Лена застыла в прихожей с сумкой в руках. Она только что вернулась из тяжелой командировки, мечтая о горячей ванне, но вместо этого столкнулась в дверях с Анатолием Степановичем. Тот стоял, подперев бока руками, и смотрел на нее с такой уверенностью, будто уже владел всем миром. Из гостиной робко выглядывала мама, пряча глаза.
— Что ты сказал? — Лена подумала, что ей послышалось от усталости. — Какую фирму? На какого Игоря?
— На моего сына, — раздельно, как глухой, повторил отчим. — Игорь взрослый парень, ему нужно дело открывать, а у тебя агентство по организации праздников процветает. Бабское это баловство. Отдашь бизнес брату, а сама найдешь нормальную работу. Или проваливай из этой квартиры.
— Анатолий, может, не надо так резко? — тихо пискнула из комнаты мама, Надежда Петровна.
— Цыц, Надя! — прикрикнул на нее муж. — Я в этом доме хозяин. Мое слово закон. Лена, я жду ответа. Прямо сейчас.
Лена посмотрела на маму, надеясь увидеть хоть каплю поддержки, но та лишь сильнее вжала голову в плечи. Эту квартиру когда-то получал Ленин родной отец, которого не стало пять лет назад. Анатолий появился в их жизни два года назад и быстро прибрал все к своим рукам. Мама, панически боявшаяся одиночества, заглядывала ему в рот и потакала любым капризам.
— Это моя квартира, Анатолий Степанович, — твердо сказала Лена, ставя сумку на пол. — И моя фирма. Я пахала три года без выходных, чтобы поднять агентство. Игорь за это время сменил четыре работы, потому что везде надо было напрягаться. С какой стати я должна отдавать ему свой бизнес?
— С такой, что мы одна семья! — отчим сделал шаг вперед, пытаясь подавить ее своим ростом. — А в семье все должно быть по-честному. Игорь мужчина, ему статус нужен. А ты замуж выйдешь, муж тебя кормить будет. Не перепишешь фирму — выпишем тебя отсюда через суд. Паспортный стол у меня схвачен. И вещи твои прямо сейчас на помойку полетят.
— Мама, ты согласна с этим? — Лена повернулась к матери. — Ты позволяешь ему выгонять меня из дома?
Надежда Петровна заныла, вытирая сухие глаза платочком:
— Леночка, ну уступи ты ему. Толя прав, Игорьку тяжело, у него долги. А ты у нас умница, ты еще что-нибудь придумаешь. Не доводи до греха, Толя ведь вспыльчивый, уйдет еще от меня…
— Понятно, — внутри у Лены что-то оборвалось. Горячая волна обиды подступила к горлу, но она заставила себя глубоко вздохнуть. Плакать перед этими людьми она не собиралась. — Понятно. Твой комфорт тебе дороже собственной дочери.
— Ты зубы-то не заговаривай, — вмешался отчим, довольно улыбаясь, решив, что падчерица сломалась. — Завтра идем к нотариусу. Документы я уже подготовил.
— Ни к какому нотариусу я не пойду, — Лена решительно подняла свою сумку. — И шмотки я заберу сама. Прямо сейчас. Мне здесь больше делать нечего.
— Ах так?! — лицо Анатолия Степановича налилось кровью. — Ну и вали на все четыре стороны! Посмотрим, как ты запеваешь, когда на улице окажешься! Попрошайничать еще придешь!
Лена не стала слушать его крики. Она зашла в свою комнату, достала из шкафа большой чемодан и начала быстро, без разбора, кидать туда вещи. Руки немного дрожали, но в голове была звенящая пустота. Главное — уйти.
Через полчаса она уже стояла на улице. Накрапывал мелкий весенний дождь. Лена села в свою старенькую машину, завела мотор и включила печку. Ехать было некуда. Подругу Наташу стеснять не хотелось, у той маленькая дочка и муж в однушке.
Телефон зазвонил. На экране высветилось имя Кирилла — ее постоянного клиента и по совместительству хорошего знакомого, для компании которого Лена организовывала крупные корпоративы.
— Да, Кирилл, привет, — постаралась сказать как можно бодрее Лена, но голос все равно сорвался.
— Лена? Что с голосом? Ты где? — сразу почувствовал неладное Кирилл.
— Да так, на улице сижу в машине. Командировка закончилась, вот, воздухом дышу.
