— Давай съедемся? – такое предложение из уст мужчины уже сравнимо со старым добрым «давай поженимся».
Поэтому Полина, услышав подобные слова от Стаса, была на седьмом небе от счастья.
И, конечно же, ответила на предложение согласием.
И, конечно же, поспешила поделиться радостью с самыми близкими людьми – мамой и сестрой.
— Ой, Полька, да вот нашла, чему радоваться.
— Мам, ну не начинай опять, а?
Полина, на самом деле, как-то подзабыла о том, что ей не следует рассказывать матери обо всем, что с ней происходит.
Наверное, все дело в том, что за предыдущие три года с тех самых пор, как девушка съехала в свою собственную квартиру, все общение с матерью ограничивалось поздравлением на праздники.
И не потому, что был какой-то бойкот или нежелание общаться, а просто рассказывать было не о чем.
Полина работала, постепенно выплачивала ипотеку, а еще – хваталась за все возможные подработки, из-за чего практически не имела своей личной жизни.
И ей бы вспомнить, из-за чего вообще так сложилось, что она постаралась как можно быстрей сбежать из родительского дома буквально «в никуда».
Но нет – память у Полины была короткой, а потому – радостью с матерью и сестрой она поделилась вполне искренне.
И получила ушат коричневой субстанции на голову.
— Да он тебя пом…сит и бросит, зачем ты ему еще нужна с твоей-то внешностью, — хмыкнула сестра тем самым тоном «а кто же тебе еще, кроме меня, правду скажет».
— По себе других не судят. Из нас двоих не я – брошенная мать-одиночка, — тут же парировала Полина. И была выставлена из дома матери под рыдания сестры.
Да, почему-то той не нравилось, когда Поля становилось тем самым человеком, который говорил «правду в лицо».
Стрелочка не поворачивалась, как будто приклеил ее кто-то намертво.
Впрочем, этому тоже не следует удивляться, ведь так было всегда.
С самого раннего детства Полину сопровождала куча комплексов, насаженных «любящей» сестрой и почему-то активно поддерживаемых матерью.
Какое-то время даже Полина считала себя приемной. Кому она врет?
У нее и сейчас порой нет-нет – да и проскакивает мысль, что мать ее где-то подобрала просто чтобы любимой доченьке компанию составляла и выгодно оттеняла ее.
И ни в коем случае никогда не пыталась ни превзойти в чем-то Настю, ни даже попытаться добиться какого-то успеха в сферах, с которыми сестра связываться не желает.
И ладно бы Настя была нормальной такой «Настенькой», как главная героиня старого фильма «Морозко», так нет же!
От девочки матери с самого раннего детства были сплошные проблемы.
То с компанией какой-то не такой свяжется, то «на спор» ворует из торгового центра.
А было дело – даже в полицию приводили то ли за драку, то ли за употребление того, чего не нужно – Полина за давностью лет и из-за собственного малого возраста особо и не помнит, в чем было дело.
Зато четко помнит, что мать тогда на «отмазывание» старшей дочери отдала деньги, отложенные на новые школьные принадлежности младшей.
И весь год Полина проходила в школу в старой одежде, которая чуть не трескалась на ней и едва закрывала локти с коленями.
Наверное, мать тогда радовалась, что опека в их городке не работает, как надо, и к ней не приходят домой люди с неудобными вопросами в духе «а почему вы не можете нормально одеть и обуть младшую дочь».
А, да, в семьях обычно передавали вещи от старшей сестре к младшей, но Настя при одном намеке на то, чтобы отдать Полине ее старую куртку, закатывала истерики и начинала намеренно портить вещи.
Подружкам при этом она сбагривала шмотки с радостью, а вот родной сестре жалела до невозможности даже те тряпки, которые на нее уже не налезали.
Впрочем, это дело ее. Поле давным давно не надо ничего ни от сестры, ни от матери.
Еще классе в седьмом она открыла для себя дивный мир нормальных друзей, которые быстро объяснили ей, что она, Полина, ни в чем не хуже, а может быть – даже в чем-то и лучше старшей сестры.
Да и сложно не поверить, что ты хорошая, когда тебя мамы друзей называют красавицей, а трое из пятерых знакомых мальчиков на одной из вечеринок признаются, как бы между прочим, что с радостью бы начали с тобой встречаться, если бы не твой настрой «только учеба и никаких парней».
Так что к моменту окончания школы Полина прекрасно знала, кто есть кто в ее семье, так что словам матери и сестры никакого особого значения не придавала.
Но не могла понять, откуда же взялась такая не то что ненависть, но неприязнь уж точно к младшей дочери.
Потом уже узнала от дальних родственников, что, оказывается, она была попыткой склеить трещавший по всем швам брак матери и отца.
Ну правильно, что надо сделать, когда вы по уши в проблемах, не можете ни о чем договориться и того и гляди разойдетесь, как в море корабли (и это в лучшем случае)?
Правильно, заделать еще одного члена общества, который повиснет мертвым грузом на ваших плечах минимум на восемнадцать лет.
Ведь ничто так не позволяет решить проблемы, как ворох новых проблем, связанных с появлением в семье нового человека.
А, да, еще, конечно, обратиться к специалистам каким-нибудь и разобраться в своих взаимоотношениях – это непомерно дорого, а вот выкинуть в три раза большую сумму (и это только в первый год жизни ребенка) на все необходимое – это же дешево, просто и никакими проблемами для бюджета не оборачивается.
Прекрасный план, родители! Надежный, как швейцарские часы!
Все это Полина проорала в лицо матери во время очередной ссоры, ставшей последней.
Она тогда получила аттестат и готовилась к поступлению в ВУЗ, но мать неожиданно уперлась и сказала, что никакого высшего образования Полине не надо.
Да и вообще – у Настеньки вон сыночек подрастает, а папаша, нехороший человек, сбежал и только копеечные алименты платит.
И должна Полина, как хорошая младшая сестра, устроиться куда-нибудь на работу хоть курьером, хоть дворником, хоть еще кем, где не требуется образования, ну и нести все деньги в семью (читай – маме и Настеньке).
Ну а ей уж, так и быть, с этих денег выделят три копейки на проезд и накормят с барского стола нахлебницу.
Полина тогда сорвалась. Высказала матери все, что о ней думает, собрала документы и скудные пожитки, после чего вышла из квартиры.
И, не думая, она пошла в гости к подруге с просьбой подержать на сохранении у себя вещи, пока не придумает, где ей жить и куда вообще деваться.
У подруги была дома мать, которая пришла в состояние шока от Полининой ситуации и по доброте душевной нашла Полине работу с проживанием.
Не бог весть что, уборка территории в коттеджном поселке, но зато девушке выделили небольшую комнату в десять квадратных метров и платили достаточно не только для более-менее нормальной жизни, но и для откладывания небольших сумм на будущее.
Год Полина там проработала, подкопила немного, а потом – переехала в другой город и поступила на желаемую специальность.
Конечно, во время учебы ей пришлось туговато – совмещать процесс получения знаний с двумя подработками было тем еще тайм-менеджментом, но она и с этим справилась.
Получила диплом и искренне гордилась собой. А отработав год уже на более-менее приличной должности по специальности, взяла в ипотеку небольшую квартиру в старом фонде.
Благо, что цены были не московскими и, по ее расчетам, погасить всю задолженность перед банком она сможет даже не за десять лет, как изначально было прописано в договоре, а лет за пять-шесть, если, конечно, не случится какого-нибудь форс-мажора.
Именно тогда Полина начала более-менее общаться с матерью. Ну как, общаться…
Мать даже извинилась перед ней за свое отношение в детстве, что Полину и удивило, и обрадовало, и вселило надежду на то, что в дальнейшем их отношения наладятся…
И тут такое.
Нет бы порадоваться, что у Полины налаживается личная жизнь – надо …достей наговорить, чтобы настроение испортить!
Да ну их, тоже мне, семья…
Под мрачные мысли Полина добралась домой как раз в тот момент, когда Стас закончил раскладывать свои вещи по выделенным ему шкафам и тумбочкам.
Да, у них была та самая ситуация, когда переехать проще было ему к ней, чем ей на съемную к Стасу.
Во-первых, потому, что парень снимал комнату, а не квартиру, а делить душ и уборную с кем-то посторонним Полине не хотелось, во-вторых – зачем платить за съем, когда есть свое жилье?
А так у Стаса появятся свободные деньги, которые он сможет потратить хоть на что-то интересное для себя, хоть на их совместный досуг. Всем же лучше будет!
Так, по крайней мере, Полина предполагала.
Но вскоре в ее жизни начали происходить странности, которые усугубились после вмешательства семьи.
Впрочем, тут уж впору говорить «не было бы счастья, да несчастье помогло».
Горе (часть 2)