— Я бы хотела с ним лично поговорить, — замялась Женя.
— У нас с мужем друг от друга секретов нет…
Бывшая жена Валерия посмотрела на Есению с каким-то сочувствием.
Есения выросла под сенью благополучия, любви и заботы. Так любила выражаться её бабушка, к сожалению, скончавшаяся за год до совершеннолетия внучки.
Бабушка оставила своей дочери и внучке солидное наследство: шикарную трёхкомнатную квартиру в центре города, гараж, автомобиль, дачу и приличный счёт в банке.
Так что они ни в чём не нуждались и могли полностью посвятить себя любимым делам: Римма Петровна трудилась искусствоведом, а Есения преподавала в детской музыкальной школе.
Выросшая в культурной семье, с детства общавшаяся с образованными людьми, Есения, имевшая совершенно обычную внешность, была уверена, что человек должен быть красив душой.
Мама её в этом поддерживала и мечтала о достойном муже для своей дочери.
Есения тоже об этом грезила ровно до тех пор, пока не встретила в местном супермаркете охранника Кирилла.
— Ты что… — ахнула Римма Петровна. — Он же деревенщина неотёсанная!
Я, конечно, всё понимаю про любовь и про то, что тебе уже 25 лет, но это же чистой воды мезальянс!
— Мама, мы любим друг друга, и этого вполне достаточно, — как обычно, не повышая голоса, ответила Есения. — Я смогу Кирилла подтянуть до нашего уровня, и он очень этого хочет.
У нас получится счастливая семья.
Кирилл казался ей верхом мужественности и доброты, он заботился о ней, слушал с восхищением и полностью разделял её планы по построению семьи минимум с двумя детьми.
Всего спустя год выяснилось, что разделял он её планы только теоретически.
С детьми муж просил повременить, а сначала поторопиться с дарением ему автомобиля и выделением доли в квартире.
Машину он получил — ни мать, ни дочь всё равно водить не умели, — а вот с долей в квартире вышла незадача.
Римма Петровна грудью стала на защиту своей недвижимости, и зять остался без доли, а лишь с регистрацией.
По этому поводу между супругами регулярно стали вспыхивать ссоры, после которых с глаз Есении постепенно стала сползать любовная пелена.
Окончательно она исчезла после того, как Есения случайно услышала разговор мужа с приятелем.
— Что, Кирюха, не удалось тебе на деньги этих невинных овечек развести? — усмехнулся его приятель. — Не по зубам тебе?
— Походу, нет, — зло ответил Кирилл. — Я так надеялся, что Римма ласты склеит вскоре, а уж Сеньку я разведу на что угодно.
Но мамаша сто лет ещё проживёт, походу, и никак её не сдвинуть. Скала!
Есения вообще не поняла, с чего бы это её маме — вполне себе здоровой, пятидесятилетней женщине — умирать, зато чётко осознала, что никакой любви Кирилл к ней никогда не испытывал.
Впрочем, теперь и с её стороны любви не стало.
На развод она подала на следующий день, и тем же вечером вещи пока ещё мужа оказались в подъезде, а замки во входной двери были сменены.
Следующие пять лет Есения о замужестве и не помышляла, чем сильно беспокоила свою маму.
Римма Петровна совсем было отчаялась удачно выдать замуж наследницу, как Есения оказалась в больнице со сломанной ногой и там познакомилась с врачом Валерием Ивановичем.
Немногословный, серьёзный, обстоятельный, с довольно привлекательной внешностью мужчина был старше Есении на шесть лет.
В их город он переехал недавно, был неженат и так же, как она, любил театр.
— Даже странно, что такой мужчина до сих пор одинок, — задумчиво протянула Римма Петровна, узнав, что у её дочери с Валерием начался роман. — Ты в паспорт его заглядывала?
— Мама! — возмущённо откликнулась Есения. — Что за недоверие? Разумеется, у Валерия были женщины, но ты же знаешь, как сложно найти своего, родного человека, свою половинку?..
Римма Петровна, глядя на счастливое лицо дочери, спорить дальше не стала, но в паспорт Валерия тайком заглянула.
Ничего криминального в виде штампа о браке и сведений о ребёнке не обнаружила, о чём торжественно сообщила дочери.
Та пришла в негодование, но дело уже было сделано, и вообще можно было вздохнуть с облегчением и спокойно выходить замуж за Валерия.
Кстати, нищебродом он не был. У него имелась своя, пусть и однокомнатная квартира, и довольно приличная машина.
Супруги прекрасно зажили в трёхкомнатной квартире — тем более что Римма Петровна вдруг решила поселиться на даче, — а однушку сдавали.
Теперь главной их задачей было родить ребёнка, а потом ещё одного.
Сразу это как-то не получилось — пришлось им пройти обследования и подождать целых два года, прежде чем Есения заподозрила, что она беременна.
