Станислав наряжал елку с детьми, а Лена полулежала на диване и разглядывала календарь на будущий год, который бросили им в почтовый ящик в качестве рекламы.
— Стас, — задумчиво произнесла Лена. – А как мы планируем провести эти каникулы?
— Да как обычно. Отметим в семье Новый Год, потом с детьми на городскую елку сходим и домой, новогодние фильмы смотреть и салаты доедать.
— А, может быть, как-то веселее все сделаем? Ну ведь были у нас студенческие вечеринки, которые затягивались на все десять дней. Помнишь, как здорово это было?
— Что – десять дней по друзьям шататься будем?
— Ну пусть не десять дней, а пять-шесть. Ну ведь и даются людям выходные на все эти дни, чтобы они хорошенько разгулялись.
— И что конкретно ты предлагаешь?
— Вот, например – первого января у нас родительский день, надо отметить вместе с мамами.
— Думаешь, поладят они на этот раз?
Лена нахмурила брови. Да, мамы у них действительно разные. Свекровь (Ольга Сергеевна), степенная женщина, не любит шумных компаний, обожает свою дачу с помидорами в теплице. Этот Новый Год она решила отмечать со своей соседкой, такой же одинокой, как и она сама. Мама же (Ирина Васильевна) полная ей противоположность — вокруг нее всегда должны быть люди и веселье. Она недавно вышла замуж в третий раз, и будет отмечать Новый Год со своим Михаилом, а с утра первого января к ним начнут приходить приглашенные гости. Вот, можно бы было взять с собой Ольгу Сергеевну и отправиться к маме на веселый праздник. Вражды между мамами не было, но и особой дружбы тоже.
— Ну, я думаю, что твоя мама немного потерпит общество друзей моей мамы, чтобы просто побыть с внуками и с нами.
— Ладно, уговоры я беру на себя, а дальше что?
— Второго января. У Васьки собираются наши студенческие друзья. Детей мы можем оставить на твою маму, пусть она сходит с ними куда-нибудь. Дальше, третье января. Нас давно уже звали Степановы, а мы все не идем. У них дети, у нас дети – будет весело. Два года с лишним же не виделись, а когда-то они нам лучшими друзьями были. Вот, можем же, наконец, принять их предложение. Ну а четвертого, понятно – Потаповы приезжают с турбазы, сам бог велел с ними встретиться, самые же близкие нам друзья. Ну а дальше – посмотрим.
— Ну хорошо, если ты так планируешь. Я не против.
— Еще бы ты был против! Как я сказала, так и будет, хватит скукоты и старых фильмов.
Итак, накануне Нового Года всем обзвонили, все согласовали. Труднее всего было уговорить Ольгу Сергеевну. Она сначала отнекивалась, ссылалась на боль в суставах, на то, что надо хорошенько выспаться, но все же она согласилась приехать, если ей такси вызовут. Васька удивился и даже обрадовался – он заядлый холостяк, но салатики любит, а студенческая компания с каждым годом становится все меньше, у всех свои дела. Договорились на время после обеда. Степановы очень обрадовались, Потаповы тоже изъявили желание встретиться, когда приедут.
Что ж, итак – сам Новый Год. Сели за стол, чокнулись бокалами, поздравили друг друга, отвели детей спать. Станислав с Леной посидели еще пару часиков, и тоже на боковую – завтра утром надо ехать к маме.
Первое января.
Приехали на такси чуть раньше, чем Ольга Сергеевна. За столом уже собралось много народа. Громкая музыка, веселье, мама-хохотушка, громкоголосый Михаил, который болтал без умолку.
— А где же наша сватья? – басил он. – Я еще пока с ней не знаком.
— Скоро будет, такси уже за ней послано.
Ольга Сергеевна приехала с большим пакетом пирожков, которые сама накануне напекла.
— Я надеялась, что вы сами ко мне домой с детьми приедете, — проворчала она. – Пришлось пирожки сюда везти.
Как всегда она была неулыбчива, особенно когда увидела большую компанию. Она часто моргала глазами, хмурилась, морщилась, отодвигалась от тех, кто пытался взять ее в объятия, особенно от прилипчивого Михаила.
— Ну чего ты, сватьюшка? Мы же с тобой теперь родные люди.
Такой фамильярности Ольга Сергеевна не любила. Она даже с Ириной Васильевной была на «вы» и только по имени-отчеству.
— Миш, ну не надо так нападать на гостью, — уговаривала его Ирина Васильевна. – Она стесняется.
— Так мы ее сейчас развеселим.
Ольга Сергеевна веселиться не хотела, это было видно по ее поведению, и все же она старалась ради сына сохранять спокойствие.
— А сейчас мы будем играть в фанты! – после часу застолья громко сказал Михаил. — Давай, сватья, свой фант.
