и громко ругался на площадке.
Через три недели Ирина упаковала два чемодана. Квартиру уже осмотрели новые жильцы — спокойная семейная пара, внесшая залог и оплату за первый месяц проживания.
Билет на поезд лежал в кармане сумки. Поезд отправлялся поздно вечером в сторону Балтийского побережья.
Номера телефонов Дениса и Галины Петровны Ирина внесла в черный список еще в первый вечер после скандала. Все их попытки передать сообщения через знакомых она просто игнорировала.
Спустя четыре месяца бывшая коллега Ирины случайно встретила её на городской набережной. Ирина шла вдоль берега моря в светлом пальто, держа в руках стакан с горячим чаем, и спокоино смотрела на воду.
Заявилась неожиданно к любовнику