Две дочери

У Натальи Николаевны было две дочери: старшая – Ирина и младшая – Ольга. Муж ушел, когда девочки были еще маленькие. Семья жила в двадцатиметровой комнате в коммунальной квартире, жили небогато, часто приходилось довольствоваться малым.

Наталья даже новые вещи покупала дочерям очень редко, девочки носили то, что отдавали матери родственники и знакомые.

— Опять чужое, — кривилась Ирина. — Все девчонки в классе в новом ходят, одна я как чучело.

Ольга относилась к этому спокойно. Она уже в тринадцать лет могла распороть принесенное мамой ношеное платье и сшить себе из него сарафан или юбку.

— Олька, ты ненормальная, — фыркала Ирина. — Копаться в тряпках, которые до тебя кто-то носил?

— А что такого? — Ольга пожимала плечами. — Если перешить хорошо, никто не заметит.

Ольга действительно не завидовала одноклассницам, которые ходили в новых куртках и модных джинсах. Ей нравилось придумывать фасоны, комбинировать цвета, превращать старую одежду в нечто красивое. В девятом классе она сшила себе выпускное платье — из двух старых, распоротых и соединенных так искусно, что учительница труда попросила показать выкройку.

Ирину их бедность и необходимость носить чужие вещи очень расстраивала, и она дала себе слово, что сделает все, чтобы во взрослой жизни быть обеспеченной. Единственное – она выбрала своеобразный путь к богатству. Пока ее младшая сестра училась в колледже и получала специальность, Ирина искала себе обеспеченного мужа.

И нашла. Анатолий в свои тридцать лет имел почти все, к чему другие люди шли годами: трехкомнатную квартиру, машину и, конечно, работу. Работал он на себя: отец помог ему начать собственное дело.

Случайно познакомившись с Анатолием на вечеринке у друзей, Ирина сделала все, чтобы ему понравиться. Через год они поженились.

— Ира, — спросила Ольга сестру перед свадьбой, — скажи честно, тебе нравится Анатолий или его кошелек?

— А какая разница? — Ирина поправила волосы. — Главное, что я больше никогда не буду донашивать чужие вещи. И ты тоже, кстати, могла бы найти нормального мужа. Хочешь, я познакомлю тебя с кем-нибудь из приятелей Толика?

— Нет, спасибо, — отказалась Ольга.

Ирина своим выбором была довольна. Анатолий оправдал ее надежды. Через пять лет после свадьбы они переехали из трехкомнатной квартиры в двухэтажный коттедж. Их сыну в это время было уже три года. Можно было бы отдать ребенка в садик и выйти на работу, но Ирина решила, что она будет сидеть дома. Профессии у нее не было, а статус домохозяйки и жены успешного бизнесмена вполне устраивал молодую женщину.

Ольга, окончив колледж, стала работать в ателье. Ей очень нравилось делать женщин красивыми. И главное – у нее это хорошо получалось: девушка умела подобрать фасон платья или костюма на любую фигуру, и клиентки уходили от нее довольные и счастливые.

Вскоре она тоже вышла замуж. Но ее муж не был ни олигархом, ни бизнесменом. Савелий работал в городской больнице врачом-ортопедом.

Через год после свадьбы Ольга родила двух сыновей-близнецов: Гришу и Матвея. Первое время им было очень трудно: жить приходилось только зарплату Савелия, но, когда дети слегка подросли, Ольга начала понемногу работать дома – брала заказы, а когда мальчишки пошли в сад – она вернулась в свое ателье.

Кажется, все сложилось отлично: обе сестры получили то, к чему стремились. Ирина – обеспеченную жизнь, Ольга – любимую работу и семью. Они не завидовали друг другу, общались, по мелочи выручали друг друга: посидеть с ребенком, поделиться рецептом нового блюда, иногда просто встретиться в кафе и поболтать.

Но была женщина, которая вольно или невольно разрушила отношения сестер. Это сделала их мать – Наталья Николаевна.

Коммунальная квартира, где прошло детство Ирины и Ольги, со временем стала неудобной для жизни. Сыпалась штукатурка, ветшали трубы, не грели старые батареи. Нужен был капитальный ремонт. Но кто будет его делать, если жильцы в трех комнатах из пяти постоянно менялись? Иногда люди, получив комнату в наследство, сдавали ее, пока это было возможно, затем, чтобы не делать ремонт, перепродавали следующему хозяину, и так далее.

