— Нет, я просто поражаюсь — вот ведь везёт некоторым! Богатство само на голову свалилось. И ничего делать не нужно. Раз — и ты уже богачка, — недовольно рассуждала Оксана.
— И не говори, доченька. Вот уж повезло — так повезло, — вторила ей Надежда Леонидовна. — И зачем она ей, эта квартира, скажи мне на милость? Да ещё в старинном доме в самом центре города! Могу себе представить, сколько она стоит сейчас на рынке недвижимости.
— Я сама удивлена не меньше твоего! Кто бы мог такое подумать про нашу тихоню, — недовольно продолжала Оксана.
— А в квартире той чего только нет — и мебель антикварная, и картины, маслом писаные, дорогие, и посуда старинная, Денис мне рассказывал.
— Да, повезло нашему Дениске. А с виду замухрышка — жена его, ни фигуры, ни лица. И что только брат в ней нашёл? А теперь выходит, что почти в лотерею выиграл, — делилась с матерью Оксана. — Лучше бы мне так повезло. Я и красивая, и умная, у внешность у меня что надо. А уж если бы заимела такую недвижимость, то, знаешь, как развернулась бы! О-о-о!
Мать с дочерью собирались в гости к сыну и невестке. Узнав накануне от Дениса потрясающую новость, обе женщины были слегка не в себе, досада и зависть поселилась в их сердцах.
Но более всех других чувств преобладало желание прибрать к рукам чужое богатство. Именно оно не давало сейчас покоя женщинам.
А всё произошло неделю назад, когда неожиданно для всех, в том числе и для самой Даши, пришла новость о том, что она стала богатой наследницей.
— Интересно, а что же ты молчала и никогда не говорила мне о том, что у тебя такой богатый папаша был? — не менее жены удивился Денис. — Сама же мне рассказывала, что вы с матерью жили в убогой однушке на окраине города и еле концы с концами сводили. И как тебя в школе дразнили за твою дешёвую одежду и обувь. И питались вы кое-как, едва дотягивали до получки. А теперь что же? Выясняется, что твой папаша был настоящим богатеем.
— Я об отце ничего не знала вплоть до последних дней, — попыталась оправдаться Даша. — И мама всегда молчала о нём. Единственное, что мне было известно — это то, что он когда-то предал её, и после этого мама запретила ему появляться в нашей жизни.
— Прямо как в кино!
— Да. Если бы… Но всё гораздо прозаичнее. Правда, было несколько странных случаев… Я тогда ещё в школе училась, и рядом со мной на улице несколько раз останавливался большой красивый автомобиль. А из него на меня внимательно смотрел один и тот же мужчина. Он молчал, ничего говорил, ни о чём не спрашивал. Потом водитель отдавал большую мягкую игрушку и пакет с конфетами и фруктами, и они уезжали.
— Ну говорю же, как в кино, — удивлялся Денис.
— А мама… Она всё, что я приносила домой, выкидывала. А я горько плакала — мне было жаль подарков. Ведь сама она на свою маленькую зарплату такого мне купить не могла. Или делала это крайне редко.
— Да уж, с мозгами у тёщи, видно, совсем беда! — возмутился муж.
— Денис, прекрати! Как ты можешь, это же моя мама, — обиделась Даша.
— На разве я не прав? Сама жила в нищете, и ребёнка впроголодь растила. Знала наверняка, как к тебе относились сверстники, и всё равно допускала твои страдания. А от денег бывшего мужа отказалась. Деньги ведь не пахнут — ну и кто она после этого?
— Пойми, мама очень гордая. И мы с тобой не знаем, что между ними произошло. Поэтому я и судить её не берусь, и ты не смей. Теперь выяснилось, что мой отец был гораздо старше мамы и имел денежный бизнес. Может, даже и не совсем законный, — задумчиво произнесла Дарья.
— А кроме тебя, у отца наследников больше нет? Странно всё это. Давай всё-таки попросим Ольгу Сергеевну, пусть она нам всё расскажет. Пора уже, — настаивал Денис.
— Ох, не знаю, захочет ли мама. Но я обязательно спрошу её об этом. Мне и самой интересно, кем был мой отец и почему мама отказалась от его помощи, хотя мы очень в ней нуждались.
Недавно супруги съездили в большую богато обставленную квартиру отца, что досталась Даше в наследство. И были просто ошарашены тем, сколько там красивых картин, старинных ваз, необычной антикварной мебели из красного дерева и других шикарных предметов интерьера.
— Вот это да! Это просто музей какой-то! — удивлялся Денис, не скрывая эмоций. — Но жить тут вряд ли удобно. Продадим всё это и купим домик современный где-нибудь на природе. Да, Дашуль? И на жизнь ещё очень много останется. Теперь можно и не работать.
— Не знаю… Пока не решила. Надо свыкнуться с этой мыслью, а я пока ещё не готова, — тихо произнесла потрясённая увиденным Дарья.
Как заворожённая она ходила по большим комнатам с высокими потолками, притрагивалась к тяжёлым портьерам и изумительной красоты мебели, подолгу разглядывала удивительные картины, таящие в себе целый мир.