Играть Ольга Сергеевна тоже не хотела, но Михаил снял с нее брошку и кинул в шапку. Все с восторгом выполняли свои задания, хохотали, а Ольга Сергеевна сидела в уголке и молчала. Ей досталось необычное задание, которое, в общем-то, любой бы в компании исполнил без проблем, но только не она: выйти на улицу, обнять первого прохожего и поздравить с Новым Годом.
— Да вы что, шутите, что ли? Не буду я этого делать и точка!
Все за столом весело зашумели, потребовали исполнения. Ольга Сергеевна неохотно встала, пошла в прихожую, стала одеваться и крикнула внукам:
— Дети, собирайтесь, едем ко мне домой, пирожки кушать.
— Сватья, ты куда? – удивился Михаил. — А как же фант?
— Сами идите на улицу и обнимайтесь с прохожими. Я в этом вашем бедламе не участвую. И вообще, мне здесь не нравится, даже настроение себе испортила! И зачем я только согласилась сюда ехать?
— Мам, ну куда ты? – к ней бросился Станислав, но маму было не уговорить.
Она ушла под недоумение всех гостей, но про нее быстро забыли. У Лены и Стаса тоже испортилось настроение – зря они задумали этот эксперимент с собранием обеих мам, дело провалилось, а между сватьями еще больше образовалась пропасть. Досидели, сколько могли, объелись от души и уехали домой.
Второе января.
От этого дня ждали большего, чем от вчерашнего. Стас и Лена были наслышаны о вечеринках бывших однокурсников, и как там бывает весело. Правда, рассказывали им об этом еще лет шесть назад, а они еще ни разу туда не ходили. Васька заводила и балагур, явно будет весело под его руководством. Да и бывших однокурсников хотелось бы увидеть, пообщаться.
Встретил Стаса и Лену сам хозяин в тельняшке с синяком под глазом. Растрепанный, шатающийся, хмельной, но очень веселый.
— Какие люди! – закричал он и обнял пару. – Сколько мы не виделись? С тех пор, как вы поженились? Это уже шестнадцать лет, да? Сколько лет, сколько зим!
В большой комнате, похожей на берлогу, сидела компания. На столе было черт знает что – скорее это напоминало пирушку маргиналов, чем приличную вечеринку бывших студентов. Какие-то непонятные личности, ни одного знакомого лица. Кто это?
— Вась, а где наши?
— Это все наши, все свои, хорошие люди.
— А где те, кто с нами учился?
— Ща придут. Костя, Рита, Виолетта, все будут. Давайте, девки, накрывайте на стол.
Лена вынула из пакета все, что взяла с собой из холодильника – салаты, нарезки. Через два дня они выглядели гораздо приличнее, чем то, что уже стояло на столе. Какие-то огрызки, объедки, фу! За столом в основном моряки (судя по их разговорам) и несколько их жен. Все были уже давно навеселе, и трезвые Лена со Стасом никак не вписывались в эту компанию. Однокурсники так и не появились. Лена набрала номер телефона Риты, с которой они тоже давно не общались.
— Рита, вы придете к Васе?
— Да ты что, Лен, туда из наших уже давно никто не ходит. Года три как уже. А что у него делать? Вася опустился ниже плинтуса, водит своих друзей, которые к нему ходят на халяву попить-поесть, что нам – всех их кормить?
— Да уж, надо нам было заранее поинтересоваться у тебя. С Новым Годом!
— И тебя тоже со Стасом.
Лена вернулась за стол. Там уже двое морячков боролись на руках, поставив локти на стол – кто сильнее. Везде маты, агрессия, захотелось уйти.
— Стас, пойдем домой? А где Вася?
Станислав кивнул на диван, где спал Вася. Ну все понятно, ушли по-английски, никто даже не заметил. Настроение от такого визита не улучшилось. Ну да ладно, завтра будут старые друзья, все нормально!
Третье января.
И почему же уже Лена со Стасом больше двух лет не видели Степановых? Они сами не могли ответить на этот вопрос. Казалось бы – так дружили, и сейчас общение сошло почти на «нет». Кто знает, просто так получилось. А сейчас у них дети подросли – у каждой пары по дочке подросткового возраста, и по сыночку-дошколенку.
— Ну наконец-то, появились! – дверь Станиславу и Лене открыла Марина, в глаза супругам сразу бросился ее большой, округлый живот. – А то вас никак было не дозваться.
— Ой, Маринка, ты беременна?
— Да, уже восьмой месяц пошел. Снова мальчика ждем.
— Как замечательно! – Лена протянула пакет с гостинцами Илье – мужу Марины. – Тут всякое-разное, надо пока по тарелкам разложить.
— Ой, Леночка, это ты зря! Мы уже год всей семьей на правильном питании, — сказала Марина.
— Я же не знала об этом, предупредили бы.
Лена видела, как Илья подмигнул Станиславу – мол, какое там к черту правильное питание?! Что-нибудь придумаем.