В тот день она твёрдо решила рассказать новость мужу во время собственноручно приготовленного праздничного ужина и спешила домой с пакетами продуктов, когда у подъезда её окликнула незнакомая женщина.
— Простите, вы Есения? — негромко спросила она, подходя ближе. — Мне просто соседи вас очень хорошо описали…
— Да… А вы кто? — остановилась рядом с незнакомкой Есения.
— Я Женя — жена Валеры… Простите! — спохватилась она, увидев, как изменилось лицо Есении. — Бывшая жена, уже четыре года бывшая.
А вы не подскажете, где я могу найти Валеру? Понимаете, он мне очень нужен, а номера его я не знаю — он его, видимо, сменил.
Вот где Валера работает, мне в его бывшей больнице подсказали, а тут уж я вызнала и ваш домашний адрес.
Простите…
— Слушайте, почему вы всё время извиняетесь? — неожиданно для самой себя пришла в раздражение Есения. — Мой муж на конференции, должен вечером вернуться. А зачем он вам?
— Я бы хотела с ним лично поговорить, — замялась Женя.
— У нас с мужем друг от друга секретов нет…
Бывшая жена Валерия посмотрела на Есению с каким-то сочувствием.
— У нашего сына неприятности, — наконец выдавила из себя она. — Мальчику 14 лет, и он попал в неприятную историю.
Теперь Егору грозит тюрьма, но можно всё решить…
Только деньги нужны — вот я и приехала…
Есения просто оторопела от этой новости. Ладно, предположим, Валера не рассказал ей о бывшей жене — может, просто не хотел, чтобы она ревновала — но как можно было скрыть сына? А главное — зачем?
— Я вижу, для вас это неожиданно, — прервала её размышления Женя. — Но вы передайте, пожалуйста, Валере, что мне очень нужно с ним встретиться, — и быстро пошла к выходу из двора.
На подкашивающихся ногах Есения кое-как дошла до своей квартиры. Ни о каком праздничном ужине теперь и речи быть не могло.
Ей бы как-нибудь пережить тот факт, что муж ей лгал всё это время. И продолжал бы это делать, если бы не Женя…
Как будто чувствуя, что дома его ждёт неприятный разговор, Валера позвонил через час и сообщил, что вернётся только завтра. Выяснять что-то по телефону Есения не стала.
Всю ночь она не спала, а к утру решила пригласить домой Женю. Разговаривать так уж всем вместе. Хватит с неё тайн!
— Есения, я дома! — Валера негромко хлопнул входной дверью. — Ты не будешь меня встречать? — удивлённо продолжил он, появляясь в дверях кухни.
Тут он удивился ещё больше, увидев Женю в компании с женой. Лицо его как будто окаменело.
— Что ты тут делаешь? — ледяным тоном произнёс он в сторону Жени.
— Валер, ты не сердись, — быстро заговорила та. — Нам очень нужна твоя помощь — Егор попал в неприятную историю…
— Егор постоянно попадает в истории, — перебил её он. — Какое мне до этого дело?
— Валера! — ахнула Есения и даже в изумлении прикрыла рот рукой. — Как ты можешь?
Он не успел ей ответить — Женя торопливо продолжила.
— Я помню, что мы договаривались: ты платишь алименты, а мы тебя не трогаем, но Валерочка, если сейчас не заплатить потерпевшим, Егору грозит реальный срок, — она вдруг всхлипнула и уткнулась лицом в свои ладони.
— Валера, я не понимаю, — каким-то чужим голосом заговорила Есения. — Не могу поверить, что ты отказался от своего сына, что хочешь бросить его в беде…
— Так. Стоп, — Валера протестующе поднял руку и повернулся к Жене. — То есть ты моей жене не всё рассказала?
Та молча качнула головой — нет.
— Ладно, — Валера повернулся к жене. — Евгения забыла упомянуть, что Егор — не мой сын.
Биологически я ему не отец, хотя я об этом не знал целых 10 лет. Только когда он стал выбрасывать фортели и уже в девять лет оказался на учёте в ПДН, я заподозрил неладное и сделал тест ДНК.
— Ты же любил его! — выкрикнула Женя. — Растил! Какая разница?..
— Помолчи, пожалуйста, — перебил её Валера. — Именно поэтому я не стал оспаривать своё отцовство в суде и исправно плачу алименты, но на этом всё.
Женя резко вскочила и выбежала из квартиры.
Валера повернулся к жене и хотел что-то сказать, но она ему не дала.
— Уходи! — губы Есении дрожали, но говорила она твёрдо. — Ты мне лгал всё это время, ты отказался от ребёнка, хотя он ни в чём не виноват. Я не могу тебя даже видеть.
Он ушёл, но не теряет надежды восстановить отношения с Есенией, которая пока отказывается с ним видеться и разговаривать, но и на развод подавать не спешит.

На кухне не крошите, по ковру не ходите, на людей не орите — или просто уходите, — бросила хозяйка