— Прости, Лена, но у меня появились другие планы, — в голосе брата не было и следа раскаяния или извинения.
Это, наверное, выбесило Лену даже больше, чем внезапный отказ буквально за несколько часов до мероприятия, куда они собирались пойти с мужем, но без детей.
— Игорь, ты же обещал мне! Какие планы, если мы заранее обо всем договаривались?
И мальчики так ждали этого дня, сам знаешь, как они хотели увидеться с тобой.
— Вот такие, Лен. Мир не крутится вокруг тебя и твоих детей.
И сбавь тон, у тебя нет никакого права повышать на меня голос.
Прежде, чем Лена успела что-то сказать, в трубке раздались короткие гудки.
Звонок завершен, потому что любимый и вроде бы как любящий братик решил не выслушивать упреки сестры, на которые она, Лена считала, имела полное право.
Так как не было возможности высказать все, что думает, Игорю, Лена не нашла ничего лучше, как пожаловаться на ситуацию подруге.
К ее удивлению, та не только выслушала, но и предложила свою помощь. За что Лена ей, конечно же, была безмерно благодарна.
А кто бы не был благодарен человеку, который с бухты барахты взял – и сам предложил присмотреть за двумя твоими детьми, пока ты с мужем отмечаешь годовщину вашего брака в небольшом ресторанчике?
Праздник этот они с Максимом запланировали еще месяц назад.
И месяц назад же Лена, уточнив у Игоря, нет ли у него каких-то планов на этот день, попросила брата присмотреть за двумя детьми шести и пяти лет.
По сути, все, что требовалось от молодого человека – разогреть детям заранее приготовленную матерью еду и поиграть в то время, когда Лена с мужем проведут три-четыре часа вне дома наедине друг с другом.
И нет, вовсе не была Лена той самой мамой-кукушкой, которая сваливает на близких свои проблемы.
Просьба посидеть была первой за четыре года, до этого семья справлялась своими силами без привлечения родственников.
Но именно в годовщину хотелось побыть вдвоем, а вариант с приглашением почасовой няни супруги не рассматривали по личным предубеждениям.
Лена еще помнила, как ее саму обижала в детстве соседка, которой родители приплачивали за то, чтобы женщина провожала ее со школы домой.
Да и Максим не понаслышке знал, как опасно может быть обращение к кому-то постороннему.
А Игорь… Ну, он любил своих племянников. И постоянно, приходя к Лене за помощью с контрольными в университет, когда дети были помладше, возился с ними.
Да и сейчас, когда учеба была позади, брат все равно забегал с работы на обед и обязательно находил пятнадцать минут поболтать с мальчишками.
Конечно, Лена рассчитывала на него!
Причем, рассчитывать начала, заручившись тем самым согласием.
И даже переспросила на всякий случай неделю назад, не поменялись ли его планы.
А тут…
И Лена уже не знала, что именно ее обижало больше.
То, что брат в последний момент поменял свои планы не из-за какой-то серьезной проблемы или внештатной ситуации, а лишь потому, что девушка, которая ему нравилась, неожиданно предложила сходить вместе поужинать.
Или же все-таки то, как Игорь Лену же и выставил виноватой за то, что она закономерно расстроилась и разозлилась из-за его звонка с сообщением об отмене всех планов.
И пусть подруга ее выручила, но все равно в отношении Игоря Лена продолжала испытывать далеко не самые приятные чувства.
И решила, что раз брат подобным образом обошелся с ней, то теперь и она тоже прекратит оказывать ему какую-либо помощь.
А что? У нее тоже есть «личные границы», «собственные нужды», «комфорт» и «более важные вещи, чем такая мелочь».
Впрочем…
Пожалуй, она все-таки даст возможность Игорю извиниться нормально.
Если не поймет – тогда уж можно и обрывать все связи.
— Не слишком ли радикально? – уточнил муж, когда Лена поделилась с ним своими планами.
— Если бы ты слышал его голос тогда – так бы не считал, — вздохнула она.
Следующая их встреча пришлась на выходной день Максима.
Мужчина работал посменно, а Лена занималась несколькими подработками на дому, так что оба супруга при визите Игоря присутствовали.
Тогда-то Максим и смог понять, что именно имела в виду его жена.
Он-то вообще хотел услышать извинения перед детьми. Все-таки, мальчишки ждали визита дяди и планировали провести с ним тот вечер.