На столе из напитков ничего, кроме соков. Ну, это даже и к лучшему, выдохлись уже за эти дни. Но Стасу, конечно, будет сложно вот так – встретить друга через пару лет и не отметить с ним это событие. Ну да ладно, все нормально. Есть, вообще-то хотелось, да и принесли они полный пакет, но Марина строго-настрого запретила ставить все на стол, особенно майонезные салаты и сладости, дабы не было соблазна.
— Заберите все обратно, — сказала она. – На десерт мы едим фрукты, а еще я делаю чудесные конфеты из чернослива! Хотите попробовать?
Она вынесла конфеты, дети Лены попробовали их и отказались дальше есть – не понравилось, хотелось шоколадных.
— Вредно это, — сказала Марина назидательно. – Лучше фрукты кушайте.
После того, как немного перекусили (буквально – перекусили, потому что всего было понемножку в крошечных порциях и совершенно пресно), дети ушли играть. Девочки – в свою комнату, мальчики рядом со столом. В течение застолья Марина пыталась встать и что-нибудь принести из кухни, но ее останавливал Илья:
— Сиди-сиди, дорогая, я сам справлюсь. Тебе же тяжело с таким животом. Мы, вон, со Стасом сходим на кухню. Стас, составишь мне компанию?
Стас охотно соглашался, и мужчины исчезали за дверью комнаты. Марина в это время не давала Лене вставить ни слова – сама без умолку болтала о беременности, правильном питании и воспитании детей. Странно, но Лена сама заметила результат этого воспитания – Маринин сын постоянно задирался на ее сына и все время кричал, замахиваясь игрушкой. Марина будто этого не замечала, и только Лена шепотом старалась их разнять. Все-таки собственного сына жалко, тем более он ведет себя вполне прилично.
Лена краем глаза замечала, какие возвращаются из кухни мужчины. Ага, глаза уже осоловевшие, глупо улыбаются, громко болтают между собой за столом. У Ильи уже виден майонез на краешке губ. Марина на них не обращала внимания, разговаривая все время с Леной. И вдруг она почувствовала запах от мужа.
— Ты что – пил? – возмутилась она. – Ты пил?
— Мариночка, ну совсем чуть-чуть! – Илья сделал бровки домиком.
— Ты откуда взял? – Марина уже перешла на крик.
— Марина, это мы принесли, совсем немного, мы же не знали, что у вас такие изменения в семье, — пыталась успокоить Марину Лена.
— Да как ты мог так со мной поступить? А губы у тебя в чем? В майонезе? Ты с ума сошел?
Марина кричала на мужа, Стас с Леной сконфуженно сидели и молчали. Было очень неловко, будто они в чем-то провинились и на них был страшный грех. Расшумелись и дети – сын Марины уже начал конкретную драку со своим другом. Немедленно захотелось уйти, стали собираться. У Марины началась истерика, она ушла в свою спальню и даже не захотела провожать гостей. Вышел в прихожую только Илья.
— Вы уж простите Маринку, — попросил он. – Сами понимаете, беременна, настроение резко меняется. Да еще, черт возьми, придумала она какое-то правильное питание, от него только кишки крутит. Ну что делать, она в таком положении, что обижать ее нельзя, а я такой-сякой не выдержал.
Шли на автобусную остановку без настроения. Да, Марина совсем переменилась. Сын тер лоб, на котором образовалась шишка из-за драки. Общаться со Степановыми уже почему-то совсем не хотелось. Уже дома, положив спать детей, Стас с Леной сидели на кухне, пили чай и разговаривали.
— Что-то не вышла моя затея с веселыми каникулами, — сказала Лена. – Все пошло наперекосяк.
— Да уж. Это потому что давно по друзьям не ходили. Разучились мы веселиться, все семья-семья.
— Ну и ладно, черт с ними этими тремя днями. Завтра Потаповы приедут, все же они нам ближе всех, знаешь что от них ждать, повеселимся наконец.
Переглянулись и поняли по взгляду друг друга – да устали они от такого веселья. Хочется просто лежать под теплым пледом, пить чай с конфетками и смотреть старые новогодние фильмы. Но ведь близким друзьям, Потаповым, как-то неприлично отказывать, они будут ждать.
Четвертое января.
Не хочется вылезать из постели. Что же придумать, чтобы к Потаповым не ехать? Сами заварили кашу и сами же в кусты.
— Стасик, придумай что-нибудь, может, попозже с ними встретимся? Как-нибудь потом. Извинись за нас, они поймут.
Стас набрал номер телефона Потапова, но тот начал разговор первым.
— Привет Стас. Только сегодня утром приехали с турбазы. Голова трещит, ноги не ходят. Светка вообще уставшая, к плите даже подползти не может. Круто мы погуляли три дня. Вы не обидитесь, если мы потом встретимся, где-нибудь на днях? Созвонимся если что.
— Да конечно, мы сами здесь повеселились, хочется просто лежать.
И лежали. Вот так вот – под пледом, с чаем и конфетами, смотрели старые фильмы. Из всех дней «веселья» этот был самый лучший.
«Падчерица» (рассказ)