— Где ваш сын? Он бросил ребенка одного, вы понимаете? Могло случиться все что угодно!
— Как я понимаю, девочка цела, а ты просто наводишь панику, — отбрила ее Антонина Ивановна. — Олег не бесплатная нянька.
— Правильно, он отец, — рявкнула Даша. — Пусть приезжает забирать вещи, я подаю на развод!
Когда пять лет назад Даша выходила замуж за своего коллегу, она и подумать не могла, что все закончится вот так.
Она неплохо зарабатывала. Карьерный путь в праздничном агентстве начала в студенчестве.
А сейчас уже возглавляла все свадебное направление.
Она много лет копила. Денег хватило на первый взнос за собственную студию в не очень дальнем Подмосковье.
Родители этим так гордились, и Даша почти поверила, что может все.
С Олегом они познакомились на работе. Он был… клоуном, вернее, аниматором.
Их на свадьбы заказывали нечасто. Поэтому пересеклись коренной москвич и хваткая провинциалка только на ежегодном корпоративе.
А потом буря, искра, безумие, и вот уже Даша планирует собственную свадьбу. А будущая свекровь собирается в ее квартиру с визитом.
— Бедненько, но чистенько, — резюмировала Антонина Ивановна, глядя на интерьер. — На приличное жилье не хватило, купили скворечник, милочка?
А что вы, детей не планируете?
— Я думаю, мы с будущим мужем… — Даша не успела закончить фразу, ее прервали.
— Будущему мужу не нужно колотиться в припадке, чтобы заработать, — поморщилась Антонина Ивановна. — У него в перспективе три наследственные квартиры в столице.
Да-да, это вам не скворечники. Я о своем сыне подумала заранее.
А вот вы, милочка похоже совсем лишены ума.
— Почему это? — Даша изумленно уставилась на будущую свекровь.
— Кто Олеженька, и кто вы, — Антонина Ивановна сморщила нос, будто собиралась чихнуть. — Ну мне все ясно, конечно.
Учтите, наследуемое имущество общим не считается. Вам не на что претендовать в этом браке.
От того визита у Даши остались очень странные впечатления. Как будто ее заранее обвинили в попытке испортить жизнь хорошему московскому мальчику, хотя ничего подобного не было.
Она просто мечтала о счастье и детях. А Олег казался перспективным для этого кандидатом. Симпатичный, холостой, без алиментов, кредитов и долгов.
На свадьбе Антонина Ивановна недобро косилась в сторону провинциальных родственников.
Вела себя так, будто она герцогиня, допустившая простолюдинов на бал.
Но Даша знала, что свекровь работает в службе социальной защиты, ходит по одиноким пенсионерам, носит им продукты и вообще оказывает помощь.
Как все это совмещалось в одной Антонине Ивановне, было совершенно непонятно.
Но уже тогда Дашу неприятно царапнула мысль о том, что наследственные квартиры не обязательно достаются от родственников.
Совместная жизнь тоже была полна сюрпризов.
Олег поначалу охотно сбежал от маминой опеки. Но выяснилось, что Даша все еще доделывает в квартире ремонт.
Она справедливо рассчитывала на помощь. Вот только муж не умел держать в руках шуруповерт. А болгаркой чуть не отпилил себе палец.
В общем, эти функции пришлось брать на себя. Разумеется, под аккомпанемент его мамы.
— Что ты себе позволяешь? — голос Антонины Ивановны врезался в мозг как циркулярная пила. — Думаешь, бесплатного ремонтника себе нашла?
Мой сын в эту, с позволения сказать, коробку из-под холодильника не вложит ни копейки. И время свое на ее ремонт тоже тратить не будет.
— Ладно, как скажете, — Даша повернула затяг на шуруповерте до максимума и продолжила собирать кровать.
— Что это ты какая, покладистая? — продолжала нападать свекровь. — У моего сына — музыкальные пальцы! Он не станет портить их твоим ремонтом.
— Конечно, я понимаю, — ответила Даша, прикидывая, стоит ли крепить спинку к стене.
— Что ты понимаешь? — взвилась Антонина Ивановна. — Умная какая нашлась.
Свекровь с ее нотациями появлялась в квартире еженедельно. Критике подвергалось все: то, как Даша ходит, смотрит, моргает. Какой выбрала цвет для кухонного гарнитура.
А когда на работе на невестку вдруг свалилась годовая премия, позволявшая одним махом закрыть ипотеку, Антонину Ивановну вовсе чуть не хватил инфаркт.
Она была совершенно уверена, Даша просто не может зарабатывать больше ее сыночка.
Директор праздничного агентства Лиля в тот момент ничего не подозревала. Они с Дашей обсуждали сценарий нового масштабного мероприятия. И тут в кабинет, стряхивая с себя охрану, фу…рией ворвалась Антонина Ивановна.
— Ах вот оно что, сплетничаем, чаи распиваем, — завизжала она. — Я хочу знать, по какому праву эта получила премию, а мой сын нет?