— Не сочиняй. Ты плачешь? Что случилось?
— Меня из дома выгнали, Кирилл, — не выдержала Лена, и слезы все-таки хлынули из глаз. — Отчим потребовал переписать на его сына мое агентство. Мама на его стороне. Я ушла. Сижу, думаю, куда податься. В гостиницу, наверное.
— Никаких гостиниц, — отрезал Кирилл. — Где ты стоишь? Адрес говори.
— Да около своего дома, на Парковой.
— Жди там, через пятнадцать минут буду. Никуда не уезжай.
Кирилл приехал даже быстрее. Он вылез из своего внедорожника, подошел к машине Лены, открыл пассажирскую дверь и сел рядом.
— Так, — он внимательно посмотрел на ее заплаканное лицо. — Пересаживайся ко мне, твою машину тут оставим под камерами, завтра заберем. Поедешь ко мне. У меня свободная двухкомнатная квартира на балансе фирмы стоит, как раз для иногородних сотрудников держим. Сейчас она пустая. Поживешь там, сколько надо.
— Кирилл, мне неудобно, я могу заплатить…
— Перестань, — мягко, но настойчиво перебил он. — Мы два года работаем вместе. Ты меня столько раз выручала с праздниками, когда все горело. Пересаживайся.
Квартира оказалась уютной, чистой и светлой. Кирилл помог занести чемодан, показал, где лежит чистое белье, и заварил чай.
— Спасибо тебе огромное, — Лена грела руки о кружку. — Я просто не ожидала, что родная мать так поступит. Ладно отчим, он всегда меня недолюбливал. Но мама…
— Люди часто боятся потерять то иллюзорное счастье, которое у них есть, даже ценой предательства близких, — вздохнул Кирилл. — Ты главное успокойся. Фирму они у тебя не отнимут. Юридически они никто.
— Анатолий сказал, что выпишет меня через суд. И что у него в паспортном столе все схвачено.
— Пусть попробует, — усмехнулся Кирилл. — У меня юристы в компании такие зубастые, что твой отчим сам забудет, как его зовут, если сунется. Отдыхай. Завтра утром я за тобой заеду, поедем в офис, подумаем, как тебя обезопасить.
Утро началось со звонка матери. Лена долго не хотела брать трубку, но потом все же ответила.
— Леночка, доченька, ты где? — раздался в трубке всхлипывающий голос Надежды Петровны.
— Мама, со мной все в порядке, я у друзей, — сухо ответила Лена.
— Дочка, ну вернись, пожалуйста. Толя так кричал вчера. Он говорит, если ты не подпишешь бумаги, он со мной разведется. У Игоря микрозаймы, его коллекторы ищут. Понимаешь? Ему срочно нужны деньги или готовый бизнес, чтобы долг перекрыть. Спаси нас, Лен!
— Мама, а меня кто спасет? — Лена почувствовала, как закипает злость. — Игорь сам залез в долги, пусть сам и расплачивается. Моя фирма — это мой труд. Я не отдам ее бездельнику.
— Ты эгоистка! — голос матери вдруг изменился, стал злым и резким. — Мы тебя растили, кормили! А ты для родного брата пожалела малости! Ну и бог тебе судья. Не звони мне больше!
В трубке пошли короткие гудки. Лена медленно опустила телефон. Было больно, но вместе с этой болью пришло странное чувство свободы. Мосты сожжены. Отступать некуда.
В офисе Кирилл сразу пригласил в кабинет главного юриста компании, строгого мужчину в очках по имени Михаил Юрьевич.
— Рассказывайте, Елена, — попросил юрист, открывая блокнот. — Каковы права отчима на вашу недвижимость и бизнес?
— Квартира была приватизирована на троих: меня, маму и покойного отца, — объяснила Лена. — После смерти отца мы с мамой вступили в наследство. То есть у меня там больше половины доли, если считать папину часть. Отчим там вообще просто прописан год назад. Фирма оформлена исключительно на меня, я единственный учредитель.
Михаил Юрьевич ухмыльнулся и посмотрел на Кирилла:
— Ну, тут и воевать не за что. Елена, ваш отчим — обычный блефующий наглец. Выписать вас из квартиры, где вы являетесь собственником доли, он не может ни через какой паспортный стол. А вот вы его выписать можете, если докажете, что он ведет себя агрессивно и нарушает правила совместного проживания. Что касается фирмы — без вашей личной подписи у нотариуса никто ничего не перепишет.
