— Марин, ты чего молчишь? Мы у калитки!
Марина замерла с секатором в руке. Над ее головой гудели шмели, в воздухе плыл сладкий аромат жасмина, а в багажнике старенького «Логана» за забором, судя по звукам, бились о борта пять литров свиного маринада.
— Анна Сергеевна, мы вообще-то никого не ждали, — медленно произнесла Марина, чувствуя, как внутри закипает холодная ярость. — Вадим в городе, вернется только к вечеру. Я планировала заняться розами.
— Ой, да какие розы, когда такая погода! — В калитку настойчиво затарабанили. — Мы с Ирочкой и детьми уже здесь. Вадик нам сам говорил: «Заезжайте, когда захотите». Вот мы и захотели. Открывай, Мариночка, мясо пропадет!
Марина вздохнула и пошла к воротам. Стоило засову лязгнуть, как во двор хлынула стихия. Первой впорхнула золовка Ирина, нагруженная пакетами с чипсами, следом ввалились двое ее близнецов, десятилетние сорванцы, которые тут же с криком умчались в сторону парника. Замыкала шествие Анна Сергеевна, победно водрузив на садовый стол огромную пластиковую канистру с мясом.
— Марин, ну чего ты такая хмурая? — Ирина скинула туфли прямо на траву. — Суббота же! Отдыхать надо. Где у вас шампуры?
— В сарае, под замком, — отрезала Марина. — Ира, я не шучу. У меня сегодня по плану обработка кустов химикатами. Детям здесь бегать нельзя.
— Ой, брось, — отмахнулась свекровь, уже по-хозяйски открывая холодильник на летней веранде. — Химикаты подождут. Ты лучше посмотри, какую шею мы взяли! Парная! Марин, достань ножи, лук и ту миску большую, синюю. Ирочка, разжигай мангал!
— Я не буду разжигать мангал, — тихо, но отчетливо сказала Марина, складывая руки на груди. — И Ира не будет. Вадим знает, что мангальная зона сейчас на реконструкции, там плитка снята.
— Так мы на кирпичах, по-простому! — Анна Сергеевна обернулась, искренне не понимая проблемы. — Мы же свои люди. Мы не в ресторан пришли.
— Именно, — Марина шагнула к столу. — Вы пришли ко мне домой. Без предупреждения. В мой единственный выходной.
— Марин, ну началось… — Ирина закатила глаза. — Опять ты за свою вежливость. Мама права, мы же семья. Что нам теперь, по записи к брату записываться?
— Ко мне — да, — Марина посмотрела золовке прямо в глаза. — Потому что это я тут сажаю, пропалываю и крашу заборы, пока вы «хотите» приехать на все готовое.
— Девочки, не ссорьтесь! — Анна Сергеевна примирительно выставила ладони. — Марин, мы всё сами сделаем. Ты иди, занимайся своими цветочками. Мы тебе даже мешать не будем. Только скажи, где уголь?
— Угля нет.
— Как нет? — Свекровь замерла.
— Так. Мы не планировали шашлыки. Мы с Вадимом вечером собирались поужинать в кафе в поселке.
— В кафе? — Анна Сергеевна прижала руку к груди, будто ее оскорбили в лучших чувствах. — Тратить деньги на общепит, когда у вас свой огород? Марина, это же неразумно. Вадик работает с утра до ночи, а ты его по кафе таскаешь. Домашняя еда — вот что мужчине нужно.
— Мой муж сам предложил этот вариант, — Марина почувствовала, как пальцы сжимают секатор чуть сильнее, чем нужно. — И вообще, Анна Сергеевна, почему вы позвонили мне, уже стоя у ворот, а не вчера?
— А вчера мы не знали, какая будет погода, — просто ответила свекровь. — Увидели солнце и решили: едем! Ты же знаешь, я легкая на подъем.
— Бабушка, а где бассейн? — Во двор выскочил один из близнецов, размахивая сорванной лилией. — Ты говорила, тут бассейн есть!
Марина охнула, увидев в руках ребенка «Ред Чарм» — сортовой пион, который она берегла как зеницу ока.
— Артем, поставь это на место! — крикнула она, но было поздно. Стебель был переломлен.
— Ну подумаешь, цветок, — пробормотала Ирина, доставая из сумки телефон. — Вырастет новый. Марин, дай пароль от вай-фая, у меня связь плохо ловит.
— Пароля не будет, — Марина подошла к Артему и аккуратно забрала остатки цветка. — И бассейна тоже не будет. Он не надут.
— Так надуй! — Ирина искренне удивилась. — Мальчишкам скучно. Они сейчас тебе всё перероют от безделья.
— Я не буду надувать бассейн, потому что через час я уезжаю.
В саду повисла тишина. Слышно было только, как шмель бьется о стекло веранды.