— Вы кто, женщина? — уставилась на нее Лиля.
— Мать Олега Поплавского, — возвестила Антонина Ивановна. — И я не понимаю, почему мой сын остался без премии. А Дашка всю полученную сумму потратила на ипотеку.
А могла бы подумать о том, что матери мужа не помешал бы санаторий!
— Всем нам он к концу года бы не помешал, — эхом отозвалась Лиля. — Вы знаете, я вообще не должна отвечать на это. Но скажу.
У нас каждый премию получает по результатам работы. И клоунам в этом году ее не давали. Потому что ваш Олег то на больничном, то не может приехать.
Пару раз приходилось вообще вызывать специалистов со стороны, потому что он не явился.
— И что, у мальчика слабое здоровье, а на Дашке пахать можно, — прищурилась Антонина Ивановна. — Я придумала, дайте мне денег на путевку в счет ее зарплаты.
— У меня идея еще лучше, — усмехнулась Лиля. — А уволю-ка я вашего сына совсем. У него будет больше времени на отдых. А вы избавите меня от своего присутствия.
Антонину Ивановну вывели на улицу. У Даши тревожно сжалось сердце. Она понимала, такого унижения у нее на глазах свекровь не простит.
Вечером муж закатил скан..дал по поводу всего сразу. От увольнения до закрытой ипотеки.
Даша впервые пожалела о том, что они женаты.
Разумеется, Олег никакую новую работу даже искать не стал. Ограничился тем, что страдал попеременно то на диване в Дашиной квартире, то в родительской.
Все чаще он оставался ночевать у матери. А у Даши был рабочий аврал, за которым она даже не сразу поняла, что оказалась беременна.
Сообщить об этом мужу удалось не сразу. Он банально не брал трубки.
Даша дождалась, пока благоверный снова совершит набег на ее холодильник и уединится за своим компьютерным столом с виртуальными мон..страми. И подловила Олега сытым и расслабленным.
— И долго мы вот так будем жить? — поинтересовалась она. — Ты бы определился, у мамы остаешься или здесь. Раз уж теперь, как в гости заходишь.
— А что не так? — удивился муж, — тебя все равно дома никогда нет. А у мамы и первое, и второе на обед и ужин, все как я люблю.
— Я беременна, Олег, скоро все изменится, — сказала она. — Тебе нужно решить, что делать дальше. Продолжать сидеть возле мамы или воспитывать нашего ребенка.
С учетом того, что в семье работаю только я, тебе логично будет сесть с малышом в декрете.
— Ты с ума сошла, меня же засмеют, — расхохотался Олег. — Мужчина в декретном отпуске, что за чушь вообще.
— Конечно, вечное безделье ведь лучше, — кивнула она. — Ну тогда я просто подам на развод и буду одинокой матерью с алиментами.
— Дашуль, ну ты чего, — Олег обнял ее, притянул к себе. — Я понял все, не волнуйся. А когда тебе рожать? Живота ведь даже еще нет.
— Через шесть месяцев, — ответила она смягчаясь. — Так ты подумаешь насчет декрета? Или хотя бы найдешь работу?
— Ну ты же знаешь, сейчас везде кризис, — простонал он. — И потом тебе до полутора лет ребенка будут платить пособие.
— Из оклада, а он у нас минимальный, — вздохнула Даша. — Я все уже рассчитала, кто-то должен работать.
Если хочешь сохранить мужское достоинство, как ты себе его представляешь, начни содержать семью.
Анюта родилась на месяц раньше срока. Дашу увезли рожать прямо с очередного мероприятия.
Их с дочкой на время оставили в больнице. Свекровь холодно и скупо поздравила невестку с этим событием. Муж забрал на такси из больницы.
Никаких шариков или цветов, их прислали только коллеги. Но Даша была рада оказаться в родных стенах.
Правда, подготовиться к новым обстоятельствам она тоже не успела. Поэтому сама, стиснув зубы, собрала кроватку, пока Олег прохлаждался у мамы. А потом села искать коляску на сайтах объявлений.
Через полгода стало ясно: если Даша не выйдет на работу, они просто ум..рут с голоду.
Поэтому Олегу был поставлен ультиматум. Он сидит с дочкой хотя бы половину дня. Остальное время с ней проводит Даша.
Муж согласился. Но продержался ровно неделю.
В один из дней она просто нашла дочь, надрывающейся от крика в кроватке. Олега дома не было.
В ярости Даша позвонила матери мужа.
— Где ваш сын? Он бросил ребенка одного, вы понимаете? Могло случиться все что угодно!
— Как я понимаю, девочка цела, а ты просто наводишь панику, — отбрила ее Антонина Ивановна. — Олег не бесплатная нянька.
— Правильно, он отец, — рявкнула Даша. — Пусть приезжает забирать вещи, я подаю на развод!
— Вот и славно, — откликнулась свекровь. — Я рада, что ты сама до этого додумалась.
Трубка выпала из Дашиных рук.
Дочка достойна большего