— А если они попытаются подделать подпись? Или угрозами заставят? — спросила Лена.
— Угрозы нужно фиксировать, — включился в разговор Кирилл. — Включай диктофон на каждый их звонок. И в квартиру пока одна не ходи. Если нужно забрать оставшиеся вещи, я поеду с тобой.
— Спасибо вам, — Лена впервые за эти два дня улыбнулась. — Мне прямо легче стало.
Прошло две недели. Лена активно работала, вовсю шла подготовка к летнему сезону свадеб и выпускных. Отчим больше не звонил, и Лена наивно понадеялась, что он отступился. Но в один из четвергов на пороге ее офиса появился сам Игорь — виновник всех бед.
Выглядел он помятым и встревоженным. Спортивный костюм, бегающие глаза.
— О, Ленка, привет, — он попытался улыбнуться, как ни в чем не бывало. — А у тебя тут цивильно. Слушай, разговор есть.
— У меня мало времени, Игорь. Говори, зачем пришел, — Лена даже не встала из-за стола.
— Да ладно тебе, че ты волком смотришь? Отец тогда погорячился, конечно, с перепиской фирмы. Перегибает он иногда. Давай по-другому поступим. Возьми меня к себе в долю. Ну, пятьдесят на пятьдесят. Будем вместе рулить. Мне бабки позарез нужны, коллекторы реально прессуют.
— Игорь, ты пальцем о палец не ударил для этой фирмы, — спокойно ответила Лена. — С какой стати я должна делить с тобой доход?
— Ты че, родни не понимаешь? — Игорь насупился, в его голосе появились угрожающие нотки, точь-в-точь как у его отца. — Тебе че, жалко для брата? Отец сказал, если ты по-хорошему не согласишься, мы твою долю в квартире цыганам продадим или зэкам каким-нибудь. Будешь тогда знать, как жадничать.
В этот момент дверь кабинета открылась, и вошел Кирилл. Он сразу оценил обстановку и подошел к столу Лены.
— Молодой человек, вы кто такой? — спросил Кирилл, глядя на Игоря сверху вниз.
— А ты кто? Любовник ее? — огрызнулся Игорь. — Не твое дело, мы семейные вопросы трем.
— Во-первых, я арендодатель этого помещения и деловой партнер Елены, — спокойно и веско произнес Кирилл. — Во-вторых, Елена сейчас включила диктофон, и твои слова про продажу доли цыганам и угрозы прекрасно записались. Это статья о вымогательстве, парень. Если ты сейчас же не уберешься отсюда, через пять минут здесь будет наряд полиции. У меня охрана на входе только ждет сигнала.
Игорь побледнел, перевел взгляд с Кирилла на Лену, которая действительно держала в руках телефон с работающим диктофоном.
— Ну и сука же ты, Ленка, — процедил он, пятясь к двери. — Сволочь неблагодарная. Из-за тебя мать плачет каждый день.
— Передай матери, что я ее люблю, но аппетиты ее мужа и сына оплачивать не нанималась, — твердо ответила Лена.
Игорь выскочил из кабинета, громко хлопнув дверью. Лена выдохнула и опустила голову на руки.
— Ну вот и все, — тихо сказал Кирилл, подходя к ней и кладя руку на плечо. — Нападение отбито. Они поняли, что ты не одна и зубы у тебя есть.
— Мне так стыдно перед тобой, Кирилл. Постоянно ты втягиваешься в мои семейные разборки.
— Перестань. Мне не трудно защитить красивую и талантливую девушку. К тому же, ты мне очень нравишься, Лена. И далеко не только как организатор праздников.
Лена подняла на него глаза. Взгляд Кирилла был теплым и искренним. В этот момент она поняла, что за эти две недели этот человек стал ей ближе, чем вся ее так называемая семья за последние годы.
— Знаешь, — сказала Лена, поднимаясь со стула. — Мне нужно закончить это дело с квартирой. Я не хочу жить в страхе и ждать от них подвоха.
— Что ты хочешь сделать?
— Я предложу маме выкупить мою долю. По рыночной стоимости. Если у Анатолия Степановича есть деньги на адвокатов и связи, пусть найдет деньги на выкуп. Нет — я продам свою долю через агентство недвижимости. Жить я там все равно не смогу.