— А что тут думать? Продать и всё! — не унимался муж. — Ну не жить же здесь, право слово!
Тем временем свекровь с золовкой не сидели без дела, разрабатывали свою стратегию.
— Нам с тобой нужно давить на то, что Дарья является частью нашей семьи. А что это значит? Всё, что принадлежит ей, является и нашей собственностью, — горячо пыталась убедить мать Оксана.
— Ты думаешь, она совсем без мозгов? — удивилась Надежда Леонидовна. — Нет, Даша, конечно, тихоня, но совсем не ду.ра.
— Да ладно тебе! Ты вспомни, в какой нищете она росла. Дашка даже примерную цену всем этим богатствам не знает. И сватья наша, мать её, тоже какая-то полоумная. Мама, ты подумай, ну что она могла привить дочери, чему её научить? Уж бодаться с нами она точно не станет, — спорила с матерью Оксана.
— Ты права, дочка. Зачем ей всё это? Всё равно ведь не сможет с умом распорядиться таким богатством. Или на радостях промотает, или раздаст по доброте душевной. С неё станется.
— Ну а я о чём! Необходимо убедить Дашку, что именно нам с тобой нужно заняться продажей и квартиры, и всего, что в ней находится. А мы быстренько сможем найти людей, компетентных в этих вопросах, — делилась своей версией Оксана.
— Да, доченька, — соглашалась мать. — Тут ты права. Вопрос этот совсем не простой. Это не убогую бетонную коробку на окраине продать, тут подход другой нужен.
— Я заверю Дарью, что она ничего в этом не смыслит, и её обязательно облапошат. Кинут на денежки нашу простофилю. А деньги там немалые! — увлечённо продолжала Оксана, думая о чужом богатстве.
— Ну ты у меня голова, Оксаночка! Действуй, а мы уж себя не обидим, только пусть сноха побыстрее напишет на нас генеральную доверенность, чтобы мы могли начать заниматься продажей всех её богатств.
Мать Дарьи, которая была не так уж глупа, как о ней думала сватья, примерно такой реакции и ждала. Поэтому, пригласив дочь к себе без мужа, решила предостеречь её от возможных ошибок.
— Даша, мне нужно с тобой поговорить, — начала мать уверенно. — Ты у меня очень добрая, бесхитростная. Я не против того, что отец оставил тебе такое богатство. Я знала, что так случится, и Аркадий перед своей кончиной обязательно вспомнит о единственной дочери. Он поступил правильно, по совести, добрая ему память. Но речь сейчас не о нём, Дашенька, а о тебе.
Будь осторожна, родственники мужа захотят обобрать тебя как липку, мотивируя свои действия тем, что твои деньги всё равно останутся в семье. Не ведись на их уловки.
— Хорошо, мама, я буду осторожной. Честно сказать, я так удивлена после посещения папиной квартиры, что пока не могу прийти в себя. Там такая красота! Я не могу тебе передать словами, просто как в волшебном дворце!
— Ох, девочка моя, — погладила Дашу мама, — какой же ты у меня ещё в сущности ребёнок! Я рада, что судьба воздала тебе за твои детские переживания и слёзы.
— Мам, расскажи о папе, — попросила Даша.
— Да рассказывать нечего. Ду.ра я была, гордая. Может, надо было по-другому себя вести. Тогда и мы с тобой жили бы совсем иначе, а не перебивались с хлеба на воду.
Мы познакомились с Аркадием, когда мне было 26 лет, а ему уже далеко за сорок. Он тогда попал к нам с приступом, требовалась экстренное оперативное вмешательство. Именно поэтому он оказался не в дорогой клинике, а в нашей бюджетной больнице, куда его привезли по скорой.
Я ему понравилась. Аркадий хвалил меня за умение безболезненно ставить уколы, за мои нежные руки и красивые глаза. Делал он это очень душевно, так, что я ему поверила.
После его выписки мы продолжил знакомство. Твой отец красиво ухаживал, говорил мне о любви.
Когда я сказала, что беременна тобой, он куда-то пропал. Я тогда очень страдала, плакала, понимая, что стала игрушкой в его руках. Аркадий появился только после твоего рождения.
— И что? Почему ты его отвергла, мама? — с нетерпением спросила Дарья.
— Потому что он… Это так унизительно, Аркадий предложил мне… стать его содержанкой. Оказалось, что он давно женат. Детей у них с женой не было, а тесть был влиятельным человеком, который владел каким-то полулегальным бизнесом. И Аркадий работал на него, являясь частью этого бизнеса. Потому и жену бросить не мог. Как он мне объяснил тогда — его бы просто не оставили в живых.
— Ну? А дальше? Почему ты запретила нам с ним общаться? Почему не захотела, чтобы отец помогал нам, мама? Ведь ты так много работала, а денег всё равно не было! Почему мы так бедно жили, мама?