Когда три комнаты из пяти оказались необитаемыми, а единственным соседом Натальи Николаевны остался семидесятилетний Петрович, крепко подружившийся с «зеленым змием» и собиравший на кухне всех своих приятелей, Наталья Николаевна попросилась жить к старшей дочери.

В двухэтажном коттедже ей выделили небольшую комнатку, однако Ирина предупредила мать о том, чтобы та пореже попадалась на глаза Анатолию, а в то время, когда они будут принимать гостей, даже не выходила из своей комнаты.

Женщина на эти условия согласилась, но почему-то решила «отблагодарить» старшую дочь и зятя странным образом. Она стала рассказывать всем знакомым о том, как хорошо живет Ирина, какой молодец Анатолий:

– Всего сами добились: и дом построили, и отдыхать в заморские страны по два-три раза в год летают, и сын их учится в лучшей и, конечно, платной гимназии, да к тому же занимается большим теннисом.

А потом, описав все достоинства Ирины и Анатолия, добавляла:

– А вот второй своей дочкой похвастаться не могу. Работает считай, в обслуге – вынуждена каждой клиентке угождать, вокруг каждой бегать. И муж у нее – Владимир – тоже немногого добился – обычный врач – ни почета, ни зарплаты. Ребят двое – учатся в обычной школе, звезд с неба не хватают, в компьютерах сидят да в футбол играют. А уж про то, чтобы куда-то отдохнуть слетать –и разговору нет. Все лето у свекров на даче обитают.

Она рассказывала это снова и снова — знакомым, дальним родственникам, продавщицам в магазине, даже случайным попутчикам в автобусе. И чем больше рассказывала, тем искреннее сама верила, что Ольга живет плохо, а Ирина — образцово-показательно.

Конечно, эти слова матери, повторенные много раз, дошли до обеих сестер. Ирине они понравились – она и сама стала кое-что из этого повторять и искренне уверилась, что правильно живет. Со временем даже стала младшую сестру «жизни учить».

— Оль, я тебе как сестра говорю, — начинала она при встрече. — Ну чего ты в этом ателье мучаешься? Клиентам кланяешься? Пусть бы твой Савелий нормальную работу нашел. В частную клинику устроился бы. Там и платят по-другому.

— Савелий работает в государственной больнице. Ему там нравится.

— Ну и дypaк, — вздохнула Ирина. — Хотя каждый сам кузнец своего счастья.

Ольга вспыхнула:

— Ира, ты вообще знаешь, что мама про нас говорит? Что мы нищие! И ты ей поддакиваешь?

— А ты обижаешься на правду? — Ирина удивилась искренне. — Мама просто констатирует факт.

Ольга, которая сначала не обращала внимания на слова матери и сестры, попросила их прекратить обсуждать ее жизнь с соседями и друзьями.

Наталья Николаевна возразила:

– А разве я неправду говорю? Вы с Савелием по сравнению с Анатолием и Ириной – нищие, и это надо признать. И чем мне претензии высказывать, лучше бы ты на своего мужа повлияла, чтобы он денежную работу нашел.

– Мама, нам всего хватает. И, кажется, я ни у тебя, ни у Ирины в долг не просила, – ответила Ольга.

В общем, они поссорились: Ольга обиделась на мать, Ирина посчитала сестру гордячкой и перестала с ней общаться.

Но, как известно, закономерностей в нашей жизни больше, чем случайностей.

Однажды в офис Анатолия пришли серьезные люди: оказывается старший зять Натальи Николаевны вел свой бизнес, не соблюдая кое-какие законы.

Имущество было описано и конфисковано, Анатолий был арестован и ждал суда, а Ирина с сыном и мамой снова оказались в той самой двадцатиметровой комнате рядом с Петровичем, который встретил их радостно:

– О, Наталья, а я думал, ты уж и не вернешься!

Наталья Николаевна, правда, попыталась поселиться в двухкомнатной квартире младшей дочери, но Ольга ей отказала:

– Мама, ты же сама недавно говорила, что в нашей «конуре» невозможно жить. Я тебя цитирую: «В этой двухкомнатной дыре и кошку жалко держать».

После суда Анатолия за казенный счет увезли на несколько лет отрабатывать долги перед государством, Ирине тоже пришлось достать свою трудовую книжку и устроиться судомойкой в тот ресторан, где раньше их с мужем встречали как самых дорогих гостей.

А что семья Ольги?

Они продолжают жить так, как жили: Савелий лечит больных, получая не очень большую зарплату, Ольга работает в ателье – чтобы у нее сшить платье, клиентки записываются за месяц и даже больше. Их сыновья учатся в школе, мечтают стать программистами и играют в футбол.