Свекровь забрала только одного внука

— А Машкины вещи тоже собирать? — посмотрел он на бабушку.

— Нет, — отвернулась та. — Машка твоя мне никто. Неизвестно, где твоя мамаша её нагуляла.

Это Никита уже слышал от соседей.

Никита никак не мог определиться, любит он свою мать или ненавидит. Когда-то у них была хорошая семья: мама Катя — красавица и хохотушка, серьёзный, надёжный папа Коля и он, Никитушка, забавный малец (как выражался отец).

Что произошло между взрослыми, Никита, конечно, не понимал. Только папа всё чаще сердился, родители громко ссорились, и потом мама плакала.

Когда Никите было пять лет, они с мамой даже уходили от папы и жили с каким-то непонятным дядей Олегом и его мамой.

Последняя смотрела на Никиту недобрым взглядом, но постоянно подсовывала вкусности и вздыхала.

Через несколько месяцев Никита с мамой вернулись домой, а потом родилась Машка.

Никита было уже обрадовался, что они снова будут жить счастливо своей семьёй, но тут погиб папа, а мама начала пить и водить домой целые компании.

— Я мужа потеряла! — размазывала она пьяные слёзы по щекам. — Я вдова в 27 лет! Ты понимаешь? — обращалась она к сыну, когда он пытался робко её вразумить. — Имею право хоть как-то забыться!

Смотреть на неё Никите в такие моменты было просто противно.

Когда ему было уже восемь лет, на пороге их квартиры появилась бабушка — мать покойного отца.

— Собирайся, будешь жить у меня, — сказала она ему, брезгливо оглядываясь по сторонам.

Он даже обрадовался — мать в пьяном угаре про него с сестрой регулярно забывала. Не кормила, одежду не стирала, никак не заботилась, лишь кричала.

— А Машкины вещи тоже собирать? — посмотрел он на бабушку.

— Нет, — отвернулась та. — Машка твоя мне никто. Неизвестно, где твоя мамаша её нагуляла.

Это Никита уже слышал от соседей. Машка и правда была непохожа ни на чернявых родителей, ни на крепкого, темноволосого Никиту.

Беленькая, даже ресницы белобрысые, худенькая, глазищи голубые огромные — вроде как и не родственница совсем.

Но Никите-то она точно была сестрой!

Бабушка по этому поводу ничего слышать не хотела.

— В детдом хочешь? — строго спросила она. — Так скоро загремишь с такой мамашей!

В детдом Никита не хотел и переехал к бабушке, жившей через две улицы в том же районе. Мать, казалось, его исчезновения и не заметила.

Да заметила она, заметила, что свекруха забрала к себе Никиту! Свекровь так и не простила ей, Кате, смерть своего сыночка.

Как будто Катя виновата, что Колька напился и попал под этот грузовик! Она же сама вдовой стала с двумя детьми на руках!

Да разве же этой Галине Ивановне что докажешь? Она с самого начала сноху невзлюбила — считала, что её распрекрасному сыночку другая жена нужна.

Ничего ему теперь не нужно!

А вот Кате теперь мучиться. Вот пусть Галина Ивановна присмотрит за Никитой — всё ей, Кате, полегче будет.

Следующие годы своей жизни Катя счастливыми назвать не могла. Только во время застолий ей становилось радостнее, но пить-то тоже на что-то надо, поэтому приходилось работать.

Из продавцов её вскоре уволили, пришлось устроиться фасовщицей на склад. Та ещё работка! От неё отдых тоже требовался.

Никита иногда забегал, а Машка росла сама по себе.

— У тебя Машку заберут! — высказывал ей уже тринадцатилетний сын. — Прекращай пить, ма! Посмотри, на кого ты похожа!

— Ты как с матерью разговариваешь?! — возмущалась Катя. — Лучше бы помог! Вон какой вырос!

— На бутылку тебе подбросить? — презрительно спрашивал Никита. — Ты совсем уже, что ли?

Вот! А она же его родила, практически вырастила — и вот вся благодарность! Катя жаловалась окружающим, но жалели её только собутыльники.

И хоть бы мужик какой нормальный нашёлся — позаботился бы о ней и о её детях. Так ведь не задерживался никто — выпивают за её счёт, переночуют когда, и всё — ищи ветра в поле!

Лишь Витька задержался — новый грузчик с их склада. Она даже пить меньше стала, вроде как семья у них образовалась.

Только вот Машка его раздражала: «Сколько денег на эту уходит! Жратвы не напасёшься!» — возмущался Витька.

Машке тогда уже девять лет исполнилось, в школу ходила, матери даже помогала, а вот раздражала она Катиного сожителя и всё.

А куда девчонку деть? Не в детдом же? Не такая Катя уж пропащая, чтобы от дитя своего совсем отказываться…

— Ма, ты дождёшься, что Машку у тебя заберут! — в очередной раз сказал ей Никита. — Я удивляюсь, что до сих пор опека на вас внимание не обратила.

Здоровый парень вырос, 16 лет уже, и постоянно мать пытается учить. Что ты будешь с ним делать?