— Говорю же, гордая я была. Сейчас так уже не поступила бы. Понимаю, что тебе тяжело было расти без отца, прости меня, Даша. А ещё… Я очень боялась за твою жизнь. Ведь если его жена узнала бы о твоём существовании, она стала бы мстить.
— А потом?
— Два года назад Аркадий вновь появился в моей жизни. Сказал, что теперь тестя нет, да и жена недавно ушла в мир иной. Он предложил нам с тобой переехать в его квартиру. Ты тогда уже с Денисом встречалась, и дело шло к свадьбе. А я? Ты знаешь, я уже перегорела, и мне одной было гораздо лучше, чем с кем-то. Видно, очень долго ждала я своего счастья. И утомилась.
Даша уехала от матери, а вечером ей позвонила свекровь.
— Ну, Дарья, давай, покажи-ка нам своё наследство! Похвались! Пора уже.
— Хотите глянуть на папину квартиру? Хорошо, завтра я там буду с утра, нужно в бумагах отца разобраться. Мама сказала, что там есть письма для меня. Приезжайте, адрес я вам скину.
Свекровь и золовка ходили по квартире притихшие и ошарашенные. Они были готовы к тому, что увидят богатую квартиру. Но чтобы настолько!
Хоть женщины и улыбались натянутыми улыбками, но не могли скрыть своей зависти.
— Ну, что, Дашенька, ты уже решила, что с этим со всем делать? — начала Надежда Леонидовна вкрадчиво и очень осторожно.
— Нет пока, — ответила Дарья.
— Как — не решила? Продавать — вот, что нужно делать! Зачем тебе это старьё? Ты знаешь, сколько могут выложить коллекционеры за всё, что находится внутри твоей квартиры? — в разговор вступила Оксана. — Да и квартиру тоже нужно продать с умом. Выгодно и по своей настоящей цене, чтобы не прогадать. Есть у тебя такая возможность, скажи нам?
— А вам-то что за забота о моей квартире? — дерзко спросила невестка, вспоминая слова мамы, чем весьма удивила присутствующих.
— Мы всего лишь переживаем, Даша. Хотим вам с Денисом помочь, — продолжала свекровь.
— Помочь? Это каким же образом? — как будто заинтересовалась Дарья.
— Ты вот послушай нас. Пойми одно, ты не сможешь всё это продать так выгодно, как это сделаем мы с мамой! У неё много знакомых среди музейных работников, коллекционеров, любителей старины. И поверь, они выложат кругленькую сумму за любую старинную вещь из твоей квартиры. А ещё есть знакомый риэлтор, который занимается продажей именно таких, эксклюзивных и дорогих квартир, — убедительно произнесла Оксана. — От тебя, Даша, всего-то и нужно — это подписать доверенность, чтобы мы с мамой занимались твоими проблемами. И всё! Ну, что думаешь? Здорово?
— А у меня нет никаких проблем. И я, к вашему сведению, не собираюсь ничего здесь продавать. Ни одной вещи из квартиры отца. Как и саму квартиру тоже.
— Что? — изумились свекровь и золовка. — То есть ты с нами так, да? И тебе на нашу семью плевать. Разбогатела и сразу мы не нужны стали! — громко закричала свекровь, уже не скрывая своих истинных эмоций. — Может, тебе теперь и Денис наш не нужен, такой бедный? А? Ты скажи, не стесняйся, простушка ты наша, тихоня.
— Со своим мужем я сама разберусь, — спокойно ответила Дарья, изумляясь прозорливости своей мамы. — И если у вас всё и больше никаких оригинальных предложений не будет, то прошу оставить меня одну, у меня много дел.
— Вот зараза! — не сдержалась Оксана.
Свекровь и золовка уехали из квартиры Дарьи ни с чем. Но увлекательную во всех смыслах идею завладеть чужим богатством не оставили.
Они обе принялись обрабатывать Дениса, чтобы тон уговорил жену продать папино наследство.
С того дня между супругами, которые всегда жили мирно, начались скандалы. Даша не шла на уговоры мужа и не отступала. Она всерьёз решила ничего пока не продавать. Находясь в квартире отца, она как будто переносилась совсем в другую, волшебную, жизнь. Жизнь, которая ей была неведома до этого времени.
— Ну вот чего ты упёрлась? Неужели не понимаешь, что на эти деньги мы не только сможем купить прекрасную квартиру в новом доме или даже целый дом за городом, но и несколько лет вообще не работать! Совсем! А спокойно жить на те деньги, что получим с продажи антиквариата, — всё чаще выговаривал Даше Денис.
— Я всё прекрасно понимаю, не глупая. А ещё вижу, что ты очень хорошо научился считать чужие деньги. Вопрос закрыт. Продавать ничего не буду, — чувствуя фальшь в словах мужа и понимая, откуда дует ветер, отвечала Дарья.
В итоге супруги развелись. Накрученный роднёй, Денис так и не смог простить жене её внезапного богатства. А она не захотела быть рядом с человеком, который может предать её в любой момент.
Вся родня собралась за столом и выдвинула мне ультиматум. Ответ был не для слабонервных