— Отличный план, — поддержал Кирилл. — Юрист поможет составить официальное уведомление. Все сделаем по закону, чтобы комар носа не подточил.
Через месяц процедура была запущена. Когда Анатолий Степанович получил официальное нотариальное уведомление о продаже доли, у него случился настоящий шок. Он-то думал, что падчерица испугается и приползет на коленях, а тут дело приняло серьезный оборот. Продать долю посторонним людям Лена имела полное право, предварительно предложив ее совладельцу — маме.
Денег на выкуп у отчима, конечно же, не было. Все его рассказы про «связи» и «крутизну» оказались обычным пшиком. Он привык командовать только беззащитной женой.
Надежда Петровна сама прибежала к Лене в офис, на этот раз без мужа. Она выглядела постаревшей и жалкой.
— Леночка, ну как же так? — плакала она, сидя на диване. — Если ты продашь чужим людям долю, они же нас выживут оттуда! Толя кричит, меня винит, говорит, что я плохую дочь воспитала.
— Мама, а когда Толя меня выгонял под дождь, ты обо мне думала? — тихо спросила Лена. — Когда твой пасынок мне угрожал, ты где была? Вы хотели забрать мой бизнес. Бизнес, мама! Который кормит меня и давал возможность помогать тебе.
— Я не знала, что Игорь угрожал… — всхлипнула мать. — Толя сказал, что он просто поехал поговорить.
— Мама, твой Толя — трус и приспособленец. Он живет в нашей квартире, качает права и пытается обобрать твою дочь. Я не отступлюсь. У вас есть месяц, чтобы найти деньги. Если нет, я продаю долю. Мне нужны деньги на развитие фирмы и на покупку собственного жилья.
— У нас нет таких денег, Лена… — опустила голову Надежда Петровна.
— Тогда оформляйте отказ от преимущественного права покупки, и я продаю ее через риелтора. Часть денег я, так и быть, отдам тебе на руки, чтобы ты могла разъехаться с Анатолием, если у тебя хватит смелости от него уйти. Но Игорю я не дам ни копейки.
Мать долго молчала, вытирая слезы. Наверное, в ее голове наконец-то начала проясняться реальная картина происходящего.
— Хорошо, Лена, — тихо сказала она. — Я подпишу отказ. Толя вчера поднял на меня руку… впервые. Сказал, что я никчемная баба. Я, наверное, подам на развод. Перееду к сестре в деревню, а квартиру пусть продают. Жить в этом аду я больше не могу.
Лена подошла к матери и впервые за долгое время обняла ее.
— Вот это правильное решение, мама. Я тебе помогу с переездом. Но только тебе.
Прошел еще один месяц. Квартира была успешно продана. Покупателем, к удивлению Лены, выступил… Кирилл. Он выкупил долю Лены, а затем и долю ее матери, решив расширить свой арендный бизнес. Анатолия Степановича выписали по суду без всяких проблем — юристы Кирилла сработали блестяще. Отчим вместе со своим непутевым сыном Игорем исчезли в неизвестном направлении, оставив Надежду Петровну в покое. Мама уехала к сестре, и, судя по редким звонкам, начала потихоньку приходить в себя, занимаясь огородом и отдыхая от вечных скандалов.
Вечером Лена и Кирилл сидели в небольшом уютном ресторанчике, отмечая завершение этой затянувшейся истории.
— Ну что, Елена Владимировна, — Кирилл поднял бокал с соком. — Поздравляю. Ты теперь официально свободный и независимый человек. И, кстати, владелица новой квартиры, задаток за которую мы сегодня внесли.
— Спасибо тебе, Кирилл, — Лена чокнулась с ним бокалом. — Если бы не ты, я не знаю, что бы со мной было. Наверное, сдалась бы под их напором.
— Не сдалась бы, — улыбнулся Кирилл. — Ты сильная. Просто тебе нужно было напомнить, что ты имеешь право защищать себя и свою жизнь. И вообще, у меня на тебя большие планы. Летний сезон в разгаре, работы море.
— Я готова, — засмеялась Лена, чувствуя, как внутри разливается приятное тепло и уверенность в завтрашнем дне. — Теперь меня точно никто не остановит.
«Возьму кредит на обучение для нас двоих, а он мне потом вернет! Только родителям говорить не буду»