— Куда это ты уезжаешь? — сузила глаза Анна Сергеевна. — Вадик скоро будет.
— Вадик будет к семи. А я уезжаю к подруге. У нее сегодня день рождения.
— Ты оставишь нас одних? — В голосе свекрови прорезались стальные нотки. — В собственном доме сына?
— Это и мой дом тоже, — напомнила Марина. — И я не оставляю вас одних. Я прошу вас поехать домой. Прямо сейчас. Вместе с вашим маринадом.
Ирина фыркнула и демонстративно уселась в кресло-качалку.
— Никуда мы не поедем. Нам три часа по пробкам добираться. Мы устали, дети голодные. Мам, не слушай её, она просто не в духе. Давай мясо резать.
Анна Сергеевна кивнула и потянулась к канистре. Марина поняла: вежливые слова закончились. Она достала телефон и набрала мужа по видеосвязи.
— Вадим, привет. Посмотри, пожалуйста, на стол.
Она развернула экран. Вадим, судя по фону, сидел в офисе.
— О, привет всем! — Он улыбнулся, увидев мать. — Мам, Ириш, вы чего там?
— Вадик, сынок, — запричитала Анна Сергеевна, — мы приехали сюрприз сделать, мяса привезли, а Марина нас за порог выставляет! Говорит, уезжает она. Разве так можно?
Вадим на экране заметно напрягся. Он перевел взгляд на Марину.
— Марин, ну… может, правда, пусть посидят? Что тебе стоит?
Марина молча перевела камеру на сорванный пион, потом на разостланную прямо на газоне скатерть с крошками, а затем на Ирину, которая уже нашла в шкафчике чистые бокалы.
— Вадим, — сказала она ледяным тоном. — Ты обещал, что этого больше не повторится. Мы договаривались: гости только по согласованию.
— Ну, Мариш, это же мама…
— Если это твоя мама, значит, ты сейчас бросаешь отчеты, едешь сюда, разжигаешь мангал на кирпичах, надуваешь бассейн и развлекаешь племянников. А я уезжаю. Если ты не приедешь — через десять минут я вызываю охрану поселка и говорю, что на участок проникли посторонние.
— Ты с ума сошла! — вскрикнула Ирина, вскакивая. — Ты на родную кровь охрану натравишь?
— Вадим, я жду ответа, — Марина не сводила глаз с экрана.
— Марин, ну не надо крайностей, — Вадим вытер лоб. — Мам, правда, вы бы хоть позвонили заранее…
— Да мы хотели как лучше! — Анна Сергеевна всплеснула руками. — Мы же думали, она обрадуется! Огородница наша, всё одна да одна…
— Она не обрадовалась, — отрезал Вадим. — Мам, поезжайте домой. Я серьезно. Марина сегодня весь вечер готовилась к этой поездке, она устала.
— И ты это терпишь? — Ирина подскочила к телефону. — Вадик, она тобой крутит как хочет! Она нас за людей не считает!
— Ира, замолчи, — тихо сказал брат. — Положи бокалы на место. Мам, соберите вещи. Я вечером к вам заеду, привезу мясо, посидим у вас на кухне. Но на даче сегодня никого не будет.
Марина нажала «отбой». В саду стало очень тихо.
— Ну и змея же ты, Маринка, — процедила Ирина, хватая сумку. — Настроила брата против семьи. Счастлива теперь?
— Знаешь, Ира, — Марина подошла к калитке и распахнула её настежь. — Счастье — это когда в твоем доме уважают твои правила. Вы за два года ни разу не привезли с собой даже мешка углей, зато всегда оставляете после себя гору грязной посуды и истоптанные клумбы. Хватит.
— Пойдем, доченька, — Анна Сергеевна с достоинством подхватила канистру с маринадом. — Не будем мешать «хозяйке». Но учти, Марина, Вадим тебе этого не забудет. Семья — это святое, а розы твои — мусор.
— Всего доброго, Анна Сергеевна. Аккуратнее на повороте, там яма.
Когда машина скрылась за поворотом, Марина закрыла ворота на засов. Она вернулась к столу, собрала забытые гостями обертки от чипсов и выбросила их в бак. Села в кресло-качалку, которое еще хранило тепло чужого тела, и закрыла глаза.
Через полчаса пришло сообщение от Вадима: «Прости. Я действительно виноват, что не пресек это раньше. Куплю тебе новый пион. Вечер в силе?»
Марина улыбнулась. Она встала, взяла секатор и вернулась к своим розам. Солнце клонилось к закату, тени становились длиннее, и тишина в саду была такой глубокой и вкусной, что ее хотелось пить маленькими глотками. Пять литров маринада уехали туда, откуда прибыли, и это была ее маленькая, но очень важная победа.
Ты что мне двери закрыла? Открой быстро! — свекровь барабанила кулаком