И, хотя Ленина подруга позаботилась о них ничуть не хуже, но все равно Максиму бы не хотелось, чтобы дети всерьез думали, что сначала что-то пообещать, а потом не сделать – нормальная история.
Так что, едва Игорь зашел к ним в дом и принялся разуваться, Макс поздоровался с ним и принялся наблюдать, как брат жены, будто ничего не случилось, спокойно принимается болтать со старшим племянником.
Спрашивает, как дела, а потом ожидаемо получает вопрос:
— Дядя Игорь, а почему ты не пришел, когда обещал? Мы тебя так ждали, а ты нам соврал.
И очень не понравилось Максиму, что Игорь вместо того, чтобы извиниться перед ребенком и отговориться важными делами, что было бы приемлемо, нахмурился и размеренно, пристыживающим тоном, произнес:
— Антон, не пытайся манипулировать чувством вины. Да, я не пришел. Так бывает.
Из этого не нужно делать трагедию и, в особенности, нельзя из-за этого набрасываться на меня с обвинениями сразу же при встрече.
Ты меня понял?
— Так, Игорь, а ну сбавь тон, — тут же вмешался Максим. – Между прочим, с твоей стороны было бы абсолютно уместно извиниться перед Антоном и Женей.
— Вот еще, много чести, — буркнул парень, а потом прошел на кухню и с радостной ухмылкой уточнил у Лены. – О, чувствую, голубцами пахнет.
Завернешь мне с собой парочку, а мне опять на работе допоздна сидеть придется…
Эй, ты чего?!
Возмущенный вопль был адресован Максу, который, пользуясь разницей в телосложении, без труда выволок шурина сначала в прихожую, а потом – вытолкнул за дверь, следом вышвырнув в подъезд куртку и ботинки.
Стоило закрыть дверь, как с той стороны забарабанили кулаки и раздались возмущенные вопли.
— Больше он сюда не зайдет, — категорично заявил Макс.
Остаток дня они об этом инциденте не упоминали, лишь вечером перед сном разговорились о странных изменениях, которые постепенно, шаг за шагом, проявлялись в характере Игоря и, в итоге, привели их всех в ту точку, где они и находились.
А ведь изменения были. Сначала – хорошие, потому что Игорь, так же, как и Лена, выросший не в самой здоровой среде, имел кучу психологических проблем.
Старшая сестра с ними разбиралась самостоятельно: училась отказывать наглецам, переставала шаг за шагом быть «удобной» и «приятной».
В этом плане ей очень повезло с мужем – Максим никогда не пытался «прогнуть» супругу, в спорах искал компромиссы и даже более того – настаивал, чтобы жена отстаивала и себя, и свою семью в спорах.
Так именно с его подачи Лена на прошлой работе перестала постоянно брать смены за «вечнобольную» коллегу.
Именно благодаря ему большая часть Лениной семьи теперь не пыталась сесть им на шею…
Да, конечно, родственники просили денег под предлогом помощи и безвыходных ситуаций, но Макс очень быстро эти мифы развенчивал всего лишь парой вопросов.
Мол, говорите, что есть нечего и жить не на что, а откуда тогда последний айфон?
Ах, жить не на что, потому что в кредит телефон взяли?
Ну и кто вам виноват?
В итоге с его помощью из Лены получился, как она сама считала, нормальный член общества. А вот Игоря занесло куда-то совершенно не туда.
Сначала парень начал огрызаться в разговорах, стоило Лене сделать ему замечание.
Причем, замечание за дело – например, за то, что этот самый Игорь при детях выматерился.
Уж извините, Лена сама знала очень много обсценной лексики, но правило «взрослые не употребляют ее при детях, дети – при взрослых» чтила с самого детства и по сей день.
Дальше были постоянные разговоры о личных границах, проработке каких-то там гештальтов и прочие термины, явно применяющиеся в психологии.
Лена даже какое-то время радовалась за брата, что он тоже избавляется от влияния их семьи и начинает жить своей жизнью.
Вот только… Вот только завели его эти «проработки» и «личные границы» куда-то совершенно не туда.
И, похоже, пора было напомнить этому «проработанному» пирожочку, что не стоит плевать в колодец, из которого придется пить.
— Ты подпиши доверенность, Ниночка, я сама всё оформлю. Не тащиться же тебе к нотариусу из-за какой-то развалюхи, — пропела свекровь.