— Ты не пробовала отца её найти? — однажды выдал сын. — Может, он поможет чем.

— Один у вас отец, — буркнула Катя, а сама задумалась.

И правда, почему бы настоящему папаше Машки не помочь доченьке? Алименты бы платил — Витька, может, так бы не злился. А то сбежит ещё.

Где жил Олег со своей матерью, она помнила и решила к ним наведаться. Накануне даже выпивать не стала, постаралась привести себя и дочь в божеский вид и отправилась по нужному адресу.

Дверь ей открыла мать Олега, Полина Михайловна, удивлённо взглянула на гостей, поздоровалась.

— Здрасьте! Олег дома? — спросила Катя.

— Он здесь давно не живёт, — медленно ответила хозяйка. — А ты…

— Катя я, Катя. А это — его дочь, ваша внучка, — Катя решила не ходить вокруг да около. — Так где Олег?

Полина Михайловна окинула Машку внимательным взглядом. Катя усмехнулась. Чего тут смотреть, когда её дочь — вылитый «бледнолицый» Олег?

— Некогда мне, — нетерпеливо произнесла Катя. — Скажите, где Олег, он нам алименты должен.

— Сначала нужно выяснить, его ли это дочь, — поджала губы Полина Михайловна.

— Так выясняйте! — фыркнула Катя. — Я-то точно знаю. А вы можете анализ этот ДНК сделать. Или я в суд пойду, всё равно вам за всё платить придётся, — проявила осведомлённость Катя.

— Зачем же в суд? — спокойно ответила мать Олега. — Пожалуй, мы сможем без этого обойтись.

И снова внимательно посмотрела на смущённую девочку, которая явно не знала, куда деваться от стыда.

— Я поговорю с сыном и позвоню вам. Оставьте свой номер, пожалуйста.

— Да пожалуйста!

Полина Михайловна позвонила сыну, едва незваные гостьи ушли. Помнила она, конечно, эту Катю, которую Олег притащил в дом десять лет назад неизвестно зачем.

Сразу было понятно, что ничего у них не получится, и тогда она просто ждала, когда всё это закончится.

Катя прожила в их доме вместе со своим сыном целых восемь месяцев, а потом вернулась к мужу.

К счастью, Олег даже и не слишком страдал по ней — уже через полгода женился на милой Соне, через год у них родился сын, и до сих пор они все прекрасно жили.

— Мам, да ты что? Это правда? — удивился Олег.

— Боюсь, сынок, что да, — вздохнула Полина Михайловна. — Уж очень вы с ней похожи, но проверить не помешает. Мало ли что там этой Кате в голову пришло?

Она, видно, все эти годы пила. Выглядит ужасно, а девчонка худенькая, бледная — похоже, нелегко ей с такой мамашей приходится.

Через неделю они все встретились у медицинского центра. А ещё через пару недель отцовство Олега подтвердилось тестом ДНК.

Честно сказать, он обрадовался. О дочери он мечтал, да только жена его больше родить не могла.

Соня у него вообще была добрая и понимающая, всегда и во всём мужа поддерживала, вот и на этот раз не подвела.

— Олег, общайся с Машей, когда захочешь, пусть она к нам приходит, — мягко сказала жена, когда всё окончательно прояснилось.

— Я вообще хотел бы её к нам забрать, — вздохнул Олег.

— Давай начнём просто с общения. Она же тебя совсем не знает, — предложила Соня.

Разумеется, он согласился, тем более что Катя, узнав о его намерении, взвилась.

— Ещё чего! Я Машку одна всё время тянула. Она дочь моя! — возмутилась Катя, хорошо отметившая появление настоящего отца своей дочери. — Твоё дело — алименты платить! Ты вообще мне кучу денег должен!

— Успокойся. Мы всё решим, — пытался угомонить её Олег.

Безрезультатно. Катя продолжала грозиться судом и требовать деньги.

Куда Олегу было деваться? Он стал давать Кате деньги, а с дочерью постарался наладить общение.

Девочка почти сразу к нему потянулась, подружилась с братом, на Соню, правда, смотрела настороженно, но и тут всё налаживалось постепенно.

— Сынок, ты бы не давал этой Кате деньги просто так — пропьёт ведь, а потом снова будет требовать, — осторожно сказала Полина Михайловна через полгода.

— А что делать, мам? Я же и правда должен и от дочери своей отказываться не собираюсь.

— Упаси бог! Не нужно ни от кого отказываться! — испугалась Полина Михайловна, тоже уже полюбившая внучку. — Надо официально тебя признать отцом и потребовать, чтобы Маша жила с тобой.

Я готова взять внучку к себе, чтобы в твоей семье ссор не возникало.

— Что ты, мам! Соня совершенно не против Маши, — заверил её Олег. — Но ты права. Надо всё узаконить.

Суд признал его отцом Маши, а вот жить девочку пока оставили с матерью. При этом Олег должен был платить алименты. Однако надежда, что через полгода всё может измениться, осталась.

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓

Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Свекровь забрала